Прости за любовь (СИ)

Мой взгляд медленно поднимается от пуговиц на белоснежной рубашке к острому, старательно отглаженному воротнику, и выше, к полоске кожи под гладко выбритым подбородком. Глупый мозг, вместо того, чтобы выдать что-то разумное, заключает, что даже цвет кожи у этого человека идеального оттенка.
Нервно сглатываю, отшатываясь назад. Сердце барабанит где-то в горле, и по позвоночнику проносится холодный импульс. Мы не встречались с Русланом несколько дней, он даже не звонил. И вопрос о моей с ним поездке так и повис в воздухе. А я, придумав себе кучу причин и оправданий, почему мне не нужно соглашаться на предложение мужчины, так и не смогла уговорить себя и заставить думать, что мне совсем никуда не хочется. Еще как, хочется! Таких предложений раньше мне никто не делал. Никогда! И я почти уверена, что, отказавшись от выпавшей возможности, буду жалеть об этом до конца жизни.
Взгляд скользит от жесткого подбородка с небольшой ямочкой к сжатым губам, которые произносят хрипло:
- Привет.
Что-то изменилось между нами с прошлой встречи. Вязкое чувство, утягивающее в трясину порочности, захлестывает, стоило лишь ему появиться на пороге. Оно, как лавина, накатывает и проносится по телу, оседая где-то в животе. Почти до боли давит на волю, вызывая во мне разные, непривычные, немного дикие, мысли. Ничего подобного не было раньше и, особенно, когда Дима был жив. Да я и не рассматривала мужчину тогда. Увидев серые изучающие льдинки, просто старалась сбежать подальше. Сейчас же поднимаю глаза, натыкаясь на обжигающий адский пламень.
- Привет, - отвечаю едва слышно. Если дальше пойдут расспросы и снова последует просьба поехать с ним, я не смогу ничего вразумительного соврать. Просто кивну и упаду в обморок.
- Мне нужно уехать на три дня, - сообщает Руслан. – И у меня к тебе есть просьба.
Ну вот и он, тот самый момент! Что я там себе говорила? Нельзя давать ему полную власть. Нельзя ехать с мужчиной, если ты полностью финансово зависима от него. Нельзя ехать с другом покойного мужа, когда после похорон прошло совсем немного времени.
Нельзя, Настя!
Наверное, в этот момент в моих глазах промелькнул такой испуг, что даже Руслан напрягся.
- Моя домработница заболела и не сможет покормить кота, - говорит Руслан. – Могу я на тебя рассчитывать?
У него есть кот? Как это?! В его идеальной вселенной с идеально белыми рубашками не может быть кота! Там даже пыли не должно существовать.
- Кот? – выдаю тоном полной дебилки, до которой с трудом доходит любая, даже самая простая информация.
От понимания, что мужчина явился не за ответом по поводу поездки, стало легче дышать. И даже руки потеть перестали. Но это не значит, что мне рядом с ним может быть легко и непринужденно. Нет, я отчетливо осознаю, что мы с ним из разных миров. И эти миры не должны пересекаться. Так не бывает. А, если бывает, то плохо заканчивается.
- Тебя это удивляет? – губы мужчины чуть дрогнули в улыбке.
Не удивляет. Шокирует!
- А как его зовут?
Наверняка, это какой-то уникальный кот редкой дорогостоящей породы. Разве может Руслан держать у себя обычного?
- Пряник, - продолжает шокировать мужчина.
Как?!?
Может, у меня что-то со слухом?
Пока я не успела прийти в себя, Руслан достал из кармана ключи и вложил их в мою ладонь.
- Выручишь меня? – уточняет он, сжимая мою руку своей.
Киваю, не успев вернуть отвисшую челюсть на место. Лучше согласиться сразу, иначе, я в этом уверена, мужчина найдет способ меня убедить. Глупая моя голова, тут же нарисовала картинку того, как бы эти уговоры могли выглядеть. И к отвисшей челюсти прибавился румянец на щеках. А, когда мужчина вдруг опустился на корточки, я взвизгнула, как припадочная истеричка.
Это что он задумал?
Но Руслан только поднял ключи, которые я выронила, когда выскочила из квартиры и натолкнулась на него, чтобы вернуть их мне.
- Твои, - поясняет он, вкладывая связку мне в другую руку.
Его большой палец, чуть касаясь, прошелся по тыльной стороне ладони, как бы невзначай, немного ее царапнув ногтем. Меня словно током окатило, и в груди разлился жар. В мозгу заплясали дикие фантазии, за гранью дозволенного. Теперь румянец на щеках приобрел багряный оттенок. Колени мелко задрожали, и кислорода стало не хватать.
 
