Возлюбленная мертвеца (СИ)

— Даааа, — протянул он и запустил свою руку себе в волосы, почесав затылок, — Ну, это многое объясняет, — сказал он скорее сам себе.
Я растерялась и вопросительно посмотрела на него:
— Что ты делаешь? В чем дело?
Он серьезно посмотрел на меня и набросил мне на плечи мою сорочку.
— Не будем торопиться, — проговорил он спокойно, — Одевайся.
Мне стало обидно и досадно, сама не знаю почему. Я не спешила одеваться, а снова посмотрела на него.
— Я тебе не нравлюсь? Ты не хочешь меня?
Он улыбнулся мне мальчишеской улыбкой, плюхнулся рядом со мной на кровать и приобнял за плечи.
— Это ты не хочешь меня, малыш, — сказал он мне, и подал мне мой жакет, — Одевайся, не буди во мне голодного волка.
Он помог мне одеться, аккуратно зашнуровал завязку моих брюк и нежно поправил выбившийся из косы локон.
— Почему ты решила отдаться мне? — спросил он, пристально глядя мне в глаза.
Я никак не ожидала такова вот прямого вопроса. От смущения и стыда мои щеки запылали, и я поспешно попыталась отвернуться от Рамона. Но он не дал мне этого сделать. Он крепко ухватил меня за плечи и снова развернул к себе лицом. А затем усадил на кровать и снова примостился рядом.
— Давай, малышка, выкладывай на чистоту. Это все из-за императора? — догадался он.
Я утвердительно кивнула ему, потупив взгляд.
— Рамон, извини, ты не подумай пожалуйста, что я решила воспользоваться тобой. Я просто подумала, что уж если мне суждено стать его любовницей, то пусть первым у меня будет не он, а ты.
Он хрипло рассмеялся и прижался губами к моему виску.
— Маленькая девочка, — проговорил он мне как ребенку, — Я все могу понять… Но зачем же заставлять себя, если ты этого не хочешь?
Я выпуталась из его объятий.
— Я хочу, — упрямо заявила я.
Он снова рассмеялся.
— Ты можешь обманывать себя, но меня тебе не обмануть, — сказал он со снисходительной улыбкой, — Неужели ты думаешь, что я ничего не вижу и не чувствую. Ты не хочешь, и то, что могло бы между нами случиться, не принесло бы тебе радости, а только отвращение к самой себе, да и ко мне потом тоже. Я этого не хочу.
Я снова упрямо замотала головой.
— Но как же ты не понимаешь, Рамон. Я не хочу, чтобы он был первым. Это…это… это будет отвратительно, — в отчаянии прошептала я, — Он дал мне время до окончания этой ужасной войны, чтобы я привыкла к этой мысли, а затем он просто возьмет меня как свой трофей.
Он нахмурился, а потом снова прижался поцелуем к моему лбу, пытаясь меня успокоить.
— Если он готов столько ждать, то он настроен решительно, — серьезно проговорил Рамон, — Но что-то мне подсказывает, что эта война будет не такой легкой и быстрой, как ему кажется. Орки не так просты и глупы. Моё волчье чутьё говорит, что эта война ещё преподнесет империи немалые сюрпризы. Так что выше нос, малышка!
Мы лежали на моей кровати, просто прижавшись друг к другу. Рамон больше не возобновлял своих ласк и поцелуев. Единственное, позволял себе коснуться губами моего лба или виска, и выглядело это как-то по-дружески, по-доброму. И не скажешь, что еще минут двадцать назад он страстно срывал с меня одежду с мыслью овладеть мною.
Мы лежали и просто болтали ни о чем и обо всем сразу. Я рассказала ему о своих злоключениях, о похищении герцогом, о приезде в столицу во дворец императора. Также рассказала ему о семье, которой я была совсем не нужна, и о Сандре, по которой безумно скучала. И как-то так сама не заметила, как выложила ему все свои проблемы и тревоги. Он был прекрасным слушателем, внимательным и чутким.
— Ты так добр ко мне, спасибо тебе, Рамон, — с благодарностью проговорила я.
Он улыбнулