Коллекционер бабочек в животе (СИ)

— Ого! — Ренато залюбовался широкой куполообразной кроной сплошь покрытой крупными красными цветами, каждый из которых в диаметре был больше десяти сантиметров.
— Цветы распускаются с весны до лета. Вообще это огромное дерево, может вырасти под десять метров в высоту, но тут вряд ли, климат всё-таки другой. Артур очень любит здесь гулять, думать, придумывать новые проекты,— Альбина на секунду задумалась. Казалось, она напрочь забыла обо всём на свете с появлением Ренато. Он окунул её в новые эмоции, увлёк рассказом о своей родине и ей совсем не хотелось избавиться от его присутствия. Альбина была из тех людей, кто любит одиночество и свободу, уединение и тишину. Артур стал для неё идеальным мужем, которого никогда нельзя было застать дома у телевизора, а уж тем более распивающего с друзьями пиво на кухне. Их редкое совместное времяпрепровождение делало быт весёлым и уютным, радостным и лёгким. Оба трудились в своё удовольствие, каждый с головой уходил в собственные проекты, а когда встречались, то с большой благодарностью за понимание любили каждую минуту, проведённую вместе. Альбине было хорошо рядом с мужем, но не менее прекрасно она чувствовала себя, когда он куда-нибудь уезжал по работе.
— Где ты хочешь позировать?— спросил Ренато, хотя сам уже выбрал место у больших красивых цветов, издалека похожих на гроздья розового винограда. Альбина подошла ближе и одобрительно кивнула.
— Мои любимые цветы, они из Филиппин. Мединилла великолепная — так называется это растение и в природе оно эпифит.
— Что такое эпифит?
— Ну это когда одно растение живёт на другом, но при этом не паразитирует.
— Чем тогда оно питается?
— Как чем? Влагой из воздуха, дождевой водой, росой, углекислым газом и даже птичьим помётом. Между прочим орхидеи тоже эпифиты, ещё папоротники, мхи, и лишайники, — многие растения в тропиках живут только так.
— Откуда ты всё это знаешь?— поинтересовался Ренато, мысленно уже представив Альбину обнажённой, и стоящей вполоборота у красивого экзотического цветка.
— Мне интересно, к тому же многие растения имею таблички с названием, вот глянь!
И действительно, Ренато только сейчас заметил аккуратные надписи на небольших пластинах. Ему некогда было смотреть вниз, вокруг всё благоухало и было наполнено сочностью красок, во всех смыслах. Для полноты ощущений не хватало пару-тройку экзотических птиц и больших пестрых бабочек.
— Хочешь вина?— неожиданно предложил Ренато, понимая, что просить Альбину скинуть платье и всё что под ним, в данный момент будет выглядеть как принуждение.
— Да, я бы выпила пару глоточков.
— Прекрасно, сейчас принесу! Я привёз с собой…
— Не надо, стой! У нас тут мини-бар есть. Идём!— она повела его по узенькой дорожке вглубь зимнего сада. Ренато шёл покорно, ощущая ненавязчивый шлейф её духов, лёгкий как настоящее кружево. Аромат невесомой сладости с цитрусовыми акцентами очень подходил Альбине, сочетался с её нарядом и образом в целом.
Выпив по глотку сухого красного вина, они невольно улыбнулись друг другу.
— Отличное тосканское вино! У тебя прекрасный вкус, это хороший выбор,— смотря на бокал, сказал он.
— Да, Артур большой ценитель итальянских вин. Тут правда ещё и французское вино есть, и виски, и водка, джин, и даже саке. Ты пил саке?
— Нет,— честно ответил Ренато.
— А я люблю, но открывать бутылку сейчас не буду, оно потом не больше двух недель может храниться в холодильнике. Но я настаиваю — попробовать надо! Можно будет съездить, в один из вечеров, в японский ресторан или вызвать шеф-повара на дом.
— Если ты настаиваешь, то можно, но одна просьба, пожалуйста.
— Да, конечно!— Альбина отпила ещё немного вина и чуточку расслабилась.
— Давай приступим к твоему портрету, у меня есть кое-какие идеи ещё.
— Ну конечно, конечно. Прости! — она схватила пузатый бокал за тонкую длинную ножку и, как показалось Ренато, упорхнула бабочкой в густую зелень. Он смело двинулся вперёд, за ней, как за добычей, ведомый своими инстинктами, ведь как говорят итальянцы: «In amore vince chi fugge», что означает — в любви побеждает бегущий.
