Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II. Документы и материалы, 1884–1909 гг.
Мой отец надеялся, что за этой первой последуют другие, более доверительные встречи, но тетя и слышать об этом не хотела. Мы еще раз поехали в Санкт-Петербург, но снова в сопровождении тети, и вторая встреча была такой же прохладной и сугубо светской, как и первая. Отец, видя бесполезность своих усилий, больше не настаивал.
(Мария Романова. Воспоминания великой княжны.
Страницы жизни кузины Николая II. 1890–1918. М., 2006. С. 104–106.)
Дневник вел. кн. Константина Константиновича
19 ноября. Павловск. Днем ездили с женой, Татианой и Гаврилушкой[2032] в его моторе в Царскосельский Александровский дворец к Элле и видели Марию с женихом Вильгельмом Шведским и Дмитрием. Жених очень большого роста, держит себя совсем просто и непринужденно. Мария по-видимому очень счастлива с ним. Свадьба будет в апреле или июне.
(ГА РФ. Ф. 660. Оп. 1. Д. 59. Л. 63.)
Дневник Николая II
23 ноября. С утра собрались доктора у Аликс — Евг. Серг. Боткин[2033] и Фишер[2034], потолковали вдвоем и затем объявили, что она должна долго пролежать в кровати, т. к. она очень ослабела. Главное, что ее беспокоит — это схватки и боли в сердце. Дай Бог, чтобы скорее наступило улучшение; очень тяжело видеть ее больною!
Вечером оказались отрезанными от Эллы, Марии и Димитрия, т. к. у Марии началась ангина.
24 ноября. Обедал с Эллой, д. Павлом и Димитрием, т. к. ангина у Марии П<авловны> не серьезная. Играл в бильярд.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 252. Л. 9,10.)
Николай II — вел. кн. Павлу Александровичу
2 декабря. Царское Село — Петербург
Благодарю за телеграмму. Очень рад, что дети были у тебя в доме. Они вернулись в восторге. Обнимаю. Ники.
(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 189. Л. 8.)
7 декабря после месячного пребывания в Петербурге Павел уехал за границу.
Дневник Николая II
13 декабря. Завтракали Элла и Ксения, вернувшаяся с семьей из Крыма… Аликс обедала первый раз на кушетке в mauve-room, Элла и я рядом.
16 декабря.… В 9 ½ простился с Эллой, она уехала в Москву. Разбирали мои старые письма д. Сергею.
19 декабря. Завтракал Villiam, который приехал утром из Швеции и вечером отправляется в Москву. Он остался со мною до 3 час…
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 252. Л. 22–24, 26.)
Воспоминания вел. кнж. Марии Павловны
Принц приехал в Москву на Рождество. Праздники, проведенные вместе с утра до вечера, оказалось непросто пережить. Нам на самом деле нечего было сказать друг другу… Каждый день ко мне приезжала знаменитая московская портниха, известная своим мастерством и ценами. Вместе с ней приезжала свита служащих с картонками и коробками образцов и материалов. Иногда тетя принимала участие в этих важных совещаниях, вспоминая свой прежний интерес к одежде.
(Мария Романова. Воспоминания великой княжны.
Страницы жизни кузины Николая II. 1890–1918. М., 2006. С. 106–107.)
Великая княгиня приняла участие и в работе историка вел. кн. Николая Михайловича над его книгой «Императрица Елизавета Алексеевна, супруга Императора Александра I». Об оказании помощи историку она лично ходатайствовала перед государем.
Вероятно, ее интерес к этому труду был продиктован в том числе и тем, что у нее самой было несколько портретов Александра I и Елизаветы Алексеевны и другие исторические документы того времени, входившие в состав обширной коллекции Сергея Александровича. Часть этой коллекции, в том числе и портреты императрицы Елизаветы Алексеевны, в конце следующего 1908 года она передала в дар Русскому музею Императора Александра III.
