Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II. Документы и материалы, 1884–1909 гг.

25 апреля. Ella говорит, что дядя Павел успокаивается. Теперь он хочет усыновить младшего Пистолькорса (его сына, в сущности), который живет теперь с ним. Ему 8 л<ет>.
27 апреля. Гатчина.… Д. Пиц очень в духе и, по-видимому, рад уехать.
(ГА РФ. Ф. 662. Оп. 1. Д. 24. Л. 42 об.-43, 46, 49, 52.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне
27 апреля. Царское — Гатчина
Собираясь спать, вдруг обнаружила твою милую телеграмму. Я была уверена, что тебе понравится фото Сергея. По приезде в Гатчину мне бы хотелось подарить его тебе. Думы мои и молитвы неизменно с тобой. Скучаю по тебе. Твоя необычайная доброта была для меня таким утешением! Целую нежно.
Элла.
(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1586. Л. 72. — на англ. яз.)
Дневник Николая II
28 апреля.…После завтрака гулял по обыкновению с Дмитрием и катался в байдарках… В 9 ½ Элла простилась с нами и поехала в Москву. Дети остались у нас…
(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 259.)
29 апреля — день рождения Сергея Александровича. В этот день Елисавета Феодор овна у могилы мужа.
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II
29 апреля. Москва — Царское Село
Нежно-нежно целую всех вас четверых, мои дорогие. Служба принесла большое утешение, все выглядит таким светлым, солнечным, мирным. Много цветов, колокола звонят. Такое чувство единения с ним, уверенности, что он совершенно счастлив. Он молится за вас всех, дорогие. Благослови вас Бог. Погода летняя.
Элла.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1431. Л. 15. — на англ. яз.)
Дневник Николая II
1 мая… Элла вернулась из Москвы…
3 мая.… В 7 час. поехали все вместе в Гатчину. Обедали у Мама. Аликс и Элла вернулись в Царское…
(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 259, 260.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне
3 мая. Царское — Гатчина
Хотя и очень печально, но все же огромным утешением было зайти с тобою в комнаты Саши. Вспомнился наш последний визит, когда мой дорогой так сильно морально страдал. Только я искренне верю, что он обрел, наконец, покой от всех своих огорчений, он рядом с твоим любимым, и они вместе молятся Богу в ожидании нас. Благослови тебя Бог, дорогая.
Элла.
(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1586. Л. 77. — на англ. яз.)
Дневник Николая II
8 мая.… После обеда простились с Эллой и детьми и проводили их на станцию…
(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 260.)
В этот майский приезд великая княгиня занималась отправлением на фронт отряда Елисаветинской общины из 10 сестер. Вероятно, ее заботами, сестры были приняты в Царском Селе Александрой Феодоровной. Благословив сестер на предстоящие труды, императрица и великая княгиня подарили им образки с надписью «Спаси и сохрани».
14 мая отряд Елисаветинской общины отправился в Харбин.
Из книги баронессы Софии Буксгевден
<14 мая 1905 года>, в годовщину коронации, произошло роковое Цусимское сражение, в котором Россия потеряла почти весь свой флот и тысячи моряков. Император и императрица навсегда запомнили ужас того момента, когда им доложили о случившемся несчастье. С этого времени день коронации стал для них не днем радости, а днем молитв: он всегда напоминал им о Цусиме.
(Буксгевден С., баронесса. Венценосная мученица. Жизнь и трагедия Александры Феодоровны, императрицы Всероссийской. М., 2007. С. 180.)
Дневник Николая II
14 мая. Девятая годовщина этого знаменательного для нас обоих события. В 10 час. пошли к молебну…
 
16 мая… Сегодня стали приходить самые противоречивые вести и сведения о бое нашей эскадры с японским флотом — все насчет наших потерь и полное умолчание о их повреждениях. Такое неведение ужасно гнетет!..
17 мая. Тяжелые и противоречивые известия продолжали приходить относительно неудачного боя в Цусимском проливе…
19 мая. Теперь окончательно подтвердились ужасные известия о гибели почти всей эскадры в двухдневном бою. Сам Рожественский[1978] раненый взят в плен!! День стоял дивный, что прибавляло еще больше грусти на душе…
22 мая. В 11 ч. была заупокойная обедня, а затем панихида по убитым и погибшим на войне…
(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 261–262.)
25 мая, день рождения императрицы, Елисавета Феодоровна проведет вместе с царской семьей.
Дневник Николая II
25 мая. Дорогой Аликс минуло 33 года. Погода стояла отличная. Были у обедни в Большом дворце и завтракали с семейством… После обеда отвезли туда же Эллу.
(Дневники Императора Николая II. М., 1991. С. 262–263.)
На лето, как и в прежние годы, Елисавета Феодоровна вместе с детьми едет в Ильинское.
Воспоминания вел. кнж. Марии Павловны
Траур не помешал нам поехать в Ильинское в начале лета. Это было приятное время, и наше удовольствие было, пожалуй, еще сильнее оттого, что к нам была прислана рота солдат для охраны и новый автомобиль, купленный на случай, если нам нужно будет бежать… В имении она организовала госпиталь для раненых, что было бы невозможно при жизни моего дяди. Этот госпиталь был для нее большим утешением, и большую часть своего времени она проводила там, вникая в мельчайшие детали…
Моя бабушка, греческая королева Ольга[1979], приехала в сопровождении своего сына Христофора, чтобы провести с нами несколько недель. Это была очаровательная пожилая дама приятной наружности, сама доброта. В ее очаровании была искренность, мягкость, а душа была безмятежна, как у ребенка. Грубые или сомнительные стороны жизни всегда были далеки от нее; она проходила мимо, не замечая их. Она была единственным в мире человеком, который дал мне ясно понять, какой может быть любовь и материнская ласка… Во время ее пребывания в Ильинском она увлеченно помогала тете, работавшей среди раненых в госпитале. Безоглядная увлеченность женщин этим благочестивым делом дала Христофору, Дмитрию и мне свободу совершать шалости…
Я должна сказать, что моя тетя обнаруживала по отношению к нам бездну терпения, значительно больше, чем раньше, и, безусловно, в наших с нею отношениях было больше доверия. Но я так и не смогла избавиться от некоторой скованности в ее присутствии. Я чувствовала, что мои взгляды развиваются в направлении, противоположном ее понятиям, и не хотела, чтобы было по-другому. Я восхищалась ею, но не хотела быть такой, как она. Как мне казалось, она бежала от жизни. Я же, со своей стороны, хотела знать все.
Она считала мои манеры слишком современными, в них недоставало той робости, которая, по ее мнению, и составляла главное очарование молодой девушки.
(Мария Романова. Воспоминания великой княжны.
Страницы жизни кузины Николая II. 1890–1918. М., 2006. С. 80–82.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне
5/6 июля <Именины вел. кн. Сергея Александровичам Ильинское — Гатчина
Благослови тебя Бог, моя дорогая, за всю твою нежную любовь, которая служит мне великим утешением. Увы, нам всем приходится переносить такие скорби. И мысль, что мой дорогой, наконец, близ Господа, не ведает страданий, дает силы все перенести.
Целую тебя очень нежно.
В этом месте я вновь переживаю свое счастливое, дорогое сердцу прошлое — увы, его нельзя прожить еще раз.