От океана до степи (СИ)
Юрий обогнул глубокую лужу, которую объезжали даже внедорожники и грузовики (а кто не объезжал, потом жалел), цыкнул на возбужденную вкусными запахами соседскую собаку, открыл ногой калитку дома и вошел, сумев не пустить жалобно повизгивающую нахлебницу. Собака возмущенно тявкнула, поскреблась в калитку, а затем разочарованная потрусила по улице прочь. Ну а Юрий прямым ходом направился в дом, желая поскорее пристроить горшочек и сумку, сбросить рабочую одежду и нырнуть под душ, но неожиданно остановился, прислушался, потом и вовсе подошел к невысокому забору, что разделял два соседских двора. За забором вещало радио:
— Сегодня в 12 часов по Московскому времени бывший мэр Киева, а ныне президент Украины Васисуалий Клычко дал пресс-конференцию всем ведущим западным средствам информации, на которой публично заявил о своей нетрадиционной сексуальной ориентации. Лидеры западных стран, главы ведущих мировых общественных организаций и представители оппозиционно-либеральных кругов Российской Федерации приветствовали столь смелый поступок и выразили ему полную поддержку… -
— Ну дела-а-а — совсем Хохляндия отожгла! — ошарашенно подумал Юрий.
Еще более сильной реакция была у двух дедков, которые с комфортом расположились за летним столом под грушей и под чаек с пряниками слушали тот самый старенький, но вполне еще работоспособный приемник. До этого момента пенсионеры наслаждались чайком и хорошей погодой, а тут на них словно вылили ушат говна — чудесный вечер был испорчен.
— Огуряло пресноплюй! — сплюнул один из стариков, когда подобрал челюсть (вставную челюсть со стола) и смог внятно говорить. — И что же он в пидары-то подался?! Ведь спортсмен, боксер, красавец, еще и с какой-то американской актрисулькой крутил, я сам ее в телевизоре видел — гарная дивчина! Ну чего ему не хватало?! Наверняка с головой плохо стало — это вы москали его довели! — сделал неожиданный вывод старик, вот уже больше полувека не ступавший на родную для себя землю Запорожья, но не зря говорится, ''кровь не водица'' — душа за родные края болела до сих пор.
— А мы-то тут причем?! — тут же возмущенно возразил ему второй дедок. — Мы что ли заставляли его свой елдак мужикам в жопу толкать или свою жопу под чужой подставлять!? Так что не замай, не наша вина, хотя у вас всегда москаль виноват: град пошел — виноват москаль, корова сдохла — виноват москаль, денег нет — виноват москаль, в Европу не берут — виноват москаль, с калганом плохо — виноват москаль! А в чем мы не виноваты-то?! -
— Да чего теперь говорить, — расстроенно махнул рукой обладатель запорожских корней, — как конопатый и та б…ть с косой в 4-ом годе к власти пришли, так все и покатилось под откос — такую страну просрали! Теперь еще и этот, был боксером, мужиком, а стал пидорасом, да ладно бы только стал — стал и стал и молчал бы в тряпочку, так нет, он пидлюка всю Украину припозорил. Тьфу! — старик сник и будто прибавил пару годков к своим и так немалым летам.
Юрий просто не смог сдержаться и не вмешаться в разговор, весело прокомментировав все услышанное из-за забора:
— Как ты не понимаешь, дед Потап: Клычко ваш воспринял западные ценности всем сердцем, открыл им всю свою душу и… как оказалось кое-что еще открыл! -
Возившиеся неподалеку с раскуроченной нивой мужики в голос заржали, второй из стариков едва не упал от смеха со скамьи, а тот самый дед Потап погрозил охальнику кулаком:
— Надрать бы тебе уши, зубоскал, да поздно. -
Тем временем приемник продолжал гундеть: украинский политолог с рыбной фамилией повизгивая от восторга вещал о том, что этот шаг президента несомненно ускорит вступление Украины в Евросоюз и НАТО, где украинцев ждут не дождутся европейские зарплаты, молочные реки, кисельные берега и сколько угодно кружевного белья, причем почему-то старался убедить в этом не жителей своей страны, а жителей чужой и очень обижался, когда его слова подвергали сомнению.
