Побочный эффект (СИ)

Впрочем, сейчас мысли Снейпа были далеки от глупых вопросов. Он сосредоточился на приготовлении зелья. Посвятив этому занятию всю ночь с четверга на пятницу, Снейп закончил работу рано утром. Памятуя о том, что в прошлый раз варево отстоялось раньше намеченного времени, он сдвинул момент наступления второй фазы на более поздний срок. Участие девчонки в приготовлении требовало соблюдения секретности. Вот почему Снейп решил доваривать зелье в ночь перед выходным днём. К тому же, в пятницу в расписании значились занятия по ЗОТИ у пятого курса Райвенкло, а это давало возможность вызвать к себе Лавгуд, не привлекая ничьего внимания.
Накрыв крышкой котёл с мутно-голубой жидкостью, Снейп покинул лабораторию и, не раздеваясь, прилёг на кровать в спальне, решив хотя бы час посвятить столь необходимому отдыху. Едва коснувшись головой подушки, Снейп провалился в глубокий сон без сновидений, из которого его выдернул голос домового эльфа:
— Господин профессор Снейп! Пора вставать!
Снейп тяжело разлепил веки. Голова была будто чугунная. Снейп побрёл в ванную и подставил её под струю ледяной воды, льющуюся из крана. Это быстро привело его в рабочее состояние. Глоток Бодрящего зелья — и он уже был готов пережить очередной день, наполненный обычной школьной рутиной.
На уроке Лавгуд была, вопреки ожиданиям, внимательна и сосредоточена. Видимо, девчонке хотелось предстать перед ним в более выгодном свете, чтобы он не считал её дурочкой. Это, однако, не помешало Снейпу завалить её вопросами, на которые она не знала ответов, облить её презрением за проявленное невежество и холодно бросить напоследок:
— Отработка в восемь вечера.
— Здесь? — Лавгуд вопросительно взглянула на него.
Снейп был почти взбешён. Какого драккла? Неужели она всерьёз думает, будто он при всём классе потребует явиться в его жилые покои? Включите мозги, мисс Лавгуд! Хоть вы и выглядите полудурочкой, я знаю, что они у вас есть.
— Разумеется, — со всем отпущенным ему сарказмом ответил Снейп и, отойдя от Луны, до конца урока не обращал на неё внимания, хоть в душе и продолжал злиться на неё. Он был с ней сегодня подчёркнуто несправедлив. Почему бы ей не проявить в ответ хоть какое-то возмущение? Поттер на её месте уже прожёг бы взглядом дыру в его мантии и наговорил дерзостей, которых хватило бы на месяц отработок. А эта смотрит на него своими выпученными глазищами — и не возражает ни против одной из его нападок. Чтобы даже самый тупой из присутствующих догадался, что она влюблена в профессора и готова стерпеть от него всё, что угодно. В душе у Снейпа закипал гнев, и ему стоило огромных усилий побороть его и скрыть от посторонних глаз. Когда урок закончился и класс опустел, Снейп испытал невероятное облегчение. Выругавшись вслух, он тяжело опустился на стул и лишь после этого сумел обуздать обуревавшие его чувства.
Сразу за этим в его мозгу возник вопрос. А, собственно, почему его так волнует тот факт, что Лавгуд не проявляет попыток побороться за себя? Не отстаивает своё достоинство? Какое ему дело до того, как девчонка относится к себе и как позволяет окружающим обращаться с собой? Ответ был только один — она ему не безразлична. Но ответ этот не устраивал Снейпа. Мысленно обозвав себя идиотом, он резко встал и направился к двери, за которой его уже ожидали второкурсники-слизеринцы. Нужно выбросить из головы эти глупости и сосредоточиться на своих профессиональных обязанностях. В последнее время Лавгуд и так занимает слишком много места в его мыслях. И только ли в мыслях?
Опять вопрос. Да сколько можно?! Снейп рывком открыл дверь в класс и произнёс своим обычным бесстрастным тоном:
— Входите.
Луна постучалась в дверь кабинета Защиты от Тёмной магии ровно в восемь — минута в минуту. Мысленно Снейп оценил её пунктуальность, но вслух, разумеется, ничего не сказал. Луна стояла на пороге класса, растерянно озираясь. Её взгляд будто спрашивал: «Почему мы здесь? Разве мы не будем варить зелье?» Но вслух она ничего не спрашивала, и Снейп снова отметил про себя её сдержанность.
