От океана до степи (СИ)
Вскоре Дримм почувствовал погоню впереди, тут же остановился, повертел башкой и, использовав не очень большую фору, оценил ситуацию, вспоминая проделанный путь. Принял решение, пробежал еще с полсотни метров навстречу илайнам, остановился и начал колдовать. Простенькое квелийское колдовство первого уровня и коридоры вокруг наполнились шумом: звуком шагов, смехом, невнятным говором, шорохом одежды, появился запах, даже загулял слабенький ветерок, словно порожденный движениями множества живых существ. Масштабная иллюзия должна была привлечь обе погони к себе и до времени скрыть их друг от друга — разумеется Дримм не собирался упускать такой шанс стравить своих врагов. Ну а сам коварный фейри уподобился той самой мудрой китайской обезьяне и полез на дерево, чтобы переждать пока ''тигры'' передерутся внизу, разве что он не собирался смотреть и ждать, так как не сомневался кто победит. Роль дерева исполнила вертикальная шахта колодца.
Дримм полз, полз и полз — колодец оказался неожиданно глубок, а внизу разворачивалась настоящая драма: илайны и зомби встретились в тесных коридорах (сразу во многих) и живых мертвяков начали рубить, нет, рвать как Тузик грелку, сечь их острыми серпами, десятками и сотнями уничтожать боевыми заклятиями, бывало и отрывать головы могучими когтистыми лапами. Слабосильные зомби ничего не могли противопоставить искусству опытных воинов и мощи магов, но, НО (!) и еще три раза НО (!!!) зомби было МНОГО, и они заполняли собой коридоры как безбрежный океан и вскоре окружили десятки тысяч илайнов со всех сторон, а потом илайны встретились с рогатыми культуристами с паучьими телами вместо ног и с еще более жуткими существами…
Ну а фейри уже не интересовал развернувшийся внизу ''праздник жизни''(скорее все же смерти), он наконец-таки достиг верха колодца и тремя воздушными кулаками выбил преграждавшую путь решетку. Дримм попал в некое подобие вентиляционной шахты, со множеством пересекающихся путей и узких, подобных тому из которого он вылез, колодцев, кстати, не только на полу, но и в стенах и потолке, некоторые из них прикрывали решетки, некоторые нет.
Не откладывая в долгий ящик, Дримм собрался скинуть поднадоевшие и просто опасные ментальные поводки, но не успел произнести первого заклинания, как они сами начали один за другим исчезать — в страшных муках умирали породившие их маги. Всего несколько минут и теперь действительно свободный и сбросивший ''хвост'' Дримм побежал по узким переходам, стремясь уйти как можно дальше. Да, илайны больше не проблема, но оставались зомби, вернее на зомби, сколько бы их ни было, плевать — он всегда сумеет от них убежать, но вот с хозяевами ТАКОЙ неживой армии не очень хотелось встречаться. А еще Дримма беспокоил безглазый, то как быстро он сумел выбраться из круга, найти свое добро на дне реки, найти фейри. Что помешает ему найти Дримма вновь? Нет на это ответа, а потому фейри спешил и был настороже. Как часто бывает опасность пришла откуда не ждешь: очередная крепкая вроде решетка исчезла из-под ног, и не успевший даже матюкнуться Дримм полетел во тьму глубокого колодца…!
Летел он долго, десятки минут, несколько раз кидал вниз воздушную линзу, что на время притормаживала полет, чиркался доспехом о стенки, ''предвкушая'' как совсем скоро истечет время доспеха-щитаи стены придется царапать голой кожей, даже немного привык к бесконечному полету и сгрыз последний прихваченный с собой апельсин, еще думал и гадал, что ждет его внизу.
Страшный, неожиданный удар! Фейри выбил металлическую решетку ногами и вывалился в большой зал! В зале кипел бой: илайны сражались с фейри, фейри было больше, но каждый илайн был носителем золотой чешуи и такого же доспеха. Впрочем Дримма озаботило совсем другое — в тот самый момент как он вывалился из дыры под потолком, истаял верный много раз спасавший его доспех — он падал вниз только в набедренной повязке, в почти не защищавших тело кожаных щитках и с каменной книгой, жестко привязанной к спине, падал в котел жестокой битвы с 50-ти метровой высоты…
28 минут спустя.
