По средам мы носим чёрное (СИ)

— Тори, пожалуйста. Я должен знать правду. Должен вспомнить то, что забыл.
Он положил свою руку на ее сжатый кулак и мягко погладил. Стоило рискнуть и довериться, ведь так, как раньше, уже точно не будет.
— Я покажу, — девушка вытащила из кармана волшебную палочку. — Экспекто Патронум!
Посреди комнаты показался красивый рогатый олень. Серебристая дымка, оббежав помещение, растворилась полупрозрачным туманом. В зелёных глазах сквозило удивление и осознание. Поттер начинал понимать всю картину целиком.
— Ты. Это была ты. На Гриммо, — тяжелый выдох.
— Да. Я связала себя и твоего сына рунической магией, чтобы защитить. Если бы кто-то узнал, меня бы тут же лишили должности, и началось бы расследование, поэтому я ничего не сказала. В ту ночь я почувствовала, что Джеймс в опасности, и примчалась на помощь. Дверь была приоткрыта, но клянусь, я не видела нападавшего.
— Твой патронус такой же, как у меня. Почему?
— А ты не знаешь? — её голос задрожал.
Конечно, знал. Только хотел услышать от неё. Узнать всё до самого конца. Сердце бешено билось, разгоняя кровь по телу с невероятной скоростью. Чертов пирог и чертов Хогвартс.
— На шестом курсе. В коридоре, по пути в совятню, какая-то девушка меня поцеловала. Я всегда думал, что это была Джинни. Но ведь на самом деле…
— На самом деле это была я, — тихо прошептала Гринграсс. — Но после ты начал встречаться с ней, и я подумала…
— Её одержимость мной достигла пика. Она хорошо колдовала и неплохо разбиралась в зельях, как оказалось. Джинни заметила мою сильную привязанность к тебе и добавила амортенцию в еду или напитки, а после лишь поддерживала концентрацию, — Поттер схватился за голову, принимая правду. — Я всегда думал, почему во время поиска крестражей я не чувствовал к ней того, что раньше. Мне казалось, что война и смерти на меня повлияли, что страх и отчаяние затмевают любовь. Стоило нам вновь встретиться, как всё вернулось на круги своя. Конечно, ведь тогда Джинни не могла поддерживать необходимое количество любовного зелья в моей крови.
— Мне очень жаль, — в голубых глазах заблестели слёзы.
— Боль от потери сильна, но не как от потери любимой женщины. Я злился на себя, что не чувствую то, что должен. Но всё оказалась фальшивкой. Вся моя жизнь оказалась проклятой фальшивкой.
— Нет, не говори так. В твоей жизни много настоящего: сын, работа, друзья… — волшебница принялась тереть желтые пятна на руках.
— И ты, Астория. Ты - то настоящее, что вывело меня из темноты. Ты та самая, от которой пахло пирогом. Чьи губы оказались самым желанным и запретным, что только у меня было.
— Гарри, я…
— Почему ты не сказала мне? Ты ведь давно подозревала. Почему не пришла в тот же день, когда выяснила правду?
— Это очень серьезное обвинение. Не могла же я заявиться к тебе в кабинет и сказать, что твоя жена опаивает тебя любовным зельем. Нужно было все проверить, убедиться окончательно, а когда Драко…
— Драко? — Поттер выгнул бровь. — Он знает?
— Да, я сказала ему, потому что не знаю никого другого столь сведущего в зельеварении, и кому я могу доверять.
— То есть мне доверять ты не можешь? — Поттер сжал зубы. — Почему ты обратилась к нему, чтобы рассказать то, что касается только меня?
Гринграсс выпрямилась и положила руки на стол. Гарри имел полное право злиться.
— Это было, безусловно, неправильно по отношению к тебе. Я хотела как лучше и, учитывая мои чувства, непроверенная информация могла быть истолкована иначе.
— Этого недостаточно, Астория. Если бы ты поделилась своими подозрениями со мной, возможно, Джинни осталась бы жива. Но ты предпочла Малфоя, и вот что вышло, — Гарри стукнул по столу. — Я благодарен тебе за спасение. За все, что ты для нас сделала, но скрыв такой важный факт, ты запустила цепь событий, которая привела к исходу, что мы прячемся от всего мира на краю Шотландии. Неужели я настолько плох, что не заслуживаю даже капли твоего доверия?
— Нет, не говори так! Каждый шаг я делала только для твоего блага. Пыталась спасти Джинни, но было слишком поздно!
