Требуется подкаблучник (СИ)
- Продолжай, - шепчу я.
Пятый начинает массаж, растягивая попку, подготавливая ее к размерам своего члена. Я возбуждаюсь все больше и больше. Мне уже хочется, чтобы он вошел в меня.
- Не останавливайся. Ты же хочешь попробовать мою попку?
- Да, - стонет Лешка мне в клитор.
Он устраивается у меня между ног, натягивает резинку и обильно поливает мою попу смазкой. У него забавно дрожат руки, еще бы, ведь сегодня сбудется еще одна его мечта.
Член аккуратно и бережно входит в задний проход. Не сказать, что бы я была готова кончить, но мне приятно.
Лешка начинает медленно двигаться.
Я вижу, что его скоро унесет в нирвану.
- Тебе хорошо? - черт возьми, неизвестно откуда, но у меня появилась потребность в словах.
- Ты такая тугая, это фантастика!
Лешка одной рукой поглаживает промежность, вводя пальцы во влагалище. Внутри меня мышцы сводит от желания заполнить пустоту. Почему-то вспоминается Машкин рассказ о двух мужчинах сразу.
- У меня в тумбочке вибратор, - говорю вслух. - Достань!
Лешка тут же выполняет мою просьбу и вставляет во влагалище вибратор. Не знаю, каково это заниматься сексом с двумя мужчинами, а вот заниматься сексом с мужчиной и вибратором просто крышесносно, Спустя всего несколько мгновений я уже, не помня себя, ору, царапаюсь и выгибаю спину. Такого оргазма у меня еще не было. Меня подбрасывает и трясет, как в лихорадке. Лешка стонет со мной в унисон и входит глубже, но мне не больно. Мне восхитительно приятно. Я кончаю несколько раз подряд или это такой затяжной оргазм? Не знаю. Меня вырубает от удовольствия. Последнее, что я слышу, это Лешкин крик:
- Люблю тебя! Люблю! Люблю!
И протяжный стон. Его? Мой? Не важно.
Глава 9
Маменьке удается меня заловить по телефону.
- Настенька, детка, как твои дела?
- Очень много работы, - начинаю жалостливо ныть я, раздумывая о том, чем бы еще разнообразить свою сексуальную жизнь сегодня вечером.
- Ты когда возвращаешься из командировки? - интересуется мамуля.
И тут я совершаю стратегическую ошибку, отвечая:
- В пятницу.
- Очень хорошо, - радуется мама. - Жду тебя в субботу на чай. Папы не будет дома, мы с тобой посекретничаем.
Секретничать с мамой не входит в мои планы совершенно, но отвертеться у меня не получится - я пропустила прошлые выходные, придется отдуваться в субботу.
- С удовольствием, - заверяю родительницу, и мы тепло прощаемся.
Не успеваю отложить телефон, как звонит четвертый.
- Сладкая моя...
- Очень много работы, - перебиваю его.
- Все еще в Питере? - задает он вопрос.
- Да.
- Когда вернешься?
- В пятницу.
По опыту знаю, что врать лучше одно и то же, иначе можно запутаться.
- В выходные увидимся?
Вспоминаю, как четвертый оприходовал меня на своем столе. Нет уж, как-то не хочется.
- Никак не могу, в выходные я у родителей.
- В понедельник? - четвертый так просто не сдается.
- Милый, - воркую я в трубку, - давай я тебе перезвоню.
- Буду ждать, - обещает четвертый и добавляет: - с нетерпением.
Что-то мне в его интонациях кажется подозрительным и на какой-то момент закрадывается мысль, что он раскусил мое вранье. Потом представляю, что было бы, догадайся он о том, что я вожу его за нос. Вломился бы в квартиру, точно. Нашел бы Лешку и убил. Четвертый парень горячий, вряд ли смог бы сдержаться. А значит, мне показалось. Тьфу, тьфу, тьфу.
