Серебро на стрелах твоих (СИ)

— И ехать при этом сегодня? — огорчился я.
— Нельзя оставаться, труба зовет, — серьезно взглянул он на меня, — и вам выгода, ваше высочество, меня на место поставите, спор быстро выиграете.
— Ладно, уговорили, — я взял в руки книгу, — вещи соберу. На чем едем?
— Верхом, — как само собой разумееющееся произнес старик.
Я сдержался, хотелось выругаться длинно, цветисто и горячо.
А Ник рассмеялся, заметив:
— Для меня лошадь найдется?
— Кто таков? — уточнил старик.
— Телохранитель я молодого князя, — ровным тоном ответил Ник.
— Конюшня большая, подыщут лошадку поспокойнее, я распоряжусь, — сказал старик.
И мы разошлись в разные стороны. Библиотеки было жаль. Пощупать книги своими руками, пролистать, прочитать сотню другую — было бы здорово. Но уж очень хотелось пристыдить старого лгуна. Такой бывалый, а врёт нескладно и неправдоподобно, как толкиенист на всю голову.
  
ГЛАВА 6
 
Мне собраться было недолго. Сложил обратно в рюкзак свои вещи и сунул между ними книгу.
Нику вообще не было дела до сборов.
Вошедший вслед за стариком управляющий огорченно проговорил, что придется подождать, еще наколенники не подогнаны.
— Уверен, в замке найдутся для меня какие-нибудь доспехи, — беспечно улыбнулся я, — там и подогнать могли...
— Доспех, правильнее говорить, — оборвал меня старикан, — подождем недолго, от доспеха жизнь рыцаря зависит так же, как от верного коня и крепкого оружия.
— Мне лук обещали сделать, — вздохнул я, — мечом-то я не очень умею махать.
— Сделали уже, — поклонился управляющий.
— Тогда поедем, чего еще ждать, я и без наколенников как-нибудь справлюсь, — сказал я назло старикану.
— Я бы вас довез до границы, — предложил управляющий, — а коней Микаэль поведет, он умеет.
— На чем поедем? — обрадовался я.
— На автомобиле, конечно, — поклонился управляющий.
— Поехали! — выдохнул я, предвкушая приятную поездку уже от того, что не надо влезать на коня.
Мы ехали быстро на отличном автомобиле. Я такой только в рекламе видел. Внутренняя отделка: дерево и кожа. Снаружи шикарные хищные изгибы и лаковые поверхности крепкого металла. Лучше всякого коня в тысячу раз.
Город равнодушно пролетел мимо. Мы выбрались на окраину и понеслись по широкой трассе. Но чуть позже резко свернули в лес. Здесь перед узкой тропинкой управляющий остановился.
— Дальше сами. Меня приграничье не пропустит, удачи, ваше высочество, — поклонился он и, выдохнув с облегчением, уехал, как только мы выбрались из машины.
А я напротив напрягся.
— Далеко идти-то? — уточнил у спины резво шагающего впереди старикана.
— Всего ничего: километров пять или шесть, — бодро обрадовал меня старикан.
Вот ведь! Недалеко ему!
— Предлагаю подождать, когда Мик приведет лошадей, — сказал я.
Но старик вместе с Ником так удивленно на меня посмотрели, что я решил не продолжать и не настаивать.
— Коней ждем у самой границы, тогда и устроим короткий отдых, — сообщил старик.
И мы отправились в путь.
Странно, что тропинка, которую так хорошо было видно, вдруг исчезла среди бурелома и бурьяна.
Нам пришлось лезть, тащиться, спотыкаясь и падая. Старик всегда помогал мне подняться. Ник тоже. Но я всё время падал. Они бросались меня поднимать. Необычно это было. Мне никогда никто не помогал, всегда приходилось вставать на ноги самому, а слезы от боли прятать, чтобы не радовались те, кто были вокруг меня.
Я испытал облегчение, когда через пару часов мы выбрались на заросшую кустарником поляну.
— Здесь, — качнул головой в центр поляны старик, — располагайтесь, будем отдыхать. Тяжело граница новичка принимает.
— Или совсем не принимает, — задумчиво протянул Ник.
Они так переглянулись, что вдруг стало понятно, что они знают друг друга. Откуда, интересно?
Похоже, я влип еще глубже, чем думал. И единственный человек, которому я доверился, казачок засланный.
Мои мысли были перебиты появлением Мика. За ним с фырканьем и сопением на поляну выбрались три лошади. Миртис был выше и красивее остальных коней: серого в яблоках и гнедого.
 
