Наследник для миллионера (СИ)

Я честно шокирована всем происходящим, но и счастлива не меньше. Дико счастлива. Неужели недоноски больше не будут мне угрожать и донимать с долгами? Я почувствовала, как с сердца упал тяжелый груз. И дышать стало намного легче.
Настроение улучшилось, обида и раздражение притупилось. Оставшись на хозяйстве, я решила закончить уборку до конца. Но несколько дней провела в одиночестве. Даже немного загрустила, потому что Мирон не появлялся в доме, прислал лишь пару сообщений, интересуясь моими делами.
Я начала скучать. Заметила это за собой это, еще больше удивилась. Особенно сильно хотелось услышать его голос. Хотя бы так. Чтобы он мне перезвонил. Я по три раза за час брала в руки телефон и смотрела на экран, ожидая увидеть входящий вызов, или хотя бы крошечное смс.
Доронин вернулся спустя три дня. По телефону предупредил, что вынужден уехать в другой город, чтобы проверить один из своих объектов. Я зря времени не теряла — решила немного привести в порядок сад, почистив его от пыли.
На третий день, ближе к вечеру, хозяин дома явился, принеся мне несколько интересных новостей.
  
Глава 12.
 
— Вот, — Мирон кладет передо мной какие-то бумаги. Я с любопытством на них глазею.
— Что это?
— Тест ДНК.
В груди холодеет. По всему телу проносится холодок.
Дрожащими пальчиками я начинаю их листать, но ничего не понимаю, попросту не могу сконцентрироваться на том, что вижу, особенно на тексте, перечитываю строчки по два раза, так и не могу сосредоточиться.
— И?
— Ваше родство подтвердилось, Диана. Ты — сестра Вероники.
Ноги подкашиваются, я просто лечу на пол, но Мирон вовремя успевает меня подхватить и посадить на стул.
— Тише, тише… — через пару секунд к губам прижимается стакан, — выпей. Давай, до дна.
Вода прохладная, я выпиваю всё до последней капли. Становится немного легче. 
— Это точно?
— Сто процентов.
— Дай мне еще воды, пожалуйста.
— Может чего-то покрепче?
— Нет!
Конечно нет! И капли спиртного больше в рот не возьму.
— Сейчас.
Я выпиваю еще один стакан.
— Может тебе чай ромашковый заварить?
— А у тебя есть?
— Пошлю охранника в магазин.
— Да нет, не нужно. Сейчас возьму себя в руки и успокоюсь.
Мирон присаживается напротив меня, изучает неотрывным взглядом, а я неотрывно читаю результаты теста. И правда, родство подтвердилось. Есть все необходимые печати, подписи. Но как такое возможно? Почему я выросла в нищете, а моя сестра… дочь обеспеченного олигарха?
— У Вероники есть мама, папа? — глаза начинают слезится. Слезным, опечаленным взглядом я смотрю на Мирона.
— Есть. Конечно… Мы с Евгением Кулагиным состоим в хороших отношениях.
— Тогда… тогда почему они меня бросили?
Обида душит изнутри. Рвет душу на части. Вырывает с мясом сердце.
У меня есть сестра. Близняшка! Это необыкновенный шок для меня. И у меня есть родители. Они живы. Не бедствуют. Тогда что со мной не так? Почему меня сдали в детдом?
Отворачиваюсь, когда по щекам начинают бежать слезы. Не хочу, чтобы Мирон их видел.
— Плачешь?
Отрицательно махнула головой. Говорить сейчас сложно, мой подбородок дрожит.
Теплая ладонь ложится на плечо, сжимая. Не успеваю опомнится, как меня подхватывают со стула. Секунда, я оказываюсь на коленях у Мирона. Он крепко меня обнимает… Горячий шепот ласкает ушко:
— Не надо, мы во всём разберёмся, — обещает он мне, успокаивающим тоном.
Он зарывается носом в мои волосы, трется о них, вызывая жаркие волны мурашек от затылка до самых пяточек. Боже, я подсаживаюсь на этого мужчину, как на наркотик. Ведь это так приятно, чувствовать его тело, его тепло. Мысли сразу становятся чистыми, как хрусталь.
— Ты вкусно пахнешь.
Руки Мирона оживают и начинают свободно гулять по моей фигуре. Гладят, сжимаю, ласкают. Внизу живота быстро зарождается томительное напряжение. Хочется, чтобы он не останавливался… Я соскучилась по этим прикосновениям. Да, это так. Сама не поняла, как быстро к ним привязалась.
Ладони Мирона ползут ныряют под кофточку. Мягкие пальцы касаются тела, скользят выше, лелея меня как бархатный лепесток розы. Я почти издаю стон, запрокинув голову назад, ведь между ног моментально чувствую его немалую твердость.
 
