Великая княгиня Елисавета Феодоровна и император Николай II. Документы и материалы, 1884–1909 гг.

Вел. кн. Сергей Александрович — вел. кн. Павлу Александровичу
2 ноября. Флоренция
… У Ники легкий, слава Богу! брюшной тиф, но как это скучно. Alix мне телеграф<ировала> почти каждый день, а сегодня от Гессе получил ответную, успокоительную депешу. Сначала думали инфлуэнция: выписали докт<ора> Попова[1480]из Питера — он ходил за Alix, когда у нее была корь…
(ГА РФ. Ф. 644. Оп. 1. Д. 218. Л. 29–29 об.)
Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу, вел. кн. Елисавете Феодоровне
3 ноября. Ливадия — Флоренция
Благодарю, думаю о вас. Было холодно, теперь лучше. Обнимаю.
Ники
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 93. Л. 94.)
Имп. Александра Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу, вел. кн.
Елисавете Феодоровне
<Без даты>. Ливадия — Флоренция
Благодарим с любовью, желаем всего доброго день проходит хорошо, оба кемарили. Целуем.
Аликс.
(га рф ф 648. Оп. 1.Д. 93. Л. 93. — на англ. яз.)
Имп. Александра Феодоровна — вел. кн. Сергею Александровичу
20 ноября. Ливадия — Москва
Так рада, что ты доволен, получив твои старые вещи из Ливадии. Ники сидит в кресле, курит, он весел, чувствует себя бодрым, только что выкушал говяжьего бульона с яйцом. Наилучшие приветы от нас вам двоим.
Аликс
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 95. Л. 147.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне
30 ноября. Москва — Гатчина
Думаю, грипп идет на спад. Сергей тоже нездоров. От Ники, слава Богу, вести хорошие. Мы оба нежно тебя целуем. Погода предвещает бурю.
Элла.
(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1586. Л. 8. — на англ. яз.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II
2 дек<абря>
Самые теплые сердечные пожелания от нас с Сергеем тебе, милый Ники! Да благословит Бог этот новый год и даст тебе здоровья и радости!
Как счастливы мы знать, что ты действительно пошел на поправку, однако будь благоразумен — не ешь тяжелой пищи или трудно усваиваемой — после тифа в желудке на слизистой остаются маленькие язвочки даже при самой легкой форме болезни; дай себе время как следует излечиться, кстати, также и тряска на ухабах… небезопасна.
Бедный Сергей подхватил тяжелую инфлуэнцию и чувствует себя отвратительно. Я же пока здорова, хотя только и делаю, что общаюсь с людьми с этой заразной болезнью.
Посылаем тебе несколько маленьких запонок. Надеемся, они порадуют тебя, а также диванные подушки «либерти» для твоей комнаты в Ливадии, чтобы тебе уютно было <сидеть> в кресле.
Сергей шлет множество благословений и сердечные пожелания вам обоим и деткам. Всего наилучшего от нас обоих.
Любящая тебя сестра Элла.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1253. Л. 74–75 об. — на англ. яз.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — имп. Марии Феодоровне
3 декабря. Москва — Гатчина
Глубоко тронуты твоей милой телеграммой. Сергей слаб, кашляет, но ему лучше. Я пока здорова. Молитвенно с тобой, благодарю Бога за полное выздоровление Ники. Храни вас Господь, дорогие. Надеюсь, если все будет хорошо, скоро встретимся. Надеюсь, что нога твоя получше; эту ночь хорошо спала.
Элла.
(ГА РФ. Ф. 642. Оп. 1. Д. 1586. Л. 9. — на англ. яз.)
Дневник вел. кн. Сергея Александровича
3 декабря. Наконец спал всю ночь отлично. Жена пила чай со мною. Долго сидел Трепов. Предписано служить благодарственный молебен за выздоровление Государя — сегодня молебен в Успенском… В первый раз вечером не было лихорадки. Слава Богу! Жена сидела весь день…
6 декабря. Спал и чувствую себя хорошо, хотя слабость есть порядочная. Чай у себя с женою. Был Трепов. Жена к обедне — дома завтракал один. Читал и дремал. От Ники совсем хорошие вести. Слава Богу…
 
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1. Д. 36. Л. 172–173.)
