Наследник для миллионера (СИ)

Я все равно буду видеть в лице малыша его отца!
Вспоминать всё, что было между нами.
И ничего не смогу с этим поделать.
Только принять и не придавать серьёзного значения.
Как бы там ни было, проклятые чувства еще не остыли… Даже несмотря на мою ненависть к Мирону, я всё равно, дурочка такая, глубоко в бессознательном его люблю.
После её вопроса я попыталась не выдать на своём лице истинные эмоции — это стоило мне больших усилий. Но лучше, если Ира ничего не узнает, ради моей же безопасности. Я не стала рассказывать ей свою горькую историю, хоть и хотелось поделиться.
Вряд ли она будет болтать! Я знаю её с пелёнок! Но всё равно так мне будет спокойней.
— Нет. Пока никого нет, — с глубоким вздохом ответила я. — Были отношения… Но неудачные. Мы расстались. Я уехала. Пока поживу с тетей Светой.
— Понятно, — с тоской потянула она. — Ну ничего, ты молодая, красивая, добрая! Обязательно ещё встретишь своего мужчину.
Как раз в этот момент в дом вошёл муж Иры — Игорь. Полноватый такой, крепкий, бородатый. На викинга чем-то похож. Глянув на часы на крепком запястье, хриплым басом сказал:
— Ну все, Ир, поехали! Засиделись что-то.
Я передала Степку обратно в руки его маме, но малыш недовольно хныкнул, так и продолжал тянуть свои пухленькие ручонки ко мне. Я ему помахала.
— Пока, малыш, еще увидимся.
Наши гости покинули дом, мы с тетей Светой, их проводив, занялись делами.
Так прошло несколько месяцев, затем недель. Я счастлива, что мне живется хорошо и спокойно. Что тетя Света стала для меня всем! Поэтому я начала называть её мамой. Конечно, в приюте я её так часто называла, и вот сейчас тоже не смогла сдержаться.
Она единственная, кто меня поддерживал и помогать переживать дни, месяца моей беременности. Я за это ей безмерно благодарна! Ведь иногда я чувствовала себя плохо. Особенно, когда меня тошнило, хотелось спать и плакать. Любимая тётя подставлял мне своё плечо.
* * *
Свою беременность я продолжала держать в тайне. Но долго хранить свой секрет не смогла. Животик подрос. Тогда Ира меня и раскрыла…
Я уже начала ощущать первые шевеления малыша! О, это были ни с чем несравнимые впечатления! Как будто кто-то перышком изнутри щекотал. Уже на таком сроке я начала разговаривать с крохой. Рассказывала ему сказки, пела песенки, нежно гладила животик, представляя себя самой лучшей мамой на свете! Ко всему этому я относилась с особым подходом.
А малыш в ответ легонечко отзывался на мои ласки. Я наслаждалась его движениями, как чем-то таким волшебным и неземным!
Прятать живот под мешковатыми туниками стало сложновато. Тем более, животик для моего срока был крупноватым. Ира мгновенно раскрыла мой секрет, не успев войти в дом, когда в очередной раз приехала, чтобы нас навестить и взять продуктов у тёти Светы.
— Господь милый, Дианочка! Вот так сюрприз! Когда же ты успела? Или правду не говорила? — заулыбалась она, с порога заключая меня в крепкие объятия. — Ты ведь пузико-то себе не тётиными пирожками наела, а?
Вот я попала…
Ну а что делать?
Не прятаться в сарае на момент приезда Иры?
К тому же не всегда угадаешь день, когда она приезжает.
Мне не хотелось выглядеть в её глазах шлюхой, так как наверняка она подумала, что я где-то в деревне нагуляла. Не хотелось упасть в её глазах! У неё ведь такая замечательная семья! Муж, сын. Живут в достатке и любят друг друга. Ау меня что? Ничего. Стыдоба. Подумает, залетела от не пойми кого, к тому же сижу на чужой шее пожилой женщины. Действительно, стыд, срам, позор. Слезы на глазах…
Я не сдержалась и призналась ей во всем. Больше не смогла скрывать правду. Наверно во мне отчасти зависть и ревность проснулась к её идеальной семье, к их идеальным отношениям. О которых я так сильно с детства мечтала!
Игорь пошел погулять во двор со Степкой, чтобы показать ему наше хозяйство, которое стало больше, благодаря моей помощи, а мы с Ириной выпили горячего чаю.
— Ну рассказывай давай! Вот ты даешь! Такое от меня скрыть хотела… — отхлебнула она чаю. — Кто же отец?
 
