Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II. Документы и материалы, 1884–1909 гг.
25 ноября. Питер. В 5 ч. чай у Минни — говорил en deux с нею о Пице — тяжело — все поняла… Aparte (отдельно — фр.) с Алексеем — он моего мнения о вожделениях Пица — бесконечно утомлен сими разговорами…
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 37.А. 166,167.)
Наконец, Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна едут отдохнуть за границу, где остаются до конца года.
Дневник Николая II
27 ноября.…Завтракали вчетвером. Сделал хорошую прогулку с д. Сергеем… В 11 час. отвезли д. Сергея и Эллу на станцию; они отправились в Киль и затем в Дармштадт. Вечер был тихий и воздух весьма приятный.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 243. Л. 176.)
Сначала они едут в Киль, в гости к принцессе Ирен, где пробудут до 17 декабря. Вскоре к ним приезжает и великий герцог Эрнст.
Дневник вел. кн. Сергея Александровича
10 декабря. Киль.…утром ходили с женой и Ernie по лавкам, покупая елочные украшения… После завтрака мы все украшали елки — очень было забавно — все пили чай у нас внизу… Живется, слава Богу, приятно.
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 37. Л. 175.)
Вел. кн. Сергей Александрович, вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II 12/25 декабря. Киль — Петербург
Благодарим Вас Обоих от души за чудные подарки. Очень симпатично провели вчерашний вечер. Обнимаем крепко.
Сергей, Элла.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1424. Л. 315.)
Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II
16 декабря. Киль
Дорогой Ники!
Паки приношу тебе сердечную благодарность за прелестные подарки! Живется нам здесь замечательно приятно и симпатично; я даже не ожидал, что будет так хорошо житься, но радушие наших хозяев приятно трогательно. Генрих прост, мил и любезен — про Irene я и не говорю! Признаюсь, что я теперь чувствую, как мне был необходим сей маленький отдых. Главное — нравственный, ибо вечно жить с натянутыми нервами сверх человеческих сил. Вначале погода была морозная, даже снежная, и мы на санках спускались в саду с горки; потом пошла оттепель, но воздух морской живителен. Посетили мы «вольный город» Гамбург. Я вспомнил ганзейский союз и «Великий Новгород»! Ездили мы в Hemmesburg <?>, имение Генриха — очень милая местность. Старинный, типичный, который, впрочем, они теперь ломают, чтобы строить новый более поместительный «en cottage anglais»[1576].
6 д<екабря> мы праздновали молебном на «Аскольде», куда прибыли наши хозяева, и мы их там встречали, как на рус<ской> территории. Осмотрели мы «Аскольд» сверху донизу — оригинальная постройка. Вечером был дан в замке большой парадный обед, к которому были званы, кроме всех наших моряков, с батюшкой включительно, все нем. адмиралы.
Накануне их Рожд<ества> мы ездили и на «К. Friedr. Ill»[1577], где была служба, матросы пели, а засим была лотерея для них, в которой мы участвовали — все это было очень мило. Вчера Генр<их> показывал нам во всех подробностях доки и верфи — замечательно было интересно. Завтра собираемся осмотреть постройку «Океана», а вечером направляемся в Дармштадт.
Про Ernie напишу в другой раз: в общем у него вид скорее довольный. Храни вас Господь — крепко обнимаю вас обоих — до свидания.
Твой Сергей.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1341. Л. 83–84 об.)
Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу
19 декабря. Царское — Киль
Сердечно благодарим вас обоих… Передай офицерам, команде «Аскольда» мою благодарность. Крепко обнимаю.
Ники.
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 95. Л. 147.)
Дневник вел. кн. Сергея Александровича
17 декабря. Между Килем и Дармштадтом.…осматривали строящийся «Океан» интересно. Были и в мастерских — вернулись около 5 ч. и пили чай. Обедали в 7 ч., ав 7 9 ч. уехали. Все наши моряки нас провожали — дали цветы жене. Трогательно простились с Irene и Henri — жилось, слава Богу, замечательно хорошо.