Руслан заглядывает в мои глаза. Так проницательно, как умеет только он. Читая в них все то, в чем мне стыдно признаться даже самой себе. Чувствую себя опороченной и, одновременно, сильной. Откуда-то взявшаяся мысль, невероятная, что я могу подчинить себе его лед, вдохнула чувство уверенности в себе, - то, что обычно мне не свойственно.
- Мне пора, - выдыхает он хрипло.
Теплая ладонь соскальзывает с моей руки. Странное ощущение недосказанности и неправильности происходящего разливается внутри. Но я силой воли подавляю порыв схватить его за рукав, когда мужчина, развернувшись ко мне спиной, идет к лестнице. Зачем? Что я ему скажу?
Он быстро спускается, не обернувшись в мою сторону. А я так и стою, сжимая в руках две связки ключей.
Медленно возвращаюсь в квартиру и падаю на диван. Мне нужно время прийти в себя и все хорошенько обдумать. А главное – нужно прекратить гонять в голове мысли о том, что могло бы случиться в его поездке, если бы он настоял, и я поехала с ним.
  
Глава 12. Руслан
 
Во дворе ждет машина. Забираюсь на заднее сидение, и водитель трогается. Через час я буду в аэропорту. А еще через пять часов на совещании. Дикий темп, кто-то скажет. А мне не привыкать. Я давно научился отдыхать в перерывах, в переездах и в самолетах.
Машина быстро плывет по потоку городских пробок. И это тоже часть моей жизни, в которой все рассчитано по минутам.
Остался какой-то час до того, как доберусь до стойки регистрации, можно ни о чем не думать. Только так, я давно это понял, можно заставить мозг быстро включаться даже ночью. Давая ему небольшие передышки в течении дня.
- Сегодня свободнее, - говорит водитель, - доберемся раньше, Руслан Владимирович.
- Хорошо, - отвечаю машинально.
Кручу в руке мобильный телефон. Руки чешутся набрать ее номер. Но я знаю, что это будет слишком. Нельзя перегибать. Она, и без того, боится меня. Но, черт!, какой же вкусный этот страх. Столько эмоций, и все в одних зеленых глазах. Фейерверка не нужно, можно сгореть. И мне так нужно ее эмоций! Столько, сколько можно унести.
Помню день, когда впервые увидел Настю. Мы тогда с Димоном за город выбрались отдыхать. У меня мало друзей, в основном, только нужные знакомые. Но с Димкой мы общались со студенческих лет, и, как-то неожиданно, крепкой оказалась эта дружба.
Меня устраивало то, что он никогда не старался выпендриваться и казаться лучше, чем есть. Не пытался выдать себя за важную персону, которой никогда толком не был. Начальник отдела какого-то отделения банка – то же мне важная птица! В кругу моих коллег принято таким раздавать указания через своих подчиненных! Но эта разница в статусе не помешала нам сохранить дружбу на долгие годы. Да и человеком Димка был хорошим. Я искренне тосковал, когда его не стало. До сих пор, стоит вспомнить, и грустно становится.
Но Настя – это другое.
Когда Димон сказал, что надумал жениться, я ему мысленно посочувствовал. Никогда не понимал тех, кто женится. Зачем связывать себя какими-то там узами, если практически любую женщину можно получить и без штампа в паспорте? Нынче не те времена, чтобы «отныне и во веки веков». Да и дамы сейчас сплошь современные, при должностях и понтах, им семейное гнездо вить неохота.
В общем, я готов был выдать другу тираду обо всем, что думаю о предстоящем торжестве. А потом из машины вышла маленькая хрупкая девочка с огромными перепуганными глазами. Стоило в них заглянуть, и прочитать все ее мысли не составило труда.
Страх. Настолько чистый, поглощающий, до дрожи в коленках пробирающий. Я так ясно ощутил его. И улетел.