Побочный эффект (СИ)
— Я… что? При чём тут мой шрам?
Шёпот Гермионы повторился. Теперь её «Что?» стал более настойчивым.
— Так ты ничего не знаешь? — сказал Малфой со злобным восторгом.
Упивающиеся смертью засмеялись опять, и под прикрытием их смеха Гарри прошипел Гермионе что-то, чего Луна не расслышала.
— Значит, Дамблдор никогда не говорил тебе? — повторил Малфой. — Что ж, это объясняет, почему ты не пришёл раньше, Гарри Поттер, — Тёмный Лорд удивлялся, отчего ты не прибежал со всех ног, как только он показал тебе во сне место, где спрятана эта причина. Ему казалось, что естественное любопытство заставит тебя явиться сюда, чтобы узнать всё в точности…
— Ах, вот как? — спросил Гарри. Он скорее чувствовал, чем слышал, как Гермиона у него за спиной передаёт другим его слова: «Разбиваем стеллажи, когда Гарри скажет «давай». — Стало быть, он хотел, чтобы я пришёл сюда и взял эту штуку? Зачем?
Луна поняла, что Гарри изо всех сил пытается отвлечь внимание Упивающихся. Значит, у него есть план! Луна немного приободрилась.
— Зачем? — В голосе Малфоя прозвучало недоверчивое изумление. — Да затем, Поттер, что взять пророчество из Отдела тайн могут только те, о ком в нём говорится. Тёмный Лорд выяснил это, когда посылал других выкрасть его, а у них ничего не получалось.
— Но зачем он хотел выкрасть пророчество обо мне?
— О вас обоих, Поттер, о вас обоих… Ты никогда не задавал себе вопроса, почему Тёмный Лорд пытался убить тебя, когда ты был ещё ребенком?
Гарри уставился в прорези капюшона, за которыми блестели серые глаза Малфоя. Не в этом ли пророчестве крылась причина гибели его родителей, причина, по которой на лбу у него остался шрам в виде молнии? Неужели он держит в руке ответ на все загадки?
— Значит, здесь уже давно хранилось чье-то пророчество о Волдеморте и обо мне? — спокойно спросил он, глядя на Люциуса Малфоя и крепко сжимая в руке тёплый стеклянный шарик. Размерами он едва ли превышал снитч, и поверхность его до сих пор была шероховатой от пыли. — И Волдеморт заманил меня сюда, чтобы я взял его и отдал ему? Но почему он не мог прийти за ним сам?
— Сам? — пронзительно воскликнула Беллатрикс под хриплый смех черных магов. — Ты предлагаешь Тёмному Лорду явиться в Министерство, где так любезно игнорируют его возвращение? Предлагаешь ему отдать себя в руки авроров, которые пока что убивают время на моего драгоценного кузена?
— Ага, так он заставляет вас делать за него грязную работу! — сказал Гарри. — Сначала он посылал сюда Стерджиса… потом Боуда…
— Очень хорошо, Поттер, очень… — медленно протянул Малфой. — Но Тёмный Лорд знает, что ты не ду…
— ДАВАЙ! — завопил Гарри.
— Редукто! — выкрикнула Луна, направляя палочку на ближайший от неё стеллаж. Остальные её друзья сделали то же самое. Пять заклятий вылетели из палочек в пяти разных направлениях, и полки соседнего стеллажа, в который они угодили, разлетелись на куски; сотня стеклянных шариков взорвалась одновременно, и всё огромное сооружение пошатнулось, а воздух сразу наполнился множеством молочно-белых фигур, и их голоса — эхо бог весть какого далекого прошлого — смешались со звоном бьющегося стекла и ломающегося дерева, когда щепки вместе с осколками дождем посыпались на пол…
— Бежим! — крикнул Гарри, видя, что стеллаж угрожающе накренился и с его верхних полок скатываются всё новые шарики. Он схватил Гермиону за мантию и потащил вперёд, прикрываясь другой рукой от града обломков и осколков, которые сыпались сверху. Какой-то Упивающийся смертью метнулся к ним сквозь облако пыли, и Гарри сильно ударил его локтем в закрытое маской лицо; вокруг раздавались крики боли, кто-то визжал, полки с грохотом обрушивались друг на друга, и в этот шум вплетались обрывки речей провидцев, выпущенных на волю из своих шариков…
Рон, Джинни и Луна пронеслись мимо Гарри, закрывая головы руками. Рон мчался первым, Луна с Джинни не отставали, и вскоре все увидели впереди яркий свет, дающий им надежду поскорее выбраться из Хранилища. Услышав позади топот ног, Луна быстро обернулась в надежде увидеть там Гарри, Гермиону и Невилла. Но вместо них заметила лишь несущихся за ними по пятам Упивающихся, которые точно так же уворачивались от падающих шариков с пророчествами, осколков бьющегося стекла и рушащихся стеллажей.
