Возлюбленная мертвеца (СИ)

Решительно выйдя из своей комнаты, я направилась по коридорам замка в поисках лича. Но как только я спустилась в главный холл дворца, мой боевой настрой начал испаряться. Что я ему скажу? Что он мне скажет? Как его убедить? И вообще, как теперь себя с ним вести?
От всех этих многочисленный мыслей и сомнений у меня вдруг сильно разболелась голова. Я присела на краешек стоящего неподалёку диванчика и подперла руками щеки.
Сколько я так просидела, не знаю. Мои мысли снова умчались куда-то далеко. Я думала о доме, который по сути никогда не был для меня домом, о родителях, которые также никогда не были мне родными и близкими, и которым я не была дорога и любима. Я подумала, что в целом мире нет никого, кому бы я была по-настоящему нужна. И вдруг жалость к самой себе затопила меня всю. Мне некуда пойти и не к кому приткнуться.
Я закрыла глаза руками и горько заплакала. Очнулась я в захлеб рыдающей на плече у Джулиана. Он нежно гладил меня по голове и что-то тихо нашептывал мне на ушко.
— Ну что ты, малышка, — говорил он своим хриплым голосом, — Зачем так убиваться?
— Я не нужна никому, — снова запричитала я сквозь рыдания.
Он приподнял меня с диванчика, уселся сам, а меня вновь, как и вчера, аккуратно усадил себе на колени.
— Тише, моя Никсаэлла, расскажи все по порядку. Почему ты так говоришь, что никому не нужна?
И тут меня прорвало, словно платину. Я говорила и говорила, и этот поток слов и эмоциональных восклицаний, казалось, уже никогда не иссякнет. Все это было вперемешку с завываниями и рыданиями, но меня понесло уже так, что остановить было просто не возможно. Я рассказала о своем детстве, лишенном родительской любви и тепла, о необычном даре, из-за которого я не могла иметь верных друзей. Я рассказала о том, что никто из высокородных и богатых женихов не захотел брать меня замуж, и что я в тайне всегда мечтала найти свою любовь и счастье, как и любая другая девушка. Но все мужчины, как только узнавали о моём даре видящей, сразу испарялись. Я рассказала Джулиану о Сандре и об учебе в академии, а также все подробности похищения меня герцогом и дальнейшие притязания его брата, императора.
По конец своего рассказа я уже просто тихо плакала на плече у лича, вымочив его дорогой костюм своими слезами, наверное, насквозь.
— Ты не права, моя маленькая Никс, — сказал он тихо.
— Ты о чем? — подняла я к нему своё заплаканное лицо.
— О том, что ты никому не нужна, — сказал он глухо.
— Что? — растерянно захлопала я своими глазами.
— Ты нужна мне.
И с этими словами Джулиан обхватил обеими ладонями мое лицо и заглянул мне в глаза. Я непроизвольно подняла на него свой взгляд и тут же встретилась с кроваво-красным светом глаз лича. Но в этот раз я не отшатнулась и не испугалась. А продолжала смотреть в его глаза. И вдруг этот зловещий свет стал более теплым, словно приятный свет тлеющих углей в камине. Он не пугал и не отталкивал, а манил своей теплотой и уютом.
— Если бы я мог, то сейчас я бы тебя уже неистово целовал, — глухо раздался его голос в моих ушах.
Я как-то заторможено заморгала и перевела взгляд на его губы, точнее на то место, где они бы располагались. Передо мной были совершенно голые челюсти черепа человека с идеально ровными и белыми зубами.
«Ой, а ведь он и не так уж и страшен», — пришла мне в голову запоздалая мысль.
Затем руки лича потянулись к своему капюшону, и он низко надвинул его себе на лицо.
— Не смотри на меня так, — сказал он с горечью в голосе, — Я тебе противен.
— Нет, — покачала я своей головой.
И мои руки сами потянулись к его лицу. Я смело откинула его капюшон на плечи и вновь утонула в этом тлеющем взгляде. Он и вправду завораживал. Я подняла свою руку и провела ей по его голой впалой щеке. Как странно, мне наверное должно было быть неприятно, но это было не так.
— Зачем? — тихо спросила его я.
— Что зачем? — переспросил он и, поймав мои пальцы своей рукой, крепко прижал их к своему рту, а точнее к тому месту, где он должен был быть.
Боги, он руки мои целовать готов. Ну где же ты был раньше? Ну почему же я не встретила тебя при жизни? Ах, да, я же ещё не родилась. Ему сейчас было бы уже примерно лет сто. Хотя он же маг, и это еще далеко не старость для некоторых магов.
 
