По средам мы носим чёрное (СИ)

— Неплохой? Ты хотел сказать потрясающей? Или может «гениальной»? — Гермиона подняла бровь и наклонила голову.
— Не зазнавайся, Грейнджер, а то жилка на лбу лопнет. Астория сказала, что тебе нужен покой.
— Астория? Она приходила?
— Да, осматривала тебя, пока я был в… Пока я был не здесь, — уклончиво ответил мужчина.
В голове пролетели несколько часов в Червене. Он снова принёс колбу с кровью ведьмы в руки Кирин. Увидел Нарциссу и её наколдованную серебрянную кисть, как у Хвоста. Шансов на спасение оставалось всё меньше и меньше. Без камня у Димитровой ничего не выйдет. И даже соединение латунного каста с северным мельхиором бессмыслено, если артефакт не скрепляет сплав. Нарцисса сказала хорошую фразу, которая указала Драко направление, куда двигаться. Доверие вызывает доверие.
— Грейнджер, мы должны найти итальянскую латунь. И обменять её на мою мать.
Девушка замерла от неожиданного высказывания.
— Ты имеешь ввиду…
— Я имею ввиду, что Кирин хочет создать кольцо, которым сможет управлять дементорами. С такой армией в подчинении ей покорится не только Англия, но и весь волшебный мир. Три составляющие одного артефакта: мельхиор, латунь и камень хаоса. Уверен, что первое она уже добыла.
— Откуда ты знаешь? — ведьма прищурилась.
Он не мог сказать, не выдавая всех деталей. Что-то сказать, что-то умолчать. Его догадка, что Димитрова нашла металл на Севере, пока её брат под оборотным управлял Червеном, подтвердилась, стоило ему увидеть Оуэна рядом с Кирин. Те же движения, что и тогда. Тот же стиль. Сейчас Малфой использовал свой дар на максимум, прожигая оставшиеся светлые пятна души изнутри. Держался на грани, вспоминая мать, яростные глаза Грейнджер на суде и каркающий смех болгарки.
— Потому что это проще всего. Латунь находится в особняке Маттео Гальдини, параноика, который платит сотне наёмников для охраны собственного дома. У неё нет людей для такой работы, поэтому есть шанс вытащить мою мать из плена.
— Ты видел её?
Доверие вызывает доверие.
— Да.
Ведьма вздрогнула от краткого и холодного ответа. Он был честен с ней. С момента падения чёртовой люстры и до сегодняшнего проклятого дня. Она так ошибалась, когда отвернулась от него тогда. Больше никаких промахов. Гермиона уже перешла грань, и пути назад не было
— Тогда сделаем это. Быстро и без сожаления.
Волшебница поднялась с постели и встала напротив Малфоя. Сейчас и впредь она предлагает ему то, что никогда ранее бы не предложила даже под страхом смерти. Решение принято и сторона выбрана. Грейнджер уверенно протягивала ему свою ладонь.
Мужчина смотрел с примесью сомнения. Будто бы внутри него происходила жесточайшая борьба. Моральная дилемма.
— В таком случае у нас много работы, — его холодные пальцы коснулись тонкой руки.
По телу прошлась электрическая волна, вызывая миллион мурашек. Отрицать их связь бессмысленно, но и что делать с ней никто не знал.
— Ты ведь тоже чувствуешь это?
— Да, — совсем другое «да». Тихое и на выдохе.
— Мы можем использовать связку как преимущество, — Грейнджер ослабила хватку. — В аэропорту я нашла тебя по фиолетовым следам.
— Джейн говорит, что это разрушительная энергия. Мы не можем рисковать… Тобой.
— Парочка поцелуев и уже влюбился? Я в полном порядке, не нужно меня опекать, — слова вылетели раньше, чем Гермиона успела подумать о последствиях.
— То есть свои стоны и мольбы на столе практически без одежды ты называешь парочкой поцелуев? Запишу в словарь, — Драко встал с кресла и посмотрел на девушку сверху вниз.
— Ты преувеличиваешь, — она гордо подняла голову. — Всё было не совсем так.
— А как же?
— Думаю, что у нас есть более важные темы для разговора, чем недоразумение в Париже.
Для Малфоя это не было недоразумение. Что угодно, только не это. Впервые за долгое время он почувствовал собственную душу. Будто никогда не существовало чёртового проклятия. Будто бы впереди целая жизнь. Драко почти забыл, что такое ощущать свет, без чернильных пятен и змеиного оскала. Он не знал как, но Грейнджер своими прикосновениями изгоняла из его тела заразу, как колдомедик изгоняет яд из раны.