 
— Лавгуд. Сейчас я наложу на вас дезиллюминационные чары, и мы пойдём ко мне, — Снейп презрительно кривил рот. — Если вы снова позволите себе очередную выходку, воспользовавшись вашей невидимостью…
— Не позволю! — горячо перебила Луна. — Я ведь обещала.
— Не смейте перебивать меня. С этого момента вы будете говорить и делать только то, что я вам скажу. Ничего более. В противном случае тут же отправитесь к себе. Это понятно?
— Да, господин профессор, — Луна послушно кивнула, не отводя от него взгляд своих странных серебристо-серых глаз.
— В таком случае, вы будете очень тихо идти за мной, не произнося ни единого слова, не топая, не спотыкаясь. И, по возможности, не урча животом.
Луна покраснела. Снейп удовлетворённо хмыкнул. Всё-таки ему удалось пробиться сквозь эту стену невозмутимости и вызвать у девчонки хоть какую-то реакцию. Взмахнув волшебной палочкой и убедившись, что Луна невидима, Снейп распахнул дверь кабинета и, дождавшись, когда Луна покинет его, закрыл класс и быстро зашагал по коридору.
 По пути Снейп прислушивался к шагам за своей спиной. Они казались ему слишком громкими. Впрочем, объективности ради, следовало признать, что девчонка шла достаточно тихо. Во всяком случае те редкие студенты, которые попадались на его пути, не проявляли подозрительности или удивления. Так что, скорее всего, это были его субъективные ощущения.
Добравшись до своего жилища без приключений, Снейп вздохнул с облегчением. И лишь когда входная дверь была тщательно закрыта и на неё были наложены все необходимые заклинания, Снейп снял с Луны заклятие невидимости и велел следовать за ним.
В хорошо знакомой ей гостиной имелись две двери. Снейп открыл одну из них и шагнул внутрь. Луна вошла следом. Её тут же окутал специфический запах, обычно стоявший в кабинете зельеварения. В последнее время запах этот вызывал у Луны чувство горечи. Для неё он ассоциировался со Снейпом и только с ним. А в нынешнем году, ощущая этот запах, Луна встречала не Снейпа, а профессора Слагхорна, и подобный диссонанс каждый раз больно ранил её.
Но теперь всё было в порядке. Никакого диссонанса Луна не ощущала. В лаборатории пахло травами, лекарствами, ещё чем-то непонятным, но довольно приятным и будоражащим. Посреди этих запахов стоял Снейп. Всё было органичным и правильным. И Луна почувствовала умиротворение.
Снейп кивнул ей на небольшой потёртый диванчик, стоявший у стены. Иногда Снейп пользовался этим диваном, чтобы немного отдохнуть в перерыве между варкой зелий, если ему не хотелось покидать лабораторию или нужно было последить за поведением какого-нибудь снадобья. Рядом стоял небольшой книжный шкаф, в основном со справочной литературой. С другой стороны от шкафа — скромных размеров письменный стол, гораздо меньший, чем в гостиной. На столе в относительном порядке лежали пергаменты и клочки бумаги с какими-то записями и пометками. Всё это Луна разглядела, усевшись в уголке дивана и обведя взглядом помещение.
Впрочем, она недолго глазела по сторонам. Всё её внимание сосредоточилось на профессоре, который стоял у большого лабораторного стола перед котлом с остывшим зельем. Сняв крышку и заглянув внутрь, Снейп, кажется, остался доволен и приступил к отбору ингредиентов для следующего этапа приготовления. Среди них Луна узнала ту самую драконью печень, которую ей пришлось нарезать в прошлый раз. Она слабо улыбнулась. Сейчас она чувствовала, что готова отдать ему не две капли, а всю свою кровь — без остатка. Только бы это помогло сварить зелье, полностью защищающее его от боли. Может быть, нужно добавить в него больше её крови, чтобы усилить этот эффект? Предложить ему? Луна открыла было рот, но, взглянув на сосредоточенное лицо профессора, одёрнула себя. Не стоит сейчас мешать ему. Она скажет об этом тогда, когда придёт время порезать палец. Или не палец… Неважно. Когда придёт время отдать ему свою кровь.