Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II. Документы и материалы, 1884–1909 гг.
Элла.
(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1586. Л. 25. — па англ. яз.)
Помимо служебных дел, Серей Александрович занят обустройством московского генерал-губернаторского дома на Тверской улице. Ему помогает Елисавета Феодоровна.
Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу
26 января. Александрия
Старые уроки! У меня в губернии решительно тоже самое — приходится на каждом шагу рассчитываться за погрешности старика Долгорукова[637]…
Ты спрашиваешь насчет дома: отделка его очень удачная и красивая, кроме парадных комнат — все готово и мы, вероятно, переедем в начале будущей недели — одно скучно — это расставаться со здешним садом и сказать себе, что больше ходить нельзя!
Сегодня мы еще наслаждались катком — погода дивная и солнце — 0°. Baby каталась — сидела у нас — ходила немножко по комнате. У Дмитрия есть еще маленькая сыпь на левом плече…
(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 194. Л. 35 об-Зб.)
Елисавету Феодоровну вызывают срочно в Дармштадт — ее отец, великий герцог Людвиг при смерти.
Дневник цесаревича Николая Александровича
22 февраля.…Получено грустное известие из Дармштадта, что у д. Louis[638]случился удар!
24 февраля. Д. Сергей и т. Элла приехали из Москвы проездом в Дармштадт и на полдня остановились здесь; пил у них чай…
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 227. Л. 174,176.)
Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу
3 марта. Дармштадт
Дорогой мой Цып,
Снова пришлось пережить нам тяжелое и грустное время, когда мы прибыли сюда вечером 26 ф<евраля> Louis нас отлично узнал — приподнялся, протянул нам руку — говорить он не мог, но видно было, как он был рад видеть <мою> жену; признаться, я был ужасно счастлив, что он ее узнал — я опасался противного.
Следующий за сим день предвещал хорошее окончание болезни, и доктора были вполне довольны. Увы, 29 ф<евраля> произошла неожиданная перемена; деятельность сердца стала быстро слабеть, и доктора потеряли всякую надежду — агония длилась долго — но он был совсем спокоен — в начале третьего часа утра 1 м<арта> — он тихо скончался. Жена и все дети сильно горюют; я сам сердечно опечален, ибо любил и уважал его искренно. В четверг похороны, и собирается масса гостей со всех сторон.
Я думаю в пятницу утром выехать; жене я предложил остаться здесь для брата и младшей сестры, но мне более чем необходимо отсюда ехать, ибо дела у меня неотложные. Это наша первая продолжительная разлука с женой — нечего делать! Погода почти весенняя — вчера мы сидели с женой в саду и болтали, обнимаю дорогих деток — Дмитрия ужасно хочется видеть.
Христос с тобой — до свидания.
Твой Сергей.
(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1.Д. 194. Л. 61–62 об.)
Николай старается также поддержать Елисавету Феодоровну.
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — цесаревичу Николаю Александровичу
1 марта. Дармштадт — Петербург
Да благословит тебя Бог, мой дорогой, что помнишь о нас в страшном горе. Элла.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1402. Л. 26. — на англ. яз.)
Сергей Александрович вскоре уезжает, а Елисавета Феодоровна проведет вместе с Эрнстом и Аликс почти весь март.
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу
26 марта / 7 апреля. Дармштадт — Москва
Уезжаю. Чудесная погода, грустно расставаться, но счастлива, что скоро увидимся. Целую много раз.
Элла.
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 87. Л. 41. — на англ. яз.)
Дневник цесаревича Николая Александровича
1 апреля. День рождения Сандро, ему минуло 26 лет! И я следую по его пятам, всего два года разницы. Весьма странное явление, которое я в себе замечаю: я никогда не думал что два одинаковых чувства, две любви одновременно совместимы в душе. Теперь уже пошел четвертый год, что я люблю Аликс Г<ессенскую> и постоянно имею мысль, если Бог даст! на ней когда-нибудь жениться! На следующую зиму я сильно влюбился в Ольгу Д.[639], теперь, впрочем, это прошло! А с лагеря 1890 г. по сие время я страстно полюбил (платонически) маленькую К[640]. 'Удивительная вещь наше сердце! Вместе с этим я не перестаю думать об Аликс! Право, можно было бы заключить после этого, что я очень влюбчив? До известной степени: да; но я должен прибавить, что внутри я строгий судья и до крайности разборчив! Вот это и есть то настроение, которое вчера я назвал непостным!..
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 228. Л. 37–38.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — цесаревичу Николаю Александровичу
5 апреля. Москва — Петербург
Тоже жалею, страшно скучаю, теперь, когда ты в Гатчине, а мы так далеко. Целуем.
Элла.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1402. Л. 39. — на англ. яз.)
Вернувшись в Москву, Елисавета Феодоровна приступает к возложенным на нее обязанностям.
Елисаветинское Благотворительное Общество
Первое торжественное заседание Елисаветинского Общества, под председательством Августейшей Попечительницы, состоялось 18 апреля 1892 года в генерал-губернаторском доме после молебствия, совершенного митрополитом Леонтием в сослужении с оо. благочинными-попечителями, в присутствии Их Императорских Высочеств. На этом заседании было доложено Высочайшее повеление об утверждении 17 января устава Елисаветинского Благотворительного Общества, отчет о поступивших денежных суммах, заявления об открытии яслей и приютов, адрес на имя Великой Княгини матерей игумений 11 Московских женских монастырей о принятии ими на попечение около 50 девочек и список вступивших в Общество членов и жертвователей.
(Исторический очерк развития благотворительной деятельности Елисаветинского обществав Москве и Московской губернии за 20 лет с 1892 по 1912 год. С. 5.)
Изначально работа Общества была построена на деятельности Елисаветинских комитетов, открытых при приходах Русской Православной Церкви. Как правило, здесь проходили заседания, обычно ежемесячные, где обсуждались и разрешались наиболее важные вопросы местной детской помощи. В первую очередь это были вопросы, связанные с выдачей помощи денежной и материальной, в виде обуви и одежды, бедным детям своего района. Вскоре стали открываться отдельные благотворительные учреждения Елисаветинского Общества: детские приюты и ясли. Скажем и о привлечении женских монастырей к этому доброму делу. Так, в Новодевичьем монастыре был открыт приют для малолетних девочек-сир от, получившей имя великой княгини — Елисаветинский. В знак благодарности за труды, великая княгиня подарила свой портрет игуменьи Новодевичьего монастыря Антонии «с собственноручной ее подписью». К концу 1892 г. Москва была уже «покрыта сетью 224 Елисаветинских благотворительных приходских комитетов и многими Елисаветинскими учреждениями, а именно: приютами и яслями»[641], и был поднят вопрос о распространении деятельности Общества на всю Московскую губернию.
Благотворительность великокняжеской четы не ограничивалась только этим Обществом. Так, в годовщину покушения на цесаревича в Японии Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна благодарят Бога «о благополучном избавлении» цесаревича «от угрожаемой опасности» и в память о милости Божией закладывают новые благотворительные учреждения: Елисавета Феодоровна — приют для бедных детей в посаде Малая Вишера, Сергей Александрович — корпус на сто кроватей для неизлечимо больных мещан.