Николай II — вел. кн. Сергею Александровичу
8 декабря. Ливадия
Мой дорогой д. Сергей,
От всей души благодарю Тебя за прелестные запонки, которые я получил от вас обоих к именинам. Я надеюсь, что Твоя инфлюенция прошла без следа. Так скучно было заболеть тотчас после возвращения из-за границы, и я уверен, Ты бесился страшно, что не мог начать заниматься делами по приезде в Москву. Я много думал о Тебе все это время и надеюсь, что по крайней мере состояние Твоего духа спокойное.
У меня теперь блаженное душевное спокойствие, ничего меня не беспокоит, чувствую себя выросшим по окончании 5-недельной опеки докторов и в полном смысле слова наслаждаюсь жизнью, привольною пока и свободною.
По настоянию милой Мама мы решили остаться здесь до середины января.
Дорогая Аликс, слава Богу, прекрасно выглядит и хорошо себя чувствует, после того испытания, которое я ей невольно доставил.
Мы каждый день катаемся и гуляем более двух часов, но пока еще напоминаем собою старческую чету, которую возят, для пользования воздухом. — Занимаюсь я очень мало, зато много времени для легкого чтения.
Прощай мой милый дядя Сергей. Желаю Вам хорошо встретить праздники и Тебе поскорее поправиться.
Сердечно Твой
Ники
(ГА РФ. Ф. 648. Оп. 1.Д. 71. Л. 52–53 об.)
Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II
10 декабря. Москва — Ливадия
Бесконечно обрадован дорогим Твоим письмом. От всего любящего сердца благодарю. Мне гораздо лучше, но не выхожу. Делами занимаюсь во всю. Крепко сердечно обнимаем.
Сергей.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1.Д. 1423. а. 218.)
Вел. кн. Елисавета Феодоровна — Николаю II
15 декабря. Москва — Ливадия
Все вещи, которые я выбрала, надеюсь, доехали до Петербурга. Не мог бы ты распорядиться, чтобы их отослали. У меня здесь только одна акварель для тебя — для подарка Аликс, посылаю ее сейчас. Сергей, наконец, здоров; надеюсь, простуда Аликс вскоре пройдет. Здесь наконец мороз. Нежно целую.
Элла.
(ГА РФ. Ф. 601. Оп. 1. Д. 1423. Л. 229. — на англ. яз.)
Вел. кн. Сергей Александрович — Николаю II
20 декабря. Москва-Александрия
Дорогой Ники,
Еще раз благодарю тебя за твое сердечное письмо, которое и обрадовало меня и ужасно тронуло. Слава Богу, что ты совсем окреп и чувствуешь себя полным сил. Говорить тебе, как мы мучились во время твоей болезни, не стану, ты и сам это легко поймешь, а еще с моим несчастным характером это было прямо ужасно! Ну, теперь надо только благодарить Господа и больше ничего. Читая, как ты смотрел стрелков[1481] — я воображал себе, какое это тебе доставило удовольствие. Как хочется мне тебя видеть и поболтать с тобой по душе; столько было событий с тех пор, что мы не виделись. На перепутье из Крыма я поймал Сипягина и мог с ним поговорить о текущих делах; вид у него, я нашел, отличный. Теперь я совсем оправился от моей глупой инфлуэнции — она тут царствовала во всю. Мы наслаждались нашим пребыванием в Париже и во Флоренции; и там и здесь было очень интересно. В Вене мне пришлось являться Императору[1482] — на что я вовсе не рассчитывал, ибо имел с собой только преобр<аженский> мундир, а ленту пришлось купить — ужасно глупо вышло. A Ernie и Ducky приезжают в Царское и теперь еще — я признаюсь, был очень этому удивлен, но жена по доброте сердечной — нет! Прими от нас сию кружку и привет к Празднику.