На полпути к спасительному выходу дорогу им преградили две фигуры в тёмных балахонах и масках. Рон резко свернул в боковой проход. Луна и Джинни кинулись за ним. Пробежав между двумя рядами стеллажей и слыша приближающийся сзади топот преследователей, беглецы оказались перед незнакомой дверью. Рон толкнул её. Дверь распахнулась.
Все трое ворвались в полутёмную комнату, лишь слегка освещённую мягким мерцающим сиянием. Внутри комнаты по эллиптическим орбитам плавно двигались шарообразные тела, в которых Луна с удивлением узнала планеты Солнечной системы со всеми их спутниками. Планеты выглядели не как гладкие шары, они были, словно настоящие — неровные булыжники с горами и впадинами. Пространство между Марсом и Юпитером заполняли медленно проплывающие разномастные камушки — астероиды. Стены комнаты были угольно-чёрными, и на них загадочно мерцали скопления звёзд и галактик. От них исходило сияние, освещавшее пространство комнаты.
Но Луне некогда было долго разглядывать эту завораживающую картину. Бежавшая позади неё Джинни громко вскрикнула, застыв на пороге. Рон с Луной увидели, как рука мчавшегося следом Упивающегося вцепилась в её мантию. Джинни попыталась лягнуть преследователя, изо всех сил стараясь освободиться от схватившей её руки. Но в этот момент Упивающийся поймал ногу Джинни и с силой дёрнул за неё, выворачивая лодыжку. Раздался хруст. Джинни с криком боли повалилась на пол. Луна среагировала мгновенно.
— Редуцио! — воскликнула она, направляя палочку на проплывавшую мимо неё модель Плутона.
— Ваддивази! — тут же выкрикнула она, направляя её на Упивающегося, схватившего Джинни, не слишком заботясь о том, насколько ей удалось уменьшить эту каменную глыбу.
Плутон размером с человеческую голову на огромной скорости врезался в лицо Упивающегося, скрытое маской. Тот повалился на пол, не успев издать ни звука. Но радоваться победе было рано. Пока Луна разбиралась с одним преследователем, второй ворвался в комнату. И вряд ли стоило надеяться, что он был последним из гнавшихся за ними.
Упивающийся, оказавшийся впереди всех остальных, швырнул в Рона неизвестным Луне заклятием. Рон попытался защититься с помощью Протего, но задержался и пропустил удар. Заклятие отбросило его к стене. Ударившись о неё головой, Рон медленно сполз вниз, в то время как Джинни обезвредила нападавшего Оглушающим заклятием.
— Петрификус Тоталус! — Луна направила волшебную палочку на следующего нападавшего, появившегося в дверях, и тот рухнул на пол, полностью парализованный.
К счастью, он свалился назад, и Луне не пришлось терять время, выпихивая его наружу. Она стремительно захлопнула дверь и, направив на неё волшебную палочку, выкрикнула:
— Коллопортус!
Дверь со странным чавкающим звуком запечаталась наглухо. Луна оглянулась.
Джинни сидела на полу, болезненно сморщившись и поглаживая распухшую лодыжку. Рон привалился к дальней стене и глупо улыбался, глядя на медленно проплывающие по кругу планеты.
Луна сделала шаг по направлению к Джинни и вдруг почувствовала, что плавно взлетает в воздух. Тело её почти ничего не весило. Перелетев на расстояние, значительно большее, чем её шаг, Луна оказалась за спиной у Джинни. Это плавное парение в невесомости делало всё происходящее ещё более нереальным. Луне казалось, что она воспринимает действительность словно через толщу прозрачной воды, замедляющей все движения и реакции.
— Как ты? — спросила она у Джинни.
— Ничего, — ответила та. — Что с Роном?
Луна осторожно сделала следующий шаг по направлению к Рону, опасаясь вновь не рассчитать и оказаться вовсе не там, где ей хотелось бы. Но на этот раз ей удалось приземлиться как раз около него. Глядя на неё, Рон расслабленно захихикал: