Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II. Документы и материалы, 1884–1909 гг.

Единственное сейчас утешение — это работа, и ощущение того, что ты можешь принести хоть крошечную пользу, чтобы облегчить им тяготы, которые они храбро переносят.
С наилучшими пожеланиями к тебе, тете Аликс, всем дорогим родственникам. Крепко целуем тебя — Сергей и твоя любящая сестра Элла.
Мария и Дмитрий целуют твои милые руки — они здоровы и веселы.
(ГА РФ. Ф. 642. Оп. ГД. 1583. Л. 65–66 об. — на англ. яз.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — вел. кн. Ксении Александровне
Без даты
Милая Ксения,
Надеюсь в скором времени прислать вам обеим еще солдат, но до сих пор <к нам> прибывали либо больные, либо <раненые> в слишком тяжелом состоянии, которым требовалось лечение в лазарете, и <нельзя было> отправлять их дальше…
Привет вам обоим от Сергея,
Элла.
(ГА РФ. Ф. 662. Оп. ГД. 252. Л. 9–9 об. — на англ. яз.)
Вероятно, речь идет обустройстве солдат в Мариинском приюте ампутированных и увечных воинов, который находился под руководством имп. Марии Федоровны. Раненые находились в нем не только до выздоровления, но и после могли остаться на продолжительное время, обучаясь различным ремеслам.
Отметим, что через полгода, 31 марта 1905 г., Мария Феодоровна откроет собственный лазарет в Гатчине, который проработает до 20 января 1906 г. За это время через него пройдет «больных и раненых 290 нижних чинов и 9 офицеров». Императрица неоднократно будет посещать свой лазарет, делать различные распоряжения по вопросам внутренней жизни госпиталя, обедать вместе с больными и ранеными офицерами.
Поддержку начинаниям вдовствующей императрицы и великой княгини оказывал сам государь. Выше мы писали о том, что Николай II предлагал Елисавете Феодоровне помещение для ее склада. Здесь же обратим внимание читателя на то, что «по повелению Его Величества, все раненые перед выпиской из лазарета (имени Марии Феодоровны в Гатчине. — Сост.) были представляемы Его Величеству в Царском Селе»[1878].
Так милосердное служение в годы русско-японской войны стало еще одной связующей нитью между императрицей Марией Феодоровной и великой княгиней Елисаветой Феодоровной, сблизившей их друг с другом.
И все же в эти годы проявилось различное понимание ими своего служения. Если учреждения Марии Феодоровны носили светский характер, то в лазаретах и санитарных отрядах, поездах и в Черниговском полку великой княгини одним из первых дел было устройство походной церкви.
Дневник полкового священника Митрофана Сребрянского, служащего на Дальнем Востоке
18 сентября. Погода хорошая, теплая. Мы не только отдохнули, но даже поправились. Вчера, отслуживши святую литургию, под чудным впечатлением пережитого душевного удовольствия я послал устроительнице церкви ее высочеству великой княгине Елисавете Феодоровне телеграмму и получил сегодня следующий ответ: «Мукден. Священнику Митрофану Сребрянскому. Так счастлива, что могли помолиться в походном храме; с Вами в молитвенном единении, помоги Господь вам всем! Елисавета». Да благословит ее высочество Господь Своею благодатию!
(Дневник священника 51-го Драгунского Черниговского Ее Императорского Высочества Великой Княгини Елисаветы Феодоровны полка Митрофана Васильевича Сребрянского, с момента отправления его в Маньчжурию 11 июня 1904 года на день возвращения в г. Орел 2 июня 1906 года. М., 1996. С. 116.)
Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II
19 сентября. Ильинское
Дорогой Ники,
В ужасном душевном смущении обращаюсь к тебе: до меня дошли слухи, будто хотят взять Трепова из Москвы. Ты знаешь все мои серьезнейшие доводы, о коих тебе зимою я докладывал, тогда еще не было войны, теперь же дела еще ухудшились, и положение Москвы крайне меня тревожит в политическом и социальном смысле. Умоляю тебя: не подводи меня, а поддержи меня, помоги мне — вот вопль наболевшей души моей!! Я верю тебе, иначе что, посуди сам, что мне делать?! Мы переживаем страшно трудные времена, и враги внутренние тысячу раз опасней врагов внешних. Брожение умов, напр., в Москве нехорошее; я наслышался со всех сторон того, чего никогда прежде не слыхал. Умудри тебя Господь вывести Россию и спасти ее!
