От океана до степи (СИ)

- ''Дорога ложка к обеду'', - пожал плечами Дримм. — Ничего тут смешного не вижу. Не знаю правда написанное или нет — никогда не интересовался этим вопросом, но верю что могло быть — у нас такое головотяпство всю жизнь. Морячкам в русско-японскую еще повезло — у них хотя бы броню пробивало, а вот мне дед в детстве рассказывал, что в самом начале Отечественной снаряды к противотанковым сорокопяткам разбивались о броню фрицевских танков как стеклянные. —
— Я тоже кое-что такое слышал, — перебил главу Морнэмир, — и тоже от своего дедули. Только там речь о бронеспинках в самолетах шла… -
— Все, брейк! — буквально взорвалась Людмила. — Вы куда нас завели!? Отечественная! Русско-японская! Бомбардировки городов! Снаряды! Танки! Фрицы! Тугие взрыватели! Книжные попаданцы! Выдержит ли городская стена артиллерийский обстрел! Вас послушать, так мы готовимся оказаться прямо в центре Курской дуги: слева немцы, справа наши, а посреди мы торчим! Так вот НАПОМИНАЮ: МЫ отправляемся в 16–17 век и вообще мы тут собрались форт принимать, а не рассуждать о всякой фигне! Вы тут перезаражали друг друга милитаризмом и забыли о деле! -
— Жрица бога войны обвинила мага, воина, рейнджера и ремесленника в милитаризме — звучит как начало анекдота, — схохмил Морнэмир, но по сути Людмила была права, и Дримм предложил подвести итоги и решить принимать форт в эксплуатацию или нет и какие есть по нему замечания.
— Меня все устраивает, — первой высказалась Людмила. — Молодцы (Дримму и Морнэмиру), что не стали заходить слишком далеко в своих фантазиях. —
— Ничего не скажешь — капитальное строительство, еще и с возможностью модернизации, еще и с ''метро'' — не зря деньги потрачены! — похвалила работу Анариэль. —
— Лучше большинства военных городков, в которых я жил и служил, — последним оценил работу Таурохтар, но все-таки высказал претензию, хотя скорее пожелание: — Но передовой ров перед основным желательно бы сделать и живую стену посадить. —
— Можно, — покладисто согласился Морнэмир. — Когда будем ''одевать'' ров, сделаем.
— Тогда у меня все, — не стал настаивать на немедленном исполнении его требований Таурохтар и тут же задал вопрос по существу: — Когда можно будет заселять спецназовцев? -
— Да хоть завтра, — ни минуты не раздумывая ответил ему довольный Морнэмир. — Воду уже подключили, сегодня весь день и ночь будут возить всякую мелочовку вроде белья и осветительных шаров, ну и продукты на кухню. —
— Прекрасно, тогда чем раньше, тем лучше? — Таурохтар вопросительно посмотрел на Главу.
— Не спеши, — осадил торопыгу Дримм. — Предлагаю поставить на это дело Октарона, пусть он тут пару дней-недельку поживет-осмотрится, оценит готовность персонала и всего остального и только тогда когда он даст добро, начать переселение спецназовцев из старой цитадели. —
Возражений не возникло и минут через пять, обсудив еще пару дел, игроки разошлись: у Людмилы имелись какие-то дела в храме, Анариэль припало прокатиться на големо-пауко-экспрессе, Таурохтар захотел уже в одиночестве пройтись по форту, а Дримм и Морнэмир беседуя не спеша потопали к коновязи.
— Когда в следующий раз встретимся? — спросил Дримм, имея ввиду строительство двух других подобных городков.
— Скоро, — порадовал Главу ответ Морнэмира, — до конца месяца сдадим второй, а к середине следующего и третий, так что думайте кем их заселять. И, Дримм, ты давай поскорей определяйся с Восточным замком — в Южном Людмила со своими летунами, в Северном Королева (Туллиндэ) с трупорезами (некромантами) и этими вашими с ней ''Несущими смерть''. Ничего пооригинальней придумать не могли? — немного отвлекся Морнэмир, но быстро вернулся к сути: — А с Восточным полная неясность. Я понимаю, что только через три месяца начнем его строить, но желательно хотя бы за месяц знать, что и для чего. —
Дримм тогда успокоил главного строителя клана и пообещал ему выполнить его пожелание, хотя в тот момент и сам не представлял, каким будет Восточный замок и кто станет его основным хозяином. Хотя у него и были варианты — как в Северном будут хозяйничать некроманты, так и Восточный отдать под патронаж магов или друидов. Впрочем судьба распорядилось по своему: маги и друиды пролетели с жилплощадью, а Восточный заселили совсем другие существа — те, кого на Земле прошлого за дело прозвали ''Ужасом степи''.
   
