Побочный эффект (СИ)

Они остановились около кровати. Северус сорвал с неё бархатное тёмно-зелёное покрывало с серебряной бахромой по краям. И сделал он это, скорее всего, с помощью невербального заклинания — Луна не задумывалась об этом. Как можно думать о таких пустяках, когда руки Северуса так нежно гладят её тело? Когда он, склонившись, целует её грудь, и его волосы касаются её живота — той его части, которая уже освобождена от одежды?
Вот Северус обхватил губами её сосок, одновременно лаская его языком, и у Луны внизу живота стало невыносимо горячо и щекотно. Она содрогнулась и прильнула к Северусу, который в это время освобождал её от юбки, колготок и трусиков, словно счищал их плавными движениями, будто кожуру с плода. Когда он оторвался от её груди, Луна стояла перед ним полностью обнажённая. Чувствовать себя незащищённой было немного стыдно, непривычно — и невыразимо приятно. Он смотрел на неё, и его вечно холодный пустой взгляд горел восхищением. Кто-нибудь хоть раз видел восхищение в глазах Снейпа? Это восхищение вызвала она, оно предназначалось ей, Луне! Невероятное, потрясающее, сказочное ощущение.
Луна взялась за пояс его расстёгнутых брюк и потянула их вниз. Брюки сползли к ногам Северуса, но избавиться от них ему мешали ботинки. В тот же миг шнурки на них развязались от его невербального заклинания, и Северус легко сбросил обувь и освободился от брюк. Оставалось последнее препятствие. Луна, с улыбкой глядя в глаза Северуса, сделала шаг к нему, просунула ладони сзади под резинку, провела ими по тощим поджарым ягодицам профессора и опустила трусы, освобождая, наконец, его рвущийся ей навстречу пенис. Северус рывком притянул к себе девочку и стал целовать её всю — глаза, губы, шею, грудь… Его тонкие длинные пальцы запутались в распущенных волосах Луны. Из-за этих прикосновений под кожей головы у неё рождались тысячи мурашек, которые потом разбегались по всему телу. Голова у Луны кружилась, перед глазами колыхался туман, и она не ощущала ничего, кроме рук Северуса, его губ и прикосновения чего-то твёрдого, влажного и горячего, упиравшегося ей в живот.
Луна с удовольствием подчинилась, когда он мягко уложил её на кровать, продолжая покрывать поцелуями всё тело, опускаясь всё ниже, ниже, к тому месту, которое больше всего жаждало ощущать его. Горячий зуд внизу живота становился всё более невыносимым. Луна призывно развела колени, давая понять Северусу, что она не только готова принять его, но и жаждет этого каждой клеточкой своего тела.
Но вместо того, чтобы прижаться к ней покрепче, Северус вдруг поднялся и взял в руки волшебную палочку, которая непонятным образом вдруг оказалась на его прикроватной тумбочке. Луна недоумённо и разочарованно смотрела на него. Почему он остановился? Что-то случилось? Она что-то сделала не так?
Луна перевела взгляд на его член. Он был по-прежнему напряжён и готов к действию. Тогда почему.?
— Не бойся, — тихо сказал он. — Ничего не случилось. Но прежде чем продолжить, нам нужно сделать кое-что важное. Лежи спокойно. Я не причиню тебе вреда.
— Я знаю, — Луна слабо улыбнулась ему. — И не боюсь.
Северус сделал одно неуловимое движение волшебной палочкой над её животом, коснулся ею лобка в том месте, где начинал расти нежный пушок и внятно произнёс:
— Non concept.
Отложив волшебную палочку, Северус взял с тумбочки пузырёк с нежно изумрудным зельем и, протянув его Луне, коротко сказал:
— Один глоток.
Луна без лишних вопросов взяла флакон, молча отпила из него и вернула снадобье Северусу. Несколько секунд она прислушивалась к своим ощущениям, а после спросила:
— Что это?
Северус осторожно встал на кровати на колени так, что одна нога Луны оказалась у него между ног, упёрся руками в подушку и навис над девочкой. В его глазах горел опасный огонёк, от которого сознание Луны полнилось сладкой жутью, а бёдра двигались навстречу Северусу в инстинктивном стремлении прижаться к его члену, ощутить его горячую упругость и твёрдость.