— А тебя граница пропустила без неприятностей? — удивился старик.
— Так меня ж оруженосцем к князю взяли, потому что я границу проходил быстрее рыцарей, — подвел мне Миртиса Мик.
— И как мне на него залезть? — обошел я коня по часовой стрелке, а потом против часовой.
— Несложно, ваше высочество, — протянул мне переплетенные пальцы Мик, — ступайте на мои руки — на первую ступеньку, а второй будет уже спина Миртиса. Он не подведет. Лучший конь во всей конюшне, самый лучший во всей Славянской Империи.
Я покосился на черную морду и огромные глаза своего будущего боевого коня. Шагнул на руки Мика и прыгнул в седло. Чуть не свалился на другую сторону, но кое-как выровнялся.
Однако сесть было полбеды. Дальше надо было ехать как-то.
— Вперед, Миртис, потихоньку, коняжка, — сказал я ему на ухо.
Миртис скосил на меня глаза так, что стал походить на китайца, корейца и японца вместе взятых.
Но пошел шагом, переступая ногами через упавшие стволы и камни, которых почему-то было очень много.
— Ты вот что, пацан, садись сзади меня, поедем, — предложил Мику старикан.
Время превратилось в густое желе. Мы плелись, плелись и плелись, углубляясь всё дальше в лес. И я уже потерял надежду хоть куда-нибудь приехать, когда увидел Белый замок.
Точно такой, как на картинке в книге, но очень большой. Его размеров я и представить не мог. Это был целый городской микрорайон, а не крепость.
— Красивый! — выпалил я, не глядя по сторонам.
— Молчи, княже, неладно тут, — прошептал мне на ухо подъехавший совсем близко Ник.
— А что стряслось? — вглядывался я в мирный пейзаж.
Самая обычная природа средней полосы: «… то березка, то рябина, куст ракиты над рекой». Э, нет, не над рекой, а над широким рвом росла эта самая штука-ракита.
— С коней на землю быстрее, а теперь ложись! — прошипел громким шепотом старикан.
Решил в войнушку поиграть?
Но я соскользнул из седла, стукнувшись бедром и коленом о какой-то пень. И замер под кустом.
Потому что…
Воздух тут был галлюценогенным! Вот что!
На меня летело существо, нарисованное моим прапрапрадедом в рукописной книге: пушистый серый шар, размером с глобус, состоящий из глаз с мохнатыми девичьими ресницами.
— Не смотри на него! Не смотри! — заорал старик, неучтиво пригибая мое высочество мордой к земле, то есть к траве, то есть… Ох! И страшно же мне стало.
— Доброго вечера, братец! — к нам подбежал то ли старший, то ли средний мой брат.
Он рубанул мечом по глазастику и рассмеялся.
— Всякая мелочь перед ужином на разведку прилетела! — сообщил он старику и обернулся ко мне. — Что, бро, не понравился тебе Синеглазка. Всего лишь мелкий бес, редкая гадина, конечно. Сглаз великой мощи, к вечеру твои ясные глазюки закроются. Вот увидишь. Сам. Если получится.
— Не пугайтесь, ваше высочество, чередой промоете, и, возможно, полегчает, — помог мне встать старик.
Но тут я плюхнулся обратно в траву уже сам.
Над нами раскинул крылья зверь, который тоже был не раз изображен на страницах книги о Белом замке.
И еще я видел такого, как живого на репродукциях нескольких картин в разных галереях, когда приемные предки пытались заняться нашим развитием. Не помню имен художников, но рыцари там определенно тоже были.
Черный ящер, покрытый зеркальцами чешуи, пялил свои желтые глазищи с вертикальными зрачками на нашу застывшую от ужаса компанию. Или это только я потерял способность двигаться, думать и даже орать? Размером зверюга был невелик, с надежный внедорожник или с небольшой танк.
— Сеть! — взвыл старик, разматывая вытянутую из-за пазухи металлическую авоську.
Были такие старинные сумки раньше, напоминали они крупные ячейки рыболовной сети. С ними люди бегали в те страшные времена по магазинам в надежде на хороший улов, то есть удачные покупки, учитывая, что тогда продуктов было мало, авоськи приманивали удачу.