Довольный собственным остроумием Юрий оставил стариков обсуждать новость дня, зашел в дом, пристроил горшок и сумку, сбросил пропотевшие, грязные тряпки и наконец-то нырнул под душ. Затем переоделся в чистое и привычной дорогой потопал в подвал — не обычный дачный или деревенский подвал, местообитание различных закаток, солений, варений или картошки, а нечто гораздо большее. Сперва он открыл старую рассохшуюся дверь, потом откинул крышку электрощитка. Нет, не щитка, а замаскированной под него сенсорной панели! Отстучал сложный двенадцатизначный код, нажал ввод и… отстучал еще один, но уже всего из пяти знаков — только после этого щелкнул скрытый внутри двери замок. Юрий не без труда открыл массивную, даже не скрипнувшую дверь и зайдя внутрь закрыл ее за собой. Крепкая, широкая лестница, еще и отгороженная от остального помещения решеткой из стальных прутов, привела его в ярко освещенный панелями дневного света подвал. Последняя преграда — решетчатая дверь и уже не спрятанный кодовый замок, но прежде чем отстучать код Юрий надел одноразовые бахилы и только тогда вошел в чистый, едва ли не стерильный подвал.
Вдоль одной из стен довольно таки обширного подвала стояли десятки системных блоков, разнообразных модулей, экранов, сканеров и всякой прочей подобной фигни, вплоть до принтеров и каких-то совершенно древних агрегатов с лампами вместо микросхем. Все это и суперсовременное оборудование, и супердревнее хламье было подключено друг к другу и работало (гудело, звенело и щелкало). Вторую стену подвала по-братски делили полки с разнообразными инструментами, пара станков для работ по металлу, еще полки с множеством толстых папок с обложками разных цветов или свернутыми в трубочку чертежами, три раскуроченных телевизора, внутри которых не хватало половины содержимого и наконец массивный стальной рабочий стол, над которым снова полки с инструментами или буквально ломящимися от закладок книгами технического содержания, на столе множество деталей и вскрытый системный блок. Две капсулы виртуальной реальности вольготно расположились вдоль третьей стены, кроме них шкаф с одеждой, умывальник и небольшая софа, ну еще наполовину заполненная мусорная корзина. В одной из капсул кто-то был. С четвертой стороны все пространство от стены и чуть не до середины подвала занимал здоровенный механизм, похожий то ли на жутко изуродованный самогонный аппарат, то ли на печь, то ли неизвестно на что, аппарат не работал и был качественно укрыт полиэтиленовой пленкой.
Юрий проверил сохранность пленки, ликвидировал небольшой беспорядок на рабочем столе, но системный блок убирать не стал. Потом десяток минут поработал с жутким техногенным монстром, отключил пару системных блоков, пару других наоборот включил, вставил принесенную с собой флешку в порт и только проделав все эти не обременительные, но необходимые дела занял вторую капсулу. На полчаса в подвале вновь воцарилась тишина, только тихонько щелкал, мигал лампами и гудел дюжиной кулеров технический уродец у стены.
Через полчаса капсулы почти одновременно открылись и наружу полезли Юрий и его ''двоюродный дед'' — Семен Никифорович Проводников, на самом деле старинный и лучший друг его настоящего деда. Впрочем Юрий настолько давно был с ним знаком, что и сам начал забывать об очень большой условности их ''родства''и относился к нему как к самому настоящему деду, особенно после того как умер отец и он переселился сюда на дачу (московскую квартиру захапала всегда гнобившая пасынка мачеха и двое его сводных братьев). Прошло не больше пяти минут и подвал снова опустел — вернувшиеся в реал ''дед с внучком'' отправились на летнюю веранду вечерять.
— Кому опять компьютер починил? — немного ворчливо спросил Семен Никифорович у своего ''внука'', кивнув на все еще теплый горшочек на столе.
— Не компьютер, а спутник, точнее ресивер, — ответил расставлявший тарелки Юрий. — Почти час возился, но зато горшок рождественских (пельмени с гусятиной) и вот эта красота, — жестом фокусника он достал полулитровую банку абрикосового варенья. — Кстати горшочек надо не забыть вернуть, а чинил тете Даше с Буденновской (название улицы). -