 
Альбина допила вино и распустила волосы, собранные в хвост. Сняв платье, она осталась абсолютно голой и Ренат, заставший этот процесс, понял, что девушка была без нижнего белья. Если бы он это знал изначально, то вряд ли сумел находиться рядом не возбудившись. Вот и сейчас, даже когда Альбина прикрыла маленькую грудь и рыжий пушок на лобке своими роскошными длинными волосами, Ренато еле сдерживался, чтобы не начать думать о сексе. Здесь, в нежных тропических цветах и разносортной листве, под журчание воды в фонтанчике, как в райском саду, всё казалось созданным для любви.
Альбина приняла молчание художника за размышление над её образом и покорно продолжала стоять у огромных листьев папоротника. Комфортная температура, насыщенный влажный воздух, сочетание запахов и цветов, — ей было уютно и нисколечко не стыдно.
Ренато подошёл к холсту. Он напрочь забыл о том, что они обсуждали уже дважды с Артуром и сошлись на образе богини Венеры. Сейчас перед ним была Ева из Эдема, а он перед ней, как первый мужчина на земле. И совсем скоро, буквально через несколько минут, с ветви соседнего большущего куста, похожего на яблоню, свесится змей-искуситель. А дальше будет предложение вкусить запретные плоды с древа познания добра и зла, первородный грех, и они оба начнут делить свои поступки на добрые и злые.
Что-то срочно нужно было менять: либо фон, либо одевать Альбину, и Ренато решительно двинулся к ней сжимая в руке одну из рабочих кистей. В момент, когда до девушки остался лишь шаг, с листа папоротника скатилась капля росы, и упала прямо Альбине на кончик носа. Она от неожиданности тряхнула головой, волосы сдвинулась обнажив одну грудь. Следующая большая капля попала на ключицу и скатилась к ареоле соска, тот моментально отреагировал, и набух. Ренато обошёл девушку и встал за её спиной. Альбина почувствовала теплоту и лёгкую волну возбуждения внутри. Если бы он сейчас обнял её и прикоснулся к груди, она бы потеряла сознание от неистового желания близости. Очередная капля попала на плечо и она невольно вздрогнула, как будто это была не вода, а поцелуй. В голове путались мысли, били тревогу строгое воспитание и моральные устои, а перед глазами всплывали картинки из девичьих грёз и тайных интимных желаниях. Что же это за итальянец за её спиной, что за мужчина, который лишь стоя рядом может вызвать такой эффект внутри.
Ренато продолжал стоять решая: коснуться Альбины или оставить её так, в полувозбужденном состоянии и пойти наконец начать писать картину. Но как? Как оставить девушку неудовлетворительной — это всё равно что приготовить обед и не съесть, и даже не попробовать.
Кисть круглой формы с синтетическим ворсом пришлась как раз кстати и Ренато аккуратно коснулся ею спины Альбины между лопаток. Она лишь вздрогнула, но продолжила стоять, и это был хороший знак. Он провёл плавную линию вдоль спины до самого копчика, потом вернулся и направился к шее. Девушка слегка наклонила голову и закрыла глаза, погрузившись в неведомые ощущения полностью. Ренато поцеловал ей плечо чувствуя как возбуждается сам. Кисть в его руке делала лёгкие мазки по декольте Альбины и обводила открытую грудь, касалась сосочка, возвращалась к шее, спускалась по плечу. Это было похоже на ритуальный танец шамана смахивающего кистью негативную энергию с девушки. Ренато описывал неторопливые круги вокруг, и сам, на короткие промежутки времени впадал в транс, шепча бесконечно комплименты на итальянском: cara, bella, bellissima, dolce, stella, bambina, amore mio, principessa, regina… Наконец его рука с кистью зависла в воздухе, ещё мгновение и он отбросил её в сторону, и наклонился, чтобы поцеловать ярко-розовый сосок. Рука коснулась талии, длинные волосы были плавно отодвинуты назад и теперь ничего не мешало ему целовать и ласкать вторую грудь.
— Что ты со мной делаешь?— застонала Альбина, когда он коснулся рукой её лобка и двумя пальцами начал плавно массировать клитор. Эта бабочка сдавалась без боя и Ренато смог контролировать себя. Она стонала прижавшись к нему всем телом, а он придерживал её за талию и продолжал ласкать клитор, и проникать средним пальцем внутрь, потом добавив к нему указательный, всё глубже, всё настойчивее… Альбина вошла во вкус и принялась расстёгивать кожаный ремень на джинсах Ренато. Она хотела его всего, готова была принять, почувствовать внутри его возбуждённую плоть, и пусть всё летит к чертям! Пусть планета сойдёт с орбиты, они даже этого не заметят!