В первый раз... (СИ)

В зале тут и там спрашивали, что будут показывать, шутили, посмеивались, воспитатели прикрикивали на расшумевшихся ребят, грозились вывести вон. Наконец, погасили свет, и сразу все смолкли. За спиной застрекотал кинопроектор, и на экране появилась знакомая скульптура рабочего и колхозницы, а затем заиграла весёлая песенка: «Точка, точка, запятая, вышла рожица смешная. Ручки, ножки, огуречик, появился человечек…». Нарисованный человечек вышагивал, плясал и ходил колесом. Кто-то рядом с Ирой прошептал: «Это мультик, что ли?». Но песенка закончилась, и началось самое обычное кино. Про школу.
Ира обрадовалась – ей нравились фильмы про школу, особенно про сверстников. Здесь героем был мальчишка, самый обычный, которого в классе хоть и не обижали, но сторонились. Вернее, даже не сторонились, а считали неинтересным, никчёмным, в общем, никаким. Не замечали, одним словом. «Как и меня», – невольно подумалось Ире.
И вдруг она остро почувствовала, что на неё смотрят. Обернулась и поймала взгляд Вадима. В темноте, разбавленной лишь светом от экрана, разобрать его выражение было трудно. Но Ира видела – он и не думал отвести глаза, когда она заметила его внимание. Он даже улыбнулся и, кажется, подмигнул. Ира вспыхнула и отвернулась, но уже через пару секунд её легонько дернули за рукав. Он!
Ира задохнулась, запаниковала.
– Места не хватило? – Его шёпот опалил ухо. – Давай я кого-нибудь из наших пацанов сгоню? Сядешь…
Но Ира рванула в сторону, протиснулась сквозь толпу ребят к выходу.
– Осторожнее! – недовольно зашипели на неё.
Она выскочила в маленький коридорчик и лишь там смогла перевести дух. В прохладном клубе ей вдруг сделалось невынсимо жарко. И тут дверь скрипнула.
Ира не оглянулась, она и так знала, кто вышел вслед за ней. Спиной чувствовала его приближение и до сумасшествия боялась обернуться. Сердце выпрыгивало из груди. Зачем, ну зачем она остановилась? Надо было сразу же уйти в корпус!
– Тебе что, фильм не понравился? – спросил Вадим.
Стоять к нему спиной и дальше было глупо. Но перед глазами всё плыло, а ведь она его даже не видела. Впрочем, какая разница? Она его чувствовала. Спиной, затылком, всеми нервными окончаниями. И это ещё мучительнее.
С трудом превозмогая своё дурацкое состояние, Ира глубоко вдохнула и повернулась. Но самообладания хватило лишь на то, чтобы коротко кивнуть, а в следующую минуту она уже выскочила из клуба и со всех ног помчалась в корпус. Пульс бешено стучал в ушах, а в голове вертелась единственная мысль – какой же дурой она снова выступила! Бегство это идиотское...
Почему, ну почему она так себя ведёт? Тут уж не до «блистать», тут уж хотя бы не впадать в панику непонятную. Он ведь наверняка решит, что у неё не все дома. И Денис будет сердиться за то, что она сбежала из клуба. Впрочем, Денис волновал Иру меньше всего, он и так вечно недоволен.
* * *
На другой день во время зарядки, линейки и завтрака Ира старательно избегала даже смотреть в сторону первого отряда. Казалось, что Вадим её разглядывает. Но зачем бы ему? Что он мог такого интересного в ней найти? Или она всё придумала? Нафантазировала себе чёрт-те что…
Но нет – за обедом Вита, которая сидела напротив неё, выдала вдруг:
– На тебя Вадим из первого отряда всё время смотрит.
Ира чуть не поперхнулась супом. Всё время смотрит! Почему?! И ей что делать? Она и так после вчерашнего полночи уснуть не могла – раз за разом вспоминала его слова, его голос, его глаза.
Всё это смущало, выбивало почву из-под ног. И в то же время, в глубине души – впрочем, не так уж и в глубине, – Ира ликовала. Глупо, конечно, надеяться на что-то. Наверняка он смотрит, потому что она странная. То есть она, конечно, не странная, но со стороны только так и можно подумать. И всё же так хотелось надеяться! Так приятно было помечтать!
Этим Ира и занималась, сидя в крохотной оформительской во время тихого часа. И так ушла в свои грёзы, что не заметила и не услышала, как приотворилась дверь. Она думала о Вадиме, мечтательно глядя в окно и глупо улыбаясь, и вдруг краем глаза уловила какое-то движение. Оглянулась – он! Вадим! Стоит себе, прислонившись спиной к стене, руки держит в карманах джинсов, и улыбается. Преспокойно так, будто они с Ирой давние хорошие знакомые.