— Мне запрещено об этом говорить, будут проблемы.
Меня бросило в холодный пот, когда перед глазами вспыхнула наглая физиономия миллионера.
— Не пугай меня так! Быстро признавайся! Ты же знаешь, я рыба.
Я делаю глубокий вдох, сквозь слёзы шепчу:
— Мирон Доронин.
Вижу, как лицо подруги искажается шоком. Она даже рот приоткрывает:
— Ты шутишь? Он же миллионер… В десятке Форбс!
Черт, думала, может она всё же его не знает. Не интересуется экономикой, бизнесом, деньгами. Оказалось, что знает.
— Да, это он.
— Ты меня разыгрываешь? Не верю.
— Я и сама не верю, что встретилась с ним, если бы не один ужасный инцидент!
Придётся рассказать ей всё по порядку, раз уже начала этот непростой диалог. Но как же не хочется погружаться в прошлое, которое я раз за разом заставляю себя просто взять и похоронить. Но поделиться с кем-то хочется. Хочется поддержки со стороны. Когда рассказываешь близкому человеку о своём горе, заметно становится легче. Выговариваться полезно. Это излечивает нервную систему.
— Что он сделал?
Делаю глубокий вдох, отвечая:
— Он перепутал меня со своей невестой и лишил невинности. Та ночь была ошибкой. Тайной и порочной… Он попросил ничего не говорить об этом. Никому!
— Во даёшь! Как ты оказалась в его постели, глупышка?!
Наверно Ира не поверила.
— Я работала курьером, пришла по адресу получателя, и… Он набросился на меня с порога. Начал целовать… Потом я очнулась в его объятиях в постели.
— С ума сойти. Ты провела ночь с миллионером?
Я подумала, что сейчас её глаза выскочат из орбит.
Я рассказала Ирине всё!
О своих родителях, о сестре, о предложении, которое ей сделала Доронин на моих глазах и о её беременности. О наших двух беременностях!
— Черт! Выпить бы сейчас чего-нибудь покрепче, — не веря в мою историю пробормотала она. — Чисто Санта-Барбара какая-то!
—Мне придется скрывать от миллионера его… тайного наследника. Иначе у меня будут большие проблемы.
Я больше не смогла держать себя в руках и расплакалась.
Гормоны вывели меня на очень сильные эмоции. Сейчас моё настроение испытывает те еще американские горки. Наверно поэтому я не смогла держать язык за зубами и призналась Ире в своей тайне. Зная её, я думала, что ей можно доверять. Но я не учла одно — люди меняются.
* * *
Ира уехала, пожелав мне лёгкой беременности и сказала, что теперь будет приезжать почаще. Я выговорилась, поделилась своей болью. Мне стало легче, но надолго ли? Спустя несколько дней я пришла на плановый осмотр к Евгении Фёдоровне.
Она посмотрела меня и по её нахмуренному лицо я поняла, что то-то не так. Меня захлестнуло дрожью волнения.
— Дианочка, нужно пройти скрининг и получить консультацию в городе у специалистов.
— Есть проблема?
— Нет, нет! Просто наш аппарат сдох буквально на днях, а государство новый пока не спешит давать. Я всех сейчас отправляю в город.
— Понятно, — с ноткой паники ответила я. — Хорошо, я поеду.
Ответила я и отправилась готовиться к этому событию, которое всегда вызывало у меня лютую панику. Прежде мне доводилось покидать деревню, но это было всего лишь пару раз. Я всегда соблюдаю осторожность и забочусь о своей маскировке.
Приехав в город, я вошла в большое белоснежное здание, осматриваясь по сторонам. Всегда начеку. Радует, что очереди не было и мне не пришлось долго ждать. Каждая минута, как отсчет времени до взрыва бомбы. Я нашла нужный кабинет, поздоровалась с врачом и легко на кушетку. Одно радует — сегодня мне сообщат пол моего ребёнка.
 
Диагностика завершилась. Счастливая я поплыла к выходу из клиники, прижимая снимок. По щеке заскользила слеза счастья.
Преодолев стеклянные двери, спустилась вниз по ступенькам, направляясь в сторону остановки. Когда шла, погрузилась в воспоминания и думала только о том, что я увидела на мониторе. Как же сильно вырос мой малыш! Четыре месяца назад я видела лишь небольшую фасолинку, а сейчас уже отчетливо вижу головку, ручки, ножки. Как он активно ими машет и даже стук сердечка услышала.