Глава 32
 
Глава 32
Пустые земли между чащобами предков и степью.
Конец четвертого дня пути.
Дагаркхал Наносящий Много Ран — вождь союза племен Лесов Заката.
Бег… Бег… Бег… Бег сквозь чащу…. Бег по стволам упавших деревьев… Бег, когда мышцы устали и просят пощады, но все равно бег… Хищная кошка с клыками как сабли прыгает с высоты — в воздухе ее встречает копье, у земли второе, на земле топор отрубает ей голову, но ни что из этого не прерывает бег… Стадо кабанов едва успевает убраться с пути 3-х сотен воинов, а вдалеке удирает стайка косуль, и те, и другие — вкусное мясо, но ничто не может остановить бег, и мясо удирает на своих ногах… Бег… Прямо на пути''пасти'' (боевого отряда) встает шош — покрытый иглами зверь размером с большого медведя:''пасть'' не останавливаясь обтекает его с двух сторон, летят тяжелые копья. Полсотни охотников ненадолго отстанут от основного отряда — вытащить копья и нарезать мясо ровно на 300 истекающих кровью полос. Вскоре они догонят ушедшую вперед''пасть'',копья вернутся к владельцам, а мясо пойдет по рукам — продолжается бег… Сотни блестящих от пота тел скользят сквозь притихший лес, и смерть ждет всякого кто в станет у них на пути, не по злобе, не из-за голода, не ради добычи, просто ничто не должно остановить стремительный бег к цели… Бег — раз в два часа отмеченный духами шестипалый шаман-карлик, которого несут на руках двое бегунов, читает заклинания выносливости, раз в девять часов каждый воин делает глоток зелья из особой берестяной фляги, раз в сутки каждая десятка воинов имеет право отстать, сделать стыдные дела и догнать ушедшую вперед ''пасть'' — такой бег продолжается четвертый день подряд, и три ночи без сна уже позади… Ничто не может остановить или замедлить личную ''пасть'' великого вождя… Бег… Бег… Бег…
Восемь месяцев назад великого вождя Дагаркхала одновременно посетила милость богов, и случилось великое горе: радостью стало рождение сына у молодой недавно взятой в род жены, а горем — исчезновение сразу двух старших детей, наследника и его сестры-близняшки. Горе отравило великую радость и погрузило потерявшего детей молодого отца в сумрак и боль неизвестности. Лучшие следопыты, преданные друзья, сильнейшие шаманы — все пытались выяснить судьбу пропавших детей — не сумели, и великий вождь не знал радоваться ли ему, что холодные тела его детей так и не смогли найти или горевать от того, что дочь и сын останутся без достойного погребения, а сам вождь так и не узнает над кем свершить жестокую месть.
Бег… На пути ''пасти'' возникло неожиданное препятствие — болото, которого судя по меткам не должно было быть, или по крайней мере не было здесь год назад. Невеликое болото, но обходить его много часов, возможно даже полдня. Приказ вождя и ''пасть'' пошла напрямик! Шаман прочитал заклинание, воины издали одновременный боевой рык, и в воду полетели подожженные комки трав — болото вскипело сотнями спешащих убраться прочь змей и других тварей, ну а тех кого не отпугнули ни рык, ни заклинание, ни тлеющие травы прикончили копья и топоры воинов, что ловко запрыгали по не успевшим сгнить древесным стволам. Воины прыгали со ствола на ствол, как мяч перебрасывали друг другу недовольно верещавшего шамана, били копьями вниз, пробивая шкуры не пожелавших уйти тварей, иногда 2–3 воина спрыгивали в мутную воду, и топоры заканчивали работу копий. Бывало и твари лезли наверх, тогда брошенное умелой рукой копье или даже два прикалывали рычащие, не желавшие умирать тела к древесным стволам, а воинам не приходилось спускаться по пояс в грязь для того чтобы обагрить топор. ''Пасть'' прошла болото без потерь, лишь оставив в нем три десятка копий, но ничего — не зря каждый из воинов нес с собой по два копья. ''Пасть'' вновь набрала скорость, безостановочный бег продолжался…