Ближе к концу недели у меня появляется странное ощущение пресыщенности сексом. Все чаще я задумываюсь над словами Машки о вибраторе. И постепенно начинаю приходить к выводу, что Машка - таки была права. Лешка как человек мне совершенно неинтересен. Мне все равно, чем он занимается в свободное время, какие книги читает, о чем мечтает и что любит. Меня не волнуют ни его планы на жизнь, ни жизненные принципы. По большому счету, он даже не нравится мне как мужчина. Я просто использую его член, руки и губы для удовольствия. Наверное, это очень безнравственно, но я стараюсь никогда не врать самой себе. Другим могу, а себе всегда говорю правду. Вот и получается - я хотела улетного секса, я его и получила. А сейчас начинаю понимать, что возможно секс, даже самый крышесносный, не самое главное в жизни. И, возможно, не все мои предыдущие четверо мужчин были такими уж козлами. Может это со мной что-то не так?
Гоню мысли о собственном несовершенстве прочь, занимаясь сексом с каким-то особым остервенением. Мое тело кричит от удовольствия, содрогаясь в экстазе раз за разом каждую ночь. Так чего же мне не хватает? Лешка выцеловывает, вылизывает меня всю с головы до ног с упоением, кажется, он вполне серьезно возвел меня в ранг богини. Так почему же мне тошно на душе?
Субботнее утро не предвещает ничего плохого. Я выставляю пятого еще вечером в пятницу, это дает мне хорошую возможность выспаться. Принимаю ванну с ароматной пеной, делаю эпиляцию и маску для лица. В общем, как сказал бы папа "чищу перышки".
В четыре дня звоню в дверь родительской квартиры. Мамуля распахивает дверь и окидывает меня оценивающим взглядом. О нет, только не это! Этот взгляд может означать только одно: мамуля привела очередного кандидата в женихи. Я пячусь было, но мамуля у меня стреляный воробей, хватает меня за руку и буквально втаскивает в квартиру.
- Доченька, дорогая! - громко приветствует меня и значительно тише добавляет: - у нас гости.
На минуту кажется, что их много, этих гостей. У мамули что, прием? А потом до меня доходит: во множественном числе мамуля именует только самых-самых избранных кандидатов. Кого же она откопала для меня на этот раз? Вроде у нашего президента нет сыновей?!
Изображать неведение выше моих сил, поэтому я шиплю, не хуже индийской кобры:
- Кто?!
- О, - мамуля закатывает глаза, демонстрируя полный восторг, - такой замечательный молодой человек! Ты мне еще спасибо скажешь.
А у нашего премьера случайно нет холостых сыновей детородного возраста? - мелькает шальная мысль, потому что я точно знаю, что оба британских принца женаты, а никто другой в голову не приходит.
- А можно я тебе сейчас спасибо скажу? - продолжаю шипеть я. - И пойду себе потихоньку с богом.
- Настя, ты с ума сошла? - она сильнее сжимает мою руку. - Что я гостям скажу?
- Что невеста в нужном чулане сидит, животом скорбная, - обреченно отвечаю я, понимая, что из материнского захвата смогу вырваться, только лишившись руки.
- Очень смешно, - отвечает мамуля. - Настя, спину ровнее. Улыбнись и проходи в гостиную.
Мне не остается ничего другого, как подчиниться дорогой мамочке. Подталкиваемая мамулей, я иду в гостиную и... резко останавливаюсь в дверях. В любимом папенькином кресле, удобно устроившись нога за ногу и почесывая старушку Мотю, сидит .... четвертый. И радостно мне улыбается.
Мамуля вталкивает меня в гостиную.
- Настенька, - радостно чирикает она, - познакомься, это Сергей Викторович.
- Можно просто Сергей, - четвертый поднимается с кресла.
- Да мне как-то неудобно, - отвечаю ему. - Все-таки разница в возрасте...
- Настя! - одергивает меня мамуля.
- Ничего, ничего, - заверяет ее четвертый, - мне всегда нравились остроумные девушки.
Он подходит ко мне и, продолжая улыбаться, целует руку.
- Будем пить чай! - радостно восклицает мамуля и отступает в сторону кухни, оставляя нас наедине.
- Неожиданно, - я забираю у четвертого свою ладонь.
- Отчего же? - интересуется он, указывая мне на диван.
- Ты что здесь делаешь? - на всякий случай, я сажусь в кресло.
Четвертый понимающе улыбается, опускает свой зад в папенькино кресло и отвечает:
- Знакомлюсь с далеко идущими намерениями.
Я даже не хочу интересоваться, что он имеет в виду.
- Прекрасная девушка, - продолжает четвертый, - из интеллигентной семьи, не замужем. Что еще может желать холостяк, решивший остепениться?