— Это нужно, чтобы ты не забеременела, — ответил он, склоняясь над Луной и покрывая её тело поцелуями.
 
Забеременела? Луна была поражена. Эта мысль ни разу не приходила ей в голову, когда она мечтала о близости с Северусом. Неужели она может забеременеть? А почему нет? Ведь именно так и появляются дети. Разве она не знает об этом? Знает, но… Но она вовсе не думала, что это может коснуться её лично. А вот Северус подумал. Позаботился о том, чтобы с ней не случилось этой беды. Хотя… Какая же это беда? Она бы с удовольствием родила Северусу ребёнка. Мальчика. Или девочку.
Луна улыбнулась. Конечно, он был бы рад этому. Но только не сейчас. Ведь она ещё его студентка. И её беременность может стать бедой для них обоих. А значит, Северус поступил правильно и предусмотрительно. Какой же он умный и заботливый!
Луна обвила его шею руками и притянула к себе. Он впился в её губы — и Луна забыла обо всём на свете. Ведь Северус уже всё предусмотрел. Значит, можно просто наслаждаться тем, что он рядом. И что скоро он окажется не просто рядом, а в ней. От этой мысли мышцы внизу судорожно сжались, Луна содрогнулась и потёрлась лобком о член Северуса.
— Ты пользовалась мазью? — хрипло спросил он.
— Да, — в голосе Луны явно слышалось нетерпение. — Не бойся, мне не будет больно. Я хочу… Очень…
Северусу, которого трясло от желания, не нужно было повторять дважды. Он навис над Луной и вновь впился губами в её полуоткрытый рот. Луна обвила его шею руками, горячо отвечая на призыв его непривычно горячих губ. Северус переместил колено и теперь обе его ноги оказались между колен Луны. Она развела их пошире, полностью открывая себя для любимого.
Луна сгорала от нетерпения. Ей страстно хотелось поскорее ощутить в себе его член, влажная горячая головка которого сейчас касалась её промежности, дразня и вызывая новые приливы возбуждения. Луна ещё шире развела ноги и почувствовала, что член Северуса нащупал вход и проскользнул внутрь. Он настойчиво задвигался взад-вперёд, с каждым новым толчком пробиваясь глубже. Упираясь ногами в постель, Луна приподнимала и опускала бёдра в такт его движениям, изо всех сил помогая Северусу проникнуть как можно дальше внутрь. Их слаженные движения становились всё более быстрыми. Луна сейчас не замечала ничего вокруг, сосредоточенная на восхитительном ощущении проникновения, когда с каждым новым толчком Северуса она чувствовала его мощную плоть, проскальзывающую в себя. Она стремилась принять в своё тело как можно больше этой плоти и оттого всё яростней рвалась ему навстречу, приподнимая бёдра. Мышцы внутри непроизвольно сокращались, сжимая и разжимая до предела возбуждённый член Северуса. Луна делала это неосознанно, но чувствовала, что Северус приходит в неистовство — и продолжала распалять его желание.
Вот он замер, нависнув над ней. Луна изо всех сил сжала кольцо мышц внутри, скользнула рукой по спине Северуса и провела пальцем между его напряжённых ягодиц. Почувствовала, как содрогнулось его тело — и ощутила ответные содрогания. Внизу живота всё конвульсивно сжималось, вызывая потрясающе сладкие и нереально острые ощущения, которых не было во время первой их близости. Вернее, они были, но Луна не смогла прочувствовать их яростную остроту. И вот теперь, когда ощущение дискомфорта от потери девственности уже не мешали ей полностью насладиться слиянием с любимым, Луна поняла, прочувствовала, сколь велико блаженство, о котором она мечтала, ещё не представляя всей его прелести.
Их сплетённые тела содрогались, захваченные вихрем общего наслаждения — одного на двоих. Через какое-то время Северус с тихим хриплым стоном опустился на Луну и коснулся вспотевшим лбом подушки рядом с её лицом. Он хотел перекатиться на бок, чтобы не давить на Луну своей тяжестью, но она не позволила ему сделать это. Обхватив его ногами и руками, Луна прижалась к нему всем телом и не отпускала до тех пор, пока содрогания, прокатывающиеся по её телу одно за другим и становившиеся всё более слабыми, не прекратились совсем.