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II
18 декабря. Москва — Царское Село
Касательно истории императрицы Елизаветы, можно превосходно все устроить. Шумигорский[2035] сейчас пишет только статью для библиографического словаря, и вполне согласен передать все исторические материалы Николаю. С самыми нежными поцелуями всем вам. Николаю я телеграфировала.
Элла.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1433. Л. 252. — на англ. яз.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II
27 декабря. Москва
Милый Ники,
Нежнейше благодарим за ваши чудесные рождественские подарки! Божиего благословения тебе и твоим близким на Рождество и счастливого Нового года! Я очень надеюсь, что Аликс идет на поправку. Конечно, это не может произойти скоро; к несчастью, так всегда бывает, когда сильная натура сдает.
Я была так рада побыть у вас чуть дольше в этом году мои дорогие, и очень надеюсь, если смогу быть полезной, быть у вас и в 1908 г.
Рождество у нас прошло тихо и уютно, так приятно, что с нами был Вильям, все были очень довольны, и никто не думал, что на самом деле это наше последнее Рождество вместе.
Посылаю тебе письмо от Николая[2036]. Не мог бы ты увидеться и поговорить с ним. Прости меня за крайне нескромный вопрос. Когда ты сказал мне, что возьмешь документы, и Шумигорский будет писать историю <императрицы Елизаветы Алексеевны>[2037], ты взял все на себя, в том числе «depenses» (расходы — фр.), намерен ли ты теперь помогать Николаю? Или мне это сделать? На твое усмотрение. Так как работа из тех, что коллекционировал Сергей, я возьму их (расходы. — Сост.) с удовольствием. Я не смогу увидеться с ним шестого (мое маленькое приватное письмо объяснит тебе почему), так что предлагаю ему приехать, если возможно, теперь — 2–3-го или в конце месяца.
Нежно любящая тебя сестра Элла.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1254. Л. 15–16об. — на англ. яз.)
Государь познакомился с историческим трудом вел. кн. Николая Михайловича весною следующего года: «Читал Аликс вслух начало биографии имп<ератрицы> Елизаветы Алексеевны, написанной Н. М.»[2038].
12 мая он принимал Николая Михайловича «по вопросу о биографии имп. Елизаветы Алексеевны»[2039]. Известно, что император запретил печатать главу «Единственный роман императрицы». Труд историка «Императрица Елизавета Алексеевна, супруга Императора Александра I» вышел в свет в 1908–1909 гг. в 3-х томах.
К своему письму к государю от 27 декабря Елисавета Феодоровна прилагает «приватное» письмо.
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II
<23–25 декабря>
Пожалуйста, не говори никому об этом, никто не знает.
Скорее всего, через две недели, то есть около 6-го января, мне предстоит операция — пожалуйста, не говори Аликс, пока я не телеграфирую, что все прошло хорошо. Тогда ты можешь дать ей эту записку, если она достаточно здорова, и не чувствует нервного истощения.
У меня с левой стороны опухоль, ничего страшного. Доктор Рейн[2040] (специалист из Киева, он сейчас в Петербурге, кажется, ты встречался с ним однажды, поскольку он, как монархист, также занимается политикой) решил, что лучше ее удалить. Это не раковая опухоль, она операбельна, пока не слишком плотная и не разрослась, следовательно, легче удалить ее сейчас, а не ждать. Эту операцию часто делают женщинам и вполне успешно. Мне придется полежать, пока срастется шов, и потом некоторое время соблюдать покой, и вскорости я снова буду на ногах и совершенно здорова, если Бог даст.
Я буду в собственной больнице, где операционная и палата для пациентов имеют отдельный вход, так что ни мои инвалиды не будут меня беспокоить, ни я их. Я сообщу Марии и Димитрию только накануне, чтобы они не нервничали. Я написала Виктории, Ирен и Эрни, чтобы они не говорили никому об этом, пока я не пришлю телеграмму, что все уже позади. Я вкладываю письмо для Мама[2041] — пожалуйста, отправь ей, когда получишь от меня телеграмму…