Нельзя сказать что появление Дримма как-то сместило баланс. Нет, один боец, как бы ни был он хорош, не мог повлиять на битву, в которой сражались тысячи. Хотя если бы у такого мага как Дримм было время на подготовку или если бы он не оказался в самой гуще, а немного в стороне и на дистанции, тогда другое дело, но рухнувший с потолка фейри сразу нырнул в кипящий котел битвы с головой и ВЫНУЖДЕН был сражаться как воин, а не как маг, лишь иногда успевая скастовать воздушный кулак, огненный шар, молнию. Что же касается непосредственно Дримма, то он был невероятно воодушевлен — его окружали фейри, НОРМАЛЬНЫЕ фейри, и он сражался с ними плечом к плечу!
Фейри приняли помощь неизвестного собрата без всяких условий и подозрений. Впрочем как ее не принять? Слишком сильны были золотошкурые илайны, слишком много фейри гибло каждый миг и слишком мало носителей страшных окровавленных серпов и прекрасных доспехов гибло в ответ. А тут невероятно сильный, подвижный боец, превосходивший любого илайна один на один и даже два-три на одного, еще и маг, каждый магический удар которого или убивал, или наносил такие повреждения, что подраненного илайна легко могли добить простые бойцы. Неудивительно что чудесного воина-мага вскоре стали беречь: не подпускать к нему больше двух-трех бойцов; защищать спину (не раз и не два воины-фейри своим телом останавливали пущенный в полет серп); расчищать место, давая чаще действовать магией, а не мечом; добивать его подранков, и вообще вокруг Дримма полустихийно образовался мощный отряд поддержки. Но то был хоть и важный, но один из эпизодов яростной битвы, в которой не существовало таких понятий как ''плен'',''жалость'',''бегство'' — практически с самого начала противостояния двух великих народов (илайны и фейри) все сражения длились до последнего живого бойца с той или иной стороны. Так случилось и в этот раз: кровь хорошо вымыла каменные полы, вековечная ненависть была удовлетворена, а в верхний и нижний миры отправились щедрые потоки душ, отборных душ погибших в бою воинов.
Под самый занавес битвы, среди груд мертвых и умирающих тел осталось всего три небольшие группы еще сражавшихся друг с другом бойцов, ТРИ на весь громадный смердящий болью и смертью зал. В первой группе был Дримм — воин-маг не дал себя убить, хотя скорее 50/50: на 50 % заслуга принадлежала прикрывавшим его соратникам-фейри, но цена оказалась непомерно велика и от всего отряда осталось только два покрытых кровью с ног до головы бойца — здоровяк с двойным топором и воин с длинным на треть окованным сталью копьем. Уцелевшие воины не лезли поперек ''батьки'', то есть Дримма, и дожидались пока он свалит трех израненных илайнов, чтобы потом их добить.
Во второй группе — три фейри в богатых по сравнению с рядовыми бойцами кольчугах и прекрасным дорогим оружием в руках, против них всего один боец, но это огромного роста илайн, за время битвы успевший убить больше двух сотен врагов. В одной руке могучего воина-илайна обычный боевой серп, а вот в другой не характерный для этой расы меч. Когда Дримм мельком издали увидел этот клинок, он поразился насколько же тот похож на Убийцу, его оставшийся далеко-далеко живой меч. Несмотря на долгий тяжелый бой илайн был быстр, силен и казалось совершенно не устал, к сожалению его противники не могли похвастаться тем же.
Третья группа — шесть фейри против двух илайнов: у фейри длинные копья, у илайнов множество ран и дырявые доспехи. Кроме этих трех групп есть несколько десятков израненных, умирающих, не способных сражаться илайнов, все фейри мертвы — у них не имелось таких тяжелых доспехов, а заточенные как бритва серпы пластали плоть без ран, наверняка.
Взмах! Летит отрубленная чешуйчатая кисть с серпом!
Взмах! Сталкиваются бронзовый и стальной клинки — на бронзовом очередная зазубрина и пылает вязь рун, стальной же невредим.
Взмах! Иззубренная бронза вскрывает кожистое горло, и золото доспеха топит под собой багровый поток.