От океана до степи (СИ)

Дримм, метнув клубок цепных молний, спрыгнул с маунта, Ворошилов вновь уподобился огромному шару для боулинга и подавил немногих уцелевших после молний хозяина ''бугаев'', потом отработал малым половинным лучом в один из боковых проходов, сожрал десятка три дагзити из другого, получил молнию из третьего (туда немедленно ушел рейд игроков), хрумкнул десятком''бугаев'' из четвертого, пуганул отряд дагзити из пятого (туда тоже ушел рейд) и… все — пока огромный коридор был пуст, но именно пока. Дальше Дримм пошел пешком, а Ворошилов остался дожидаться ушедшие в преследование рейды и сторожить проход, но все-таки маунта не оставили одного и в усиление он получил Дара, Послушного в звериной форме и спрыгнувшего с колесницы Кошмара Туллиндэ. Недавно получивший тело питомец-дух некромантки не мог похвастаться боевыми возможностями, даже не мог угнаться за отрядом, но и в таком состоянии был посильнее обычного, вернее очень хорошо сделанного зомби — как самостоятельная сила не годится, а как приданная танку-Ворошилову вспомогательная единица сойдет, тем более есть опытный Послушный и молодой, но подающий большие надежды Дар.
Отряд двинулся вперед… через пару минут вновь остановился — очередной боковой''проспект''и перегородившая его баррикада, с вершины которой швыряют дротики дагзити.
Не больше минуты понадобилось Дримму, чтобы собрать ураганный шар, который разметал уже пустую баррикаду (спецназовцы и рейнджеры-игроки не теряли времени зря). Проход осталась сторожить Дочка, сильнейший пет клана Красного Дракона не нуждался в чьей-либо помощи, а отряд продолжил путь… чтобы меньше чем через минуту пути наткнуться на очередной боковой проспект. Вторая колонна вошла в радиус действия стрелков.
На этот раз спешилась Туллиндэ: ее здоровенная колесница-маунт почти полностью перекрыла немаленький''проспект'', а для гарантии, что все-таки никто не сможет проскочить по краям, в тылу у колесницы встали десять спецназовцев.
Несколько напряженных минут: спецназовцы вновь начали стрелять, но уже не навесом на кого бог пошлет, а тщательно выбирая цель — даже их бездонные колчаны показали дно; маги и рейнджеры тоже работали реже и постоянно отлучались в составе своих рейдов проверить очередной боковой тоннель (в двух местах пришлось оставить жнецов Туллиндэ — Зеркало и Отражение не намного уступали Василисе и их так же было очень муторно убивать и при этом самому не сдохнуть в процессе). Дримм копил силы и ждал, а Туллиндэ работала сериями не очень мощных атакующих заклинаний школы Смерти, что при ее высоком уровне игрока и мага Смерти все равно давало прекрасный эффект, заодно позволяя наглотавшейся зелий некромантке восстанавливаться быстрей чем она тратила ману.
Отряды защитников и вторженцев постепенно сближались: вот вход пошли дротики (дагзити) и метательные ножи (игроки), вот маги и рейнджеры начали оттягиваться назад, назад начали оттягиваться и дагзити, вот тупые ''бугаи''по команде выставили копья вперед, а воины-игроки приготовились те самые копья отбивать и принимать на щит.
Уже казалось определенный сценарий сломал Дримм: новый хоть и немного меньший в диаметре ком золотого огня сорвался с когтистого навершия посоха, и на этот раз среди дагзити не оказалось ни одного жреца….
В один момент золотое, а после яростное рыжее пламя сожрало тысячи чешуйчатых бойцов, покатилось дальше и достигло закрывавшего проход щита — темный непрозрачный щит выдержал остатки пламени, хотя и тревожно затрещал. Колонна продолжила путь по хрустящей под ногами чешуе и спустя несколько минут достигла преграждавшего дальнейший путь масштабного щита.
— К гадалке не ходи, как только проломим щит и войдем в зал, навалятся, — озвучил достаточно очевидную мысль Пирожок, имея ввиду проходы по бокам торцевого зала, всего по четыре прохода с каждой стороны. Собравшиеся на быстрый совет старшие рейдов закивали соглашаясь.
— Навалятся… — задумчиво повторил его слова Дримм и завис. Фейри хотелось снять щит и войти в зал, но он понимал: отряд итак слишком разбросался, оставив немалое количество сильных бойцов прикрывать свой тыл, теперь вот эти восемь проходов. Что же с ними делать? Проигнорировать нельзя — Пирожок прав. Оставить слабый заслон? Его сомнут и им ударят в тыл. Оставить сильный заслон? А с чем идти в зал за щитом, ведь по всем признакам там босс? Разум требовал от Дримма зачистить территорию города, собрать все силы в кулак, отдохнуть, пробафиться и только потом входить в зал, а вот распаленный боем азарт и инстинкт требовали от него, не теряя времени идти вперед, к тому же не факт, что город удастся зачистить даже за несколько дней, да и вероятность того, что городские дагзити получат подкрепления извне тоже не следовало сбрасывать со счетов. Так что же все это время ждать и не входить в зал?
 