 
— Патронуса ты тоже послала Малфою, а не мне. Тебе не кажется, что именно я должен был первым узнать обо всём? Ты хоть представляешь, как я сходил с ума, не зная, что произошло с моим сыном? Не зная, где он! — Гарри выпустил весь гнев наружу, рассекая воздух острыми словами. — Я доверял тебе всей душой.
— Ты не понимаешь, что говоришь! Я годами жила в твоей тени и ни разу, никогда не позволила себе лишнего! Даже когда ты признался в своих чувствах в совятне, а после бегал на свидания с Джинни! Держалась вдали, помогая и поддерживая! И ты не в праве, черт возьми, говорить мне, что моих извинений недостаточно! — Астория высоко подняла подбородок и сжала губы.
— О чем ты говоришь вообще?
— Кто, по-твоему, перенаправлял Амбридж в другие места, когда она рыскала по Хогвартсу в поисках тебя и Отряда Дамблдора? Кто предупредил Орден Феникса, что вы отправились в Отдел Тайн? Кто выводил первокурсников во время битвы в школе и оглушил Алекто Кэрроу, когда та отправилась за тобой в лес? — девушка говорила безразличным голосом, принимая свою роль.
— И я благодарен тебе за все, что ты сделала. Я сделаю все возможное, чтобы отплатить за доброту и самоотверженность. Но это не вернет моего доверия.
— Я всего лишь лечащий врач вашего сына, мистер Поттер, не более. В рамках наших профессиональных отношений вы мне можете доверять и этого достаточно.
— Я не уверен, что этого достаточно. Думаю, Малфой посоветует тебе, как правильно поступить.
Лед в его голосе сводил с ума. Девушка подняла голову еще немного выше и надела сдержанную улыбку на свое лицо. Большим пальцем она все пыталась оттереть пятно. Хотелось спрятаться. Исчезнуть. Раствориться. Больше никогда не видеть разозленных зеленых глаз и искаженного гневом лица.
— Что с твоими руками? — резко схватил её за запястье мужчина.
— В поезде, когда я выходила подышать, то встретила незнакомца. Мы немного поговорили, и он наколдовал для меня цветок. Иллюзия рассыпалась, но желтые следы от песка остались, — попыталась отдернуться ведьма.
— Что ты сказала ему? — Гарри вскочил со стула и схватил Асторию за плечи. — Что ты ему рассказала?
— Ничего такого, я… — ведьма остановилась на полуслове и тяжело выдохнула. — Он знает, в каком районе мы остановились.
— Проклятье. Что же ты натворила… Теперь мы в опасности. Это следящий песок. Я приложил столько усилий, чтобы защитить тебя и Джеймса…
— Из-за моей глупости и доверчивости может пострадать ваш сын, мистер Поттер. Необходимо увести его в безопасное укрытие. Я останусь здесь, чтобы мой след не привел к вам, — Астория схватила со стола нож и перерезала двумя острыми движениями связывающую руну. По бледной коже тонкой струйкой потекла кровь.
— Даже не думай, что я тебя оставлю. Сначала я должен спрятать Джеймса. После я вернусь, мы что-нибудь придумаем. Никому не открывай. Если нападут — прячься, не атакуй, — мужчина смахнул прилипшую прядь с её лба. — Не бойся. Все будет хорошо.
— Не стоит беспокоиться, мистер Поттер. Я взрослая и сама могу о себе позаботиться. Если вы волнуетесь, что под Круцио я расскажу ваши секреты, то напрасно. Я не боюсь, — Гринграсс прикоснулась ладонью к его груди, желая отодвинуть волшебника. — Уводите отсюда мальчика, я встречу гостей достойно.
— Не смей, поняла? Не смей жертвовать собой ради чего бы то ни было. Да, я зол и разочарован, но это не значит, что позволю тебе умереть.
— Это не вам решать. Вы не мой муж, не мой отец, и, как мы сегодня выяснили, даже не мой друг, поэтому будьте так любезны займитесь своими обязанностями, а я займусь своими.
— Прекрати так говорить, — Поттер не двигался, хоть девушка настойчиво пыталась толкнуть его. — Ты нужна мне, и я, черт возьми, не собираюсь оставлять тебя на смерть.
— Прекратите всех спасать. Не все в этом нуждаются. С этого момента вы сами по себе, а я сама по себе. И понесу ответственность за свою ошибку.