 
Крепко обнимаю.
Твой Сергей.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1341. Л. 147–148 об.)
По традиции великокняжеская чета едет помолиться в Троице-Сергиеву Лавру на праздник преподобного Сергия Радонежского.
Дневник вел. кн. Сергея Александровича
24 сентября. Троице-Сергиева Лавра.…В Москве жена села в поезд. Обедали в поезде. В ¾ 10 ч. здесь — прямо к мощам — достояли всенощную до «слава в вышних»[1879] и в митр<ополичьи> покои. Пили чай, заходил Митрополит[1880]… Пр<еподобный> отче Сергие, моли Бога о нас!
25 сентября. Ильинское.…Около 10 ч. в собор — митрополит встречал. По нашему желанию, после обедни был отслужен молебен преподобному о даровании побед! Молилось горячо — чудесно было! Завтрак по обычаю. Все пошли в ризницу, а я с митроп<олитом> и Товием[1881] в собор по делу его ремонта. Все в монаст<ырскую> больницу для раненых и больных солдат. В ½ 3 ч. уехали, унося чудные впечатления. Все время без дождя ехали. Привез многим образки…
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 41. Л. 138.)
Дневник полкового священника Митрофана Сребрянского, служащего на Дальнем Востоке
25 сентября. Получил телеграмму от Ее Высочества из Сергиева Посада такую: «Молитвенно со всеми вами; только что молилась за обедней и молебном о даровании победы; храни вас Господь и святой угодник. Елисавета». Нет слов выразить, как все мы благодарны великой княгине за ее истинно материнское к нам отношение.
(Дневник священника 51-го Драгунского Черниговского Ее Императорского Высочества Великой Княгини Елисаветы Феодоровны полка Митрофана Васильевича Сребрянского, с момента отправления его в Маньчжурию 11 июня 1904 года на день возвращения в г. Орел 2 июня 1906 года. М., 1996. С. 122.)
Дневник вел. кн. Сергея Александровича
27 сентября. Ильинское.…Бильдерлинг[1882] телегр<афировал> о переходе в наступление — помогай Бог!!..
29 сентября. Ильинское.… Жена с Олей[1883] отправились в город — Оля хотела видеть склад…
1 октября. <Праздник Покрова Пресвятой Богородицы>. Ильинское. …ВЦ 10 ч. к обедне! Вести о сражении под Мукденом не утешительны: нравственное томление!..
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 41.А. 139,140,141.)
26 сентября началось сражение под Мукденом. В течение 9 дней позиции переходили из рук в руки. В конечном итоге русской армии не удалось прорвать японский фронт или обойти его с фланга. Потери русских были огромны: 42 000 убитых. Японцы потеряли вдвое меньше — около 20 000.
Дневник полкового священника Митрофана Сребрянского, служащего на Дальнем Востоке
1 октября. Между ранеными, как ангелы, ходят сестры милосердия, отмывают кровь, перевязывают раны. Только и слышишь их голос: «Голубчик, не хочешь ли чайку? Ты не озяб ли? Что, очень болит? Ну потерпи, вот через часик все пройдет!» «Ох попить бы чего, сутки во рту воды не было», — раздается голос с только что принесенных носилок. Сестра к нему и уже поит его с ложечки. А с другого конца палатки слышится: «Сестрица, мне бы малость табачку, раз пыхнуть. Во как хочется!» И табачок несет сестра. Господи, да разве передашь и опишешь все виденное!.. Подходит ко мне сестра и говорит: «Ведь умер вчера поздно вечером тот солдатик с оторванной ногой. Мы его на том биваке похоронили без отпевания»…