Дримм принял решение и начал раздавать приказы, которые не очень понравились части командиров рейдов, да и Туллиндэ. Но командиры не решились возражать Главе, а Туллиндэ радовал горевший в глазах Дримма огонь, она не хотела чтобы он потух, сменившись прежними болью или равнодушием, так что эльфийка пошла у фейри на поводу. К каждому из проходов устремился рейд игроков и десяток спецназовцев при нем, последний десяток спецназа стал общим резервом, в том числе и для Дримма и Туллиндэ. Хотя честно сказать, если таким магам как Красный Дракон и Королева Мертвых понадобится помощь, десяток пусть и хороших бойцов их не спасет.
Фейри с маху вонзил когтистый посох в пеленущита — гигантский щитзакорчился, побежал волнами, затрещал как сминаемая бумага (целый вагон такой бумаги), но устоял… ровно до того момента как хозяин посоха со всей силой рванул его древко на себя!
Огромный торжественно-мрачный зал сферической формы, циклопических размеров портал вместо одной из стен. Портал открыт и на сотню жрецов и сотню лучших из лучших воинов дагзити изливается лазоревый свет. Жрецы и воины смотрят на незваных гостей с нескрываемым торжеством, а на той стороне портала ворочается огромный черный осминог.
*
Мелкий морской БОГ, которому поклонялось местное племя дагзити, заглянул в равнодушные черные с золотой каймой глаза ''Убийцы богов'',узнал посох, что когда-то тысячу лет тому назад нанес ему страшную рану, след от которой можно было заметить даже теперь, бог глянул и на полураспахнутые врата в Мир Мертвых в виде красивой эльфийки в белых доспехах, а затем… развернулся и просто уплыл. Как будто разом постаревшие жрецы некоторое время неверяще смотрели вслед своему божеству, потом одновременно повернулись к фигурам пришельцев на пороге зала. Дримм поднял посох…
*
Подводный город грабили четыре дня и не взяли в нем какой-то особо ценной добычи. Нет, что касается золота, жемчуга, драгоценных камней, разнообразного бонусного оружия, свитков, средних амулетов, то всем этим город поделился более чем щедро, но ничего исключительного, удивительного, эпического, хотя бы даже легендарного так и не нашли, разве что несколько книг на фейрийском языке привлекли внимание вновь загрустившего фейри. Дримм так и не смог закрыть гигантский скрывавший бога портал, ну а идти за богом в его родную среду, возможно даже отдельное измерение не решился бы ни один даже самый жадный до очков игрок, так что Драконы как могли запечатали зал и больше ни разу его не посещали, не беспокоил их и многорукий бог.
На пятый день на корабли погрузили последнюю добычу, и эскадра отправилась в обратный путь, оставив теперь уже по-настоящему заброшенный остров позади.
  
Глава 27
 
Глава 27
Гаваи (Курорт).
7 дней спустя.
Дримм.
— Что такое происходит со мной? — в тысячный раз задал себе вопрос Дримм. Его взгляд скользил по белому песку пляжа, по пустым без кораблей причалам, по постройкам на берегу, по башням крепости в глубине острова, по флагштоку, с которого скалился расправивший крылья красный дракон, но фейри не видел ничего, полностью уйдя в себя и лишь машинально поглаживая по голове оседлавшего планшир дракончика, живую копию изображенного на флаге. — Что за внезапные вспышки безумной любви, от которых напрочь сносит крышу и еще более сильные приступы парализующего разум горя? Прямо сумасшествие какое-то! Такое ощущение, что я действительно на время сошел с ума, ведь можно признаться самому себе: я едва-едва не вышел в реал не имея физического тела, то есть едва не совершил то единственное, что может убить такого как я. И все-таки почему?! — Дримм с трудом понимал себя тогдашнего, особенно теперь. Нет, терзавшая его боль не прошла, но с глаз будто упала пелена, и он мог мыслить более-менее здраво, а не как тот, кто готов трусливо уйти в небытие. Как никогда остро он осознавал неправильность того, что творилось с ним три недели назад, или нет, с того самого момента, как он увидел рыжеволосую пиратку по имени Дайтана, и для него перестал существовать весь остальной мир.