Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II. Документы и материалы, 1884–1909 гг.
17 ноября. Рим. Летний день. Кофе с Пицем — написали en trois депешу детям. В 11 ч. en trois к обедне — много русских. Закусили и к 1 часу поехали в Ватикан — я в мундире — жена в черном и кружев<ной> вуали — наши и Маша В<асильчикова>. Живописный прием, красивое зрелище! Папа[1680] не смотря на свои 93 года — молодцом — свеж, бодр — трогательно любезен. Заходили к кард<иналу> Рампола[1681] и домой. Рад был видеть Папу…
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 38. Л. 162–163.)
Из воспоминаний архиеп. Анастасия (Грибановского)[1682]
Из своих встреч с католическим миром великая княгиня иногда вспоминала о путешествии в Рим, предпринятом почившим великим князем вместе с нею вскоре после юбилея папы Льва XIII. Последний очень хорошо знал непоколебимую твердость православных убеждений Сергея Александровича, однако очень высоко ценил его лично, познакомившись с ним тогда, когда великий князь почти еще ребенком гостил в Риме. Давняя близость отношений позволила им вступить в непринужденную беседу между собой; между ними даже возник спор относительно того, сколько было пап с именем Сергий. Оба высоких собеседника не хотели уступить друг другу, и папа вынужден был удалиться в библиотеку за справкой. Он вернулся оттуда в некотором смущении. «Извините, — сказал, улыбаясь, Лев XIII, — хотя и говорят, что папа непогрешим, но на этот раз он впал в ошибку».
(Анастасий, архиеп. Светлой памяти вел. кн. Елизаветы Феодоровны.
Иерусалим, 1925. С. 4.)
Дневник вел. кн. Сергея Александровича
18 ноября. Рим… После чаю беседовали с Пицем… Обед и вечер en trois — приятно. Еще с Пицем болтали — разбирая многое. Он мне бесконечно жалок, и это чувство мне больно!!
19 ноября. Рим. Чудная погода! Кофе с Пицем в 14 9 ч. — в ¼ 10 ч. я его проводил на чугунку — рад, что свидание состоялось! Смотрели галерею Doria[1683] — был у разных художников via Margutta. В 2 ч. жена к королеве — я принимал двух прелатов, принесших подписанный портрет Папы. En trois с Машей[1684] и Гадоном — были в pallazzo <di> Venezia[1685] — красиво — заходили к австр<ийским> художникам — был у антикваров… Жаль покидать Рим, покидать тепло!
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 38. Л. 164.)
21 ноября Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна приехали в Париж.
Дневник вел. кн. Сергея Александровича
22 ноября. Париж… Жена по портнихам — яс Гадоном по лавкам — купил всякие подарки etc… был Владимир — много говорили о Павле — Владимир ужасно расстроен!..
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 38. Л. 166.)
25 ноября Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна приехали в Дармштадт.
Дневник вел. кн. Сергея Александровича
26 ноября. Дармштадт.…Увы! Заметил сегодня только что за эти 2 месяца неприятных нравств<енных> страданий — я поседел! С женой гуляли и ныряли в лавки…
27 ноября. Дармштадт.… кофе с Ernie и в 14 8 ч. проводили его на чугунку — едет на 3 м<есяца> в Индию. Он предложил нам еще здесь пожить — для жены из-за Виктории. Я очень рад — остаемся до субботы…
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 38. Л. 168.)
Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу
29 ноября. Дармштадт
… Вот я болтаю с тобой, как по старому, и мне приятно, и я забываюсь! А сердце вдруг заноет больно, больно. A propos (кстати — фр.), за это время я поседел, право, вся голова вдруг стала покрываться сединами!..
(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 222. Л. 56.)
2 декабря великокняжеская чета вернулась Петербург.
Дневник вел. кн. Сергея Александровича
2 декабря. Питер
…Сюда около 4 ч. — масса встречало… Дома дети, эмоции, страшно!! Еп quatre (вчетвером — фр.) говорили с ними, объясняя всё, что мог — говорил почти как со взрослыми — много плакали они и я!! Кажется, они меня поняли, бесконечно трогательно и грустно — Господи помилуй! Дети с нами обедали и вечер провели — в 9 ч. уехали. Все же легче теперь…
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 38. Л. 171.)
Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II
2 декабря. Петербург — Ливадия
Только вернулись, собираемся остаться здесь до Вашего возвращения. Крепко обнимаем.
Сергей.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1426. Л. 302.)
Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу
3 декабря. Ливадия — Петербург
Благодарю за известия, очень рад, что увидимся с Вами в Питере, вероятно, останетесь на Пажеском юбилее[1686]. Крепко обнимаю.
Ники.
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 97. Л. 103.)
Дневник вел. кн. Сергея Александровича
3 декабря.… Пили чай у Минни и очень сердечно беседовали обо всем! Все только тяжелее…
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 38. Л. 171.)
Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу
6 декабря. Ливадия — Петербург
От души благодарю Тебя и Эллу за поздравление. 11-го надеемся быть в Царском. Тепло, но проливной дождь. Крепко обнимаю Вас обоих.
Ники.
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 97. Л. 105.)
Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу
10 декабря. Ясенки — Петербург
Предлагаем Вам Обоим, по бывшим примерам, жить у Нас в Царском. Мороз порядочный, но ясно. До скорого свидания.
Ники.
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 97. Л. 106.)
Дневник вел. кн. Сергея Александровича
10 декабря.…утром был Плеве — замечательно интересный разговор! Сообщил невозможные вещи… Поехал к Победоносцеву — стареет… Цари зовут в Царское.
11 декабря.… В 4 ч. мы и Минулина[1687] в Царское, куда цари приехали сегодня. Встреча самая сердечная — говорил с Ники о Павле — мне тяжело! С Аликс все как по маслу — филипповские истории не повредили!..
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 38. Л. 17S.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне
11 декабря. Петербург — Гатчина
Только что приехала домой из Царского, попила чаю и пообедала… Поговорили с Аликс спокойно, впечатления превосходные, я очень счастлива. Ликую видеть тебя завтра. Благослови тебя Бог, дорогая. Сердечно целую.
Элла.
(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1586. Л. 55. — на англ. яз.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне
<После 11 декабря>. Понедельник, вечер
Милая Минни,
Мне хочется, чтобы ты получила эти строки утром — хоть крошечный лучик надежды среди всех твоих тревог. Я только что вернулась от них — я заехала к ним после театра, оставив Сергея у Владимира. Мы беседовали долго, вдоволь, — и я сказала им всё, всё — что мы выстрадали, что мучило нас, и к чему все привело; завтра они желают все рассказать тебе, во всех подробностях. Им было очень больно узнать, как ты переживала, они надеются успокоить твое измученное сердце, и хотя, конечно, уже невозможно прекратить толки, но по крайней мере, тебе все станет ясно. После 11-ти я буду у Аликс — так что, если хочешь, чтобы я заехала — пожалуйста, сообщи мне туда. Бедняжка — она так мучается, у нее сильные боли, но оба они, казалось, свалили с плеч огромный груз, когда мы поговорили начистоту. Это огромное недоразумение с обеих сторон — я не могу писать подробности.