 
— Нужен план, — выдохнула Гермиона, продолжая стоять в нескольких сантиментрах от широкой груди.
— План простой. Вошли и вышли. Приключение на пятнадцать минут. Забираем латунь, меняем его на мою мать, ты уничтожаешь камень. Проще, чем обокрасть сейф Беллатрикс.
— Жаль, я рассчитывала опять на драконе полетать, — бросила волшебница.
— Могу устроить.
Щеки девушки вспыхнули. Она прошлась взглядом по блестящим пуговицам на белой рубашке. Их связь заставляла её чувствовать притяжение. Побочный эффект, на который она не будет обращать никакого внимания.
— Где Блейз с Джейн?
— Я не знал, сколько времени тебе понадобится, чтобы прийти в себя. Мы договорились, что я свяжусь с ними.
— Тогда нужно отправить патронуса…
— У меня свои методы, — отчеканил Драко, смеряя ведьму ледяным взглядом.
Издёвка удалась. Будто Грейнджер не знала, что он не умеет создавать патронуса. Где взять чёртовы счастливые воспоминания для проклятой магии? Из детства, когда Белла применяла на нём непростительные? Из юности, когда Волан-де-Морт выжег на его предплечье змею с черепом? Из взрослой жизни, где не было ничего, кроме презрения и забвения?
— Я не имела ввиду, что ты должен…
— Переоденься. Кромта принесла твои вещи из квартиры, — мужчина буквально вылетел из комнаты, хлопнув дверью.
Ведьма тяжело выдохнула. Теперь она крепко сидит в змеиной лодке, решив встать на сторону Малфоя. Гермиона одним движением отдернула шторы, и мягкие лучи заката коснулись её лица. Избавиться от платья. Принять душ. И надеть… Девушка обернулась на шкаф. На вешалке висел коричневый костюм. Один из любимых.
Тёплая вода ласкала кожу, а запах цветочных масел наполнял всю ванную. Хотелось понежиться подольше, но на это совсем не было времени. Быстро высушить волосы и одеться. Зелье от головной боли работало превосходно. Видимо, не зря Малфой проводил столько дополнительных часов в подвалах Снейпа. За последние сутки Грейнджер почти ничего не ела и почувствовала ужасный голод.
Солнце село. Тёмную комнату освещали только пламени свечей и несколько заколдованных звёзд на потолке. На тумбе, где раньше стоял пустой пузырёк и чашка с недопитым чаем, расположился поднос с тыквенным соком, тушеной картошкой с мясом и ирис в прозрачном стакане. Кромта прилежно заботилась о гостье. Стоит её поблагодарить. Расправившись с едой в два счёта, ведьма спустилась вниз.
— Хозяин ждёт вас, — домовик появился так неожиданно, что Гермиона едва не подпрыгнула.
Эльфийка, склонившись, смотрела на пол. Девушка пробормотала что-то нечленораздельное, и Кромта перенесла её прямо в то самое крыло, где проходило собрание Баше. Будто бы всё с начала, но с одной большой разницей. Сейчас она доверяла Малфою.
— Спасибо за ужин, — Грейнджер посмотрела на существо в милом платье.
— Пожалуйста, — Драко не отрывался от пергаментов, разложенных на столе.
Волшебница перевела взгляд. Можно было вставить несколько едких фраз или пошутить на тему его неконтролируемого властолюбия, но желание удержать хрупкий мир между ними было сильнее. Она присела за огромный стол, недалеко от сосредоточенного мужчины.
— Блейз с Джейн скоро будут. Задерживаются в фирме по вопросам заседания. По крайней мере, такая официальная версия.
— Что ты читаешь? — гриффиндорка разглядывала свитки.
— Всё, что есть о Маттео. Посмотри… Здесь говорится, что план особняка придумал гоблин-полукровка Камнелом. Надо найти его и заставить поделиться ценной информацией.
— Список всех специалистов такого формата хранится в департаменте магостроения и колдотектуры. Сейчас мне не попасть туда после моего перформанса утром.
Драко наконец оторвал глаза от пергамента и взглянул на девушку, которая пожертвовала самым ценным, что у неё было. Запросто. Именно так она сказала. Будто это ничего не значило, хотя значило практически всё.