Член Мирона уперся в мою попку!
Нет!
Надо остановится… Надо. Пока его руки не дошли до моей груди, не сжали её, ущипнув за соски.
— М-Мирон… — хрипло стону, поёрзав на его бедрах.
— Ч-чёрт… — следует пряный выдох в мою шею. Губы замерли на сонной артерии. Он почти меня там лизнул, но вдруг остановился, сжав челюсти.
— Нам надо остановиться.
— Но ты такая… вкусная.
Он сам покачал меня на себе, толкнувшись членом глубже, в ложбинку попки.
— П-пожалуйста, — дышу через раз, — мы должны держать дистанцию.
— Я не могу от тебя оторваться, — он все-таки накрыл мою грудь ладонями, помассировал, лизнув пульсирующую жилку на шее.
Накрываю его руки своими, останавливая:
— Остановись.
С глухим вздохом Мирон отпускает мою грудь, поправляет на место кофточку, разворачивает к себе лицом. Несколько прядей упали мне на глаза, он подхватывает их пальцами и убирает в сторону, заправляя за ухо:
— Что ж, мне пора. Нужно позвонить Веронике и Кулагиным, — в голосе чувствуется сталь. — Надо выяснить, почему ты стала сиротой.
Он подхватывает меня на руки, поднимается со стула, держа меня на руках, а потом обратно попой на стул сажает, отпуская.
— Мне не очень хочется с ними встречаться, правда.
— Не волнуйся, — пальцем коротко проводит по подбородку, продолжая алчно глядеть на мои губы… — все будет хорошо.
Почему-то мне хочется ему довериться. С Мироном мне спокойно. Он единственный, кто поддержал меня и подарил ощущение нужности. С ним я чувствую себя в безопасности. Вероятно, первое впечатление о нём было ошибочным. Сейчас он не перестаёт меня удивлять.
— Увидимся вечером.
Развернувшись, разгладив складки на рубашке, он покидает кухню. Я нервно пожёвываю губы, глядя ему вслед, восхищаясь его подтянутой, эффектной фигурой. Чувствую, этот день будет напряженным…
* * *
Работа не шла, меня клонило в сон. Все из рук валится, а на организм вообще обрушилась кошмарная усталость. Я немного поспала, но так и не почувствовала себя бодрой. Виной всему — предстоящая встреча с сестрой и родителями.
Больше всего на свете я боялась, что они не примут меня. Будут насмехаться и смотреть как на мусор. Не знаю почему возникли такие мысли. Наверно потому, что мы с ними слишком разные. Я постоянно прокручиваю в голове разговор Вероники — становится неприятно. Я ей не понравилась, она даже меня обозвала. Возможно, я просто себе накручиваю. А её вспыльчивые слова — просто реакция на шок. Ведь каждый воспринимает стресс по-разному. Возможно, когда мы с ней встретимся ещё раз, она будет общаться со мной теплее.
Я выключаю плиту и снимаю с конфорки ароматно пахнущий плов. Не успеваю насладится столь великолепнейшим ароматом любимого блюда, как слышу щелчок замка, а потом шаги. Мирон вернулся.
Оборачиваюсь, мой взгляд сразу же впивается в красивый пакет светло-сиреневого цвета с логотипом известного бренда, который Доронин держит в руках. Пакет достаточно большой и привлекает моё внимание. 
— Добрый вечер! — мужчина здоровается, ухмыляясь уголком губ. Черт, он умеет улыбаться сексуально. Я слепну от этой чарующей, но немного ледяной улыбки. — Принес тебе подарок — новую одежду. У тебя с этим проблемы.
Ого!
Его заявление удивило.
Подарок? Одежда? С какой такой стати?
 
Вину продолжает заглаживать?
— Не стоило, — рассеянно развожу руками, краснея.
На мне сейчас надет малиновый передник в белый горох.
И вся пропахла ароматными специями, мясом — домашней едой.
Заметив это, Доронин повел носом, облизнувшись. Потом заглянул за моё плечо как бы невзначай, увидев там небольшой казанок.