18 декабря. Дармштадт.… Здесь, по-видимому, очень рады, что жена приехала!.. Смотрели строящийся памятник Alice[1578] — гуляли в Herrengarten и пили чай en trois. Ernie замечательно мило устроил новые комнаты… Господи благослови.
19 декабря. Дармштадт.… в ½ 10 ч. в церковь en trois — отличная проповедь. Вернувшись, у Ernie новогодний прием… Гуляли en trois. Наша церковь положительно некрасива…
20 декабря. Дармштадт.…В 7 ч. в полной парад<ной> форме с Ernie в замок — обед для всех патентатов огромный, без дам. После обеда мне представляли масса народу, и я валял по-немецки. Все трогательно относятся к Ernie. Провели вечер en trois, и Ernie изливал все свои печали — долго все разбирали.
22 декабря. Дармштадт.…жена принимала дам. Около ½ 12 гуляли с ней — Ernie был занят — заходили в лавки… Ernie хочет нам устроить елку — жена и Ernie играли на двух фортепиано.
24 декабря. Дармштадт.…утром ездили на Rosenhohe — оттуда пешком. Жена в электр. ванну. Завтракали иностр<анные> министры с женами — очень приятные… Устраивали елку и подарочки, здесь купленные. Перед обедом наши нам устраивали елку — премило, а потом Ernie нам, мы ему и свите вместе — вышло пресимпатично; я строил все лотерею. Замечательно все удалось. Грустно быть без всенощной! Господи помилуй нас!
25 декабря. Рождество Христово. Дармштадт…в ½ 10 ч. с женой и со всеми нашими домочадцами в Висбаден к обедне… приятно было помолиться!
26 декабря. Дармштадт.…В ½ 8 ч. в стар<ый> дворец на большой концерт… Приятная музыка, пение— любезничал по-немец. напропалую. Жена очень en beaute — robe rose, diamants (красива — розовое платье, алмазы — фр.).
31 декабря. Дармштадт.…В 3 ч. в нижн<ей> бол<ьшой> столовой новогодний молебен; собрались все русские здесь — молилось горячо — мои образа стояли — Ernie был. Пили чай и гуляли снова… Были пустячки от жены. Господи, благодарю Тя за все прошлое! Не оставь и в будущем. Аминь.
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 37. Л. 178–183,185.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II
Открытое письмо. 1901–1902
Тебе, дорогой Ники, нежные благословения на Рождество и Новый год от твоей любящей сестры Эллы.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1253. Л. 76–76 об. — на англ. яз.)
1902 год
1902 год принес волну политического террора, захлестнувшую страну в 1905–1907 гг. От террора не спасали ни звания, ни должности. Убивали не только министров, полицейских, но и самых мелких чиновников, мастеровых, всех, кто вызывал у революционеров подозрения в сотрудничестве с властями. 9 февраля было совершено покушение на московского обер-полицмейстера Д. Ф. Трепова, 2 апреля был убит министр внутренних дел Д. С. Сипягин, в мае — покушение на Виленского генерал-губернатора В. В. фон Валя, в июле — на Харьковского губернатора И. М. Оболенского.
Государь вновь начал проводить жесткий курс. На пост министра внутренних дел был назначен «человек опытный и честный», с монархическими принципами, В. К. Плеве. О назначении его ходатайствовала перед государем вел. кн. Елисавета Феодоровна. Называет она и новую кандидатуру на пост министра народного просвещения Г. Э. Зенгера. Но прежде всего опору для государя Елисавета Феодоровна видит в его уповании на Бога. Она стремится укрепить его веру, отдает ему одну из главных своих святынь — крест, а также «образ, освященный на чудотворной иконе святителя Николая в маленькой церкви в Москве».
Духовную поддержку государь нашел и… у французского оккультиста мсье Филиппа. Сергей Александрович и Елисавета Феодоровна узнали об увлечении мистицизмом царской четы лишь в начале июля 1902 г. Вести о ложной беременности императрицы людская молва настойчиво связала с влиянием на императрицу Филиппа.