 
Ира сначала вздрогнула от неожиданности, а потом почувствовала, как изнутри поднимается к шее и выше уже знакомый удушающий жар, от которого деревенеют язык и губы и будто впадает в спячку мозг. Хорошо, что она сидит, потому что ноги тоже онемели. Ира спрятала под столешницу руки, чтобы Вадим не увидел, как они мелко-мелко задрожали.
– Привет, – сказал Вадим, не переставая улыбаться.
Ира хотела поздороваться в ответ, но с непослушных губ сорвался лишь хриплый шёпот.
Зачем он пришёл? Ведь шахматы будут только в четыре. И он, как сказал Витя, больше туда не собирался ходить. Да и вообще сейчас тихий час!
И тут Вадим вдруг шагнул вперёд и наклонился к ней, упёршись обеими руками в стол. Ира инстинктивно отпрянула. Что он творит? Зачем он так близко?
– Слушай, а чего ты от меня всё время бегаешь? – в серых глазах плясали задорные смешинки. – Я не кусаюсь. Можешь меня не бояться.
Вот так заявочки! Ира вовсе его не боялась, а… А вот что – она и сама не знала. Сама не понимала своей реакции. И что самое обидное, ничего с собой поделать не могла!
Но Вадим, к счастью, отступил от стола к стене. Уже легче. Ира даже смогла выдавить, заливаясь краской:
– Ничего я тебя не боюсь.
– А почему бегаешь тогда? – Казалось, он сейчас рассмеётся.
– Ничего я не бегаю.
– Да ну? А у клуба…
Только не это! Только не надо перечислять, где и когда она повела себя по-дурацки. Ей и просто помнить это мучительно, а ещё обсуждать вслух... Да с кем? С ним! Нет уж!
– Я… я просто спешила. – Ира опустила глаза.
– А-а? Ну ладно тогда, – сказал он легко. – А то я уж было расстроился…
Ира удивлённо воззрилась на него. Расстроился? Он? Почему?
– Думал, неужто я такой урод, раз от меня симпатичные девчонки шарахаются?
Ира смутилась ещё больше: это он её сейчас симпатичной девчонкой назвал?
– А куда ты так спешила, если не секрет?
Она растерялась.
– Ну так… просто… Денис велел… – пролепетала она.
Ничего правдоподобного в голову, как назло, не приходило.
– Ах, Денис! – И вдруг Вадим выпрямился, поджал губы и свёл брови к переносице, устремив на Иру непривычно хмурый взгляд. А затем не своим голосом произнёс точь-в-точь на манер Дениса: – Почему здесь такой непорядок? Карандаши вон разбросаны, листы лежат неаккуратно. И главное, почему тут посторонний? Да ещё и из другого отряда! Да ещё и в сончас!
Ира не выдержала и прыснула, а следом рассмеялся Вадим.
– Здорово у тебя получилось! Очень похоже.
– Да это я перепародировал с Павлика. Ты просто не видела, как наш вожатый вашего Дениса копирует. Вот это и впрямь умора! Он у нас почти любого может изобразить. Он вообще юморит постоянно. Ему точно на передачу «Вокруг смеха» надо, хотя нет, лучше в этот… в «КВН». Ты бы видела, как он пародировал Хазанова! Прямо один в один. Он многих так умеет.
– Да, повезло вам с ним, – улыбаясь, кивнула Ира.
– Ещё как! Он свой в доску. И весело с ним. И дискачи он здорово ведёт. Музон нормальный включает. Я прошлым летом в другой лагерь ездил, на море, всё там было зашибись. Удобства, например, не уличные, как тут, а нормальные, в каждом корпусе душ и туалет, откармливали просто на убой, но вот дискотеки… Нам там то Лещенко включали, то Кобзона, то еще какое старье. А то ли дело здесь, да? И это всё Павлик. У него такие записи есть – закачаешься! Скорпов слышала? Нет? А Джима Моррисона? Тоже нет? Ну ты даёшь! Обязательно послушай, если будет возможность…
Вадим разговаривал с ней так запросто, что Ира почувствовала, как постепенно стихает дрожь. И язык уже не такой деревянный. Волнение, конечно, никуда не делось, но как тут не волноваться, когда он тут, совсем рядом, такой красивый, такой… солнечный, почему-то пришло на ум Ире. Наверное, потому что в глазах у него отражается солнце, ну и потому, что улыбка у него открытая, добрая, по-настоящему дружелюбная. Самая лучшая улыбка! И он щедро дарит её всем подряд.