От океана до степи (СИ)

Кипела вода в котлах, по лесу распространялся восхитительный аромат, псы-заготовки со вкусом жевали потроха и хрустели отрубленными лапками, а эльфы-заготовки все чаще прогуливались вблизи котлов и с завистью поглядывали на своих четвероногих собратьев. Казалось бы все хорошо, но кое-что не давало Гематогену по настоящему расслабиться, и он все чаще с тревогой поглядывал на заходящее солнце, мысленно уже настраиваясь идти в ночные болота. Однако пронесло — к концу готовки вернулись оба отряда заготовок, вернулись без потерь, вернулись с добычей, и у него отлегло, на радостях он даже достал из сумки пару бутылей вина, поощрить заготовок, отметить первый удачный день и для лучшего сна. Фейри вина не досталось… досталось кое-что получше: за обедом рейнджер объявил, что завтра возьмет с собой половину из них, а на следующий день вторую половину. Ну а после вкусного обеда, еще и сбрызнутого каплей вина для одних и приятными вестями для других, пришло время уже традиционных вечерних посиделок у костра, которые одинаково любили и фейри, и эльфы-стрелки, да и сам игрок.
— Вначале была Воля Неведомого Творца, — напевно рассказывала девочка фейри. Пламя большого костра бросало загадочные тени на ее лицо, а опустившаяся на лес тьма и внимательная тишина десятков глаз придавали веса ее словам. Даже псы заготовки смотрели так будто понимали каждое слово, впрочем возможно их завораживал огонь. — Из его Великой Воли родился Серединный мир. Новорожденный мир был не велик, не больше тысячи шагов в любую сторону, и не было в нем воды, воздуха, земли, один только прочный как гранит и гладкий как стекло камень, а из жизни существовали крохотные и подобные паукам холлиссаты. Первые и единственные живые творения Неведомого Творца не нуждались в еде, воде и воздухе, лишь только в свете солнца, которое в великой своей милости зажег для них Создатель мира. Целую вечность и еще столько же царили холлиссаты в Серединном мире, вырастая огромными как горы, их мысли стали маной, их дыхание — воздухом, их смерть позволяла миру расти, их кровь и другие соки тела размягчали безжизненный камень и породили настоящую почву и первые моря — за время их владычества Серединный мир вырос в тысячи и тысячи раз. Но все имеет свое начало и свой конец, пришел конец и могучим созданиям Неведомого Творца. Одряхлевшие от могущества и скуки холлиссаты оставили мир, но напоследок самый старый, сильный и мудрый из них, тот, кто еще помнил дыхание Неведомого Творца, сказал СЛОВО, первое и последнее СЛОВО всей его расы. Сила всех холлиссатов была в этом слове, и была она такова, что содрогнулась земля, вышли из берегов моря, а солнце испугалось и отдало половину времени ночи. Умер последний из первых созданий Неведомого Творца, но эхо его слова еще долго гуляло по безжизненному миру, беспокоя воду, воздух, земную твердь, подземный огонь и ману, рождая странных не живых, но и не мертвых созданий. Первородные стихии и не испорченная скверной мана породили и других существ, не таких могучих как первые хозяева мира, но способных жить и оставить потомство. — Пятнадцатилетняя фейрийка обвела слушателей не по-детски мудрым взглядом и подвела итог: — Так появился Серединный мир, и так в нем зародилась жизнь. -
Горит костер, шумит дубовая роща, вокруг нее стонет смертельное для всего живого болото, злятся чующие кровь, но неспособные пересечь незримую границу комары и пиявки, а способные наплевать на границу монстры достаточно умны, чтобы не лезть на огонь и стрелы. Вокруг костра рассказывают истории, притчи, легенды и побасенки, что будят в пока пустых глазах эльфов-стрелков искорки чувств и мыслей, а у тех, у кого эти искорки уже есть, раздувают их в пламя…
  
Глава 43
 
Глава 43
Цитадель клана Красного Дракона, мастерские.
Через двенадцать дней после того как армия клана выступила в очередной большой поход.
Валирон (прозвище — Шпунтик): раса — эльф, класс — ремесленник, специализация — механик, алхимик.
 
Валирон по прозвищу Шпунтик скучал и в то же самое время занимался чрезвычайно важным и нужным делом. Казалось бы противоречие? Однако вспомните, сколько в жизни бывает важных и в то же время смертельно скучных дел — нелюбимая работа, ненавистная учеба, посещение налоговой, заполнение платежек ЖКХ, в конце концов банальная штопка носков. Любое из вышеперечисленных занятий не вызывает восторга у нормального и не склонного к мазохизму человека, но все тот же нормальный человек вынужден ими заниматься, а иначе он сдохнет от голода, вылетит за прогулы, сядет в тюрьму, лишится жилья и все это в дырявых носках. Так вот, Валирон конечно скучал, но старательно и добросовестно делал свою работу. Предмет приложения его сил — жезлы, магические жезлы, те самые жезлы, что содержат внутри себя ударные боевые заклинания разных школ магии. Шпунтик не заряжал жезлы магической энергией и тем более не распределял заряженные жезлы по спец-хранам клана откуда их брали воины и маги: для первого ему не хватало класса МАГ, опыта, умений, специализированных навыков, а для второго — власти. И вообще конечная зарядка и распределение жезлов среди игроков — вершина айсберга, а Шпунтик находился в самом низу, под самой так сказать толщей вод. Так что жезлы: маленькие с небольшую кисть для рисования и большие с трехметровую пику (такие встречались редко), деревянные, металлические, каменные, костяные, из одного материала или из нескольких, скромные и украшенные драгоценными камнями, гладкие и покрытые затейливой резьбой, фейрийские, эльфийские, гномьи, работы тошта, крылатых и многих других рас, в том числе и людей — разные. Десятки, сотни, тысячи жезлов попадали к нему на рабочий стол в небольшом, ярко освещенном помещении 6-ого производственного этажа цитадели, каждый жезл нужно было внимательно осмотреть на предмет повреждений и дефектов, если необходимо, определить каким боевым заклинанием фигачит конкретный жезл и какого оно уровня, установить количество оставшихся в жезле зарядов и возможность его перезарядки — только после всего вышеперечисленного жезл распределялся в одну из четырех категорий. Сам не очень высокого уровня ремесленник, со слабо прокачанными специализированными навыками сумел бы только провести визуальный осмотр на предмет видимых глазу повреждений и благодаря опознанию узнать, чем какой жезл может лупить — в общем-то уже немало, но совершенно недостаточно для той работы, которой он занимался. К счастью в помощь Шпунтику имелся немалый ассортимент амулетов, даже его рабочий стол это специально предназначенный для такой работы артефакт. Затратно? Конечно, но богатенькие Драконы могли себе такое позволить, а потому самой рутинной первоначальной сортировкой жезлов занимался недавний новичок, а не маг и не ремесленник высокого уровня.
Первая категория — полностью или как минимум на 50 % заряженные жезлы, без внешних повреждений, без внутренних дефектов. Прямая дорога таких жезлов — уже упоминаемый спец-хран, затем — руки игроков или заготовок, затем — битва, во время которой или которых жезлы с пользой отдадут заложенную в них мощь, и возвращение на этот самый стол, где Шпунтик или кто-либо другой вновь будет решать их судьбу.
Вторая категория — разряженные жезлы, бывает что разряженные не до конца, но в любом случае меньше чем с 50 % заряда и так же без повреждений и внутренних дефектов. В этом случае уже не прямая дорога, а с остановкой на пути: сначала подобный жезл попадает к тем, кто сможет его зарядить, потом в спец-хран, ну а дальше та же история что и у первой категории: игрок или заготовка, битва (одна-две), недолгое ожидание в общей куче использованных, найденных, взятых в качестве добычи жезлов и затем знакомый стол. Впрочем имелось единственное исключение — жезлы, заряженные заклинаниями какой-нибудь редкой расовой магии, про которые точно было понятно, что в клане нет того кто смог бы их зарядить, такие жезлы отправлялись в третью категорию, про которую будет сказано дальше.
Третья категория — жезлы испорченные, но все еще работоспособные, ненадежные в силу внутренних дефектов (могут дать осечку или взорваться), использованные до донышка, то есть не способные к перезарядке или те, до которых все же добралось безжалостное время. Судьба таких жезлов — продажа, хотя бы и в четверть цены.