— Зачем я тебе нужна? — пояснила я свой вопрос, — Никому не нужна, а тебе вдруг понадобилась. Зачем?
Его глаза вдруг вспыхнули холодным красным светом, а потом снова приобрели теплый тлеющий оттенок.
— Мне сложно ответить на твой вопрос, — выдавил он из себя, словно через силу, — Возможно, ты удивишься, но ты дорога мне.
  
Глава 43
 
Никсаэлла
Я сидела на коленях у Джулиана и смотрела в эти мертвые глаза лича. И вдруг что-то изменилось в них. Они снова полыхнули холодным красным светом.
Джулиан оторвал свой взгляд от меня и уставился куда-то за моё плечо.
— Как я мог не почувствовать их приближение? — проскрежетал он сквозь зубы.
Затем он вдруг вскочил и резко задвинул меня к себе за спину. Ничего не понимая, я растерянно захлопала своими глазами и попыталась выглянуть из-за его широкой спины.
Раздался грохот открываемой парадной двери и топот множества ног. Я попыталась подпрыгнуть и посмотреть, но лич был достаточно высок. Тогда я выглянула из-за его плеча и остолбенела. Весь холл был заполнен рыцарями смерти. Они выстроились торжественным коридором, по которому решительным шагом шествовала Сандра в сопровождении троих своих мужей и трех мертвых магов.
Завидев нас с Джулианом, она остановилась и гневно произнесла:
— Я жду объяснений, Джулиан, — проговорила он ему, а затем посмотрела на меня, и на её лице отразилось облегчение и усталость, — Слава богам, Никс, ты невредима.
С этими словами она протянула мне обе руки для объятий. Я рванула к ней, но тут же наткнулась на жесткое плечо Джулиана.
— Сандра! — крикнула я ей, пытаясь оттолкнуть удерживающего меня лича.
— Отпусти её, — проговорила моя подруга мёртвому магу.
Он промолчал, и лишь решительно замотал головой.
— Ты перечишь моей воле? — удивленно проговорила королева и её брови взметнулись вверх.
— Нет, ваше величество, — ответил холодно Джулиан, и схватил меня за запястье, — Но, она — моя.
Сандра недоуменно посмотрела на своего лича и наклонила голову в бок.
— Что значит твоя? — требовательно задала она вопрос, — Она что вещь? Предмет неодушевленный? И не имеет своего голоса и мнения?
Глаза моей подруги полыхнули гневом, и даже я почувствовала, как вокруг нас разлились мощные волны энергии. Это была неодушевленная магия. Даже мне стало страшно.
Вдруг рука лича на моём запястье задрожала и разжалась, и он скрепя зубами упал на колени.
— Иди ко мне, Никс, — снова протянула ко мне руки подруга.
Я вновь рванула к ней и утонула в её ласковых объятиях.
— Боги, Никс, это и вправду ты? — ошеломленно проговорила Сандра, уткнувшись мне в плечо. Затем она отстранилась от меня и заглянула мне в лицо, и я увидела в её глазах слезы и радость.
— О, как же я рада, что ты здесь, что жива и невредима, — снова обняла меня Сандра. Затем она вновь отстранилась и взволнованно продолжила, — Ты невредима, ведь так? Все хорошо? Тебя никто не обидел?
На последней фразе она бросила сердитый взгляд на коленопреклоненного лича.
Я сквозь слезы радости улыбнулась ей:
— Да, все хорошо, и меня никто не обидел, и я невредима.
Она поцеловала меня в висок, обняла за плечи и повела к лестнице.
— Пойдем, подруга. Ты должна рассказать меня всё-всё. Я просто умираю от нетерпения! — весело защебетала Сандра.
— А ты мне, — проговорила я ей с улыбкой, бросив красноречивый взгляд на её мужчин, отчего она густо покраснела и потупила свой взгляд.
Мы шли, обнявшись, по коридорам дворца, пока не оказались в уютно обставленной маленькой гостиной. Сандра позвонила в колокольчик, затем о чем-то задумалась, а потом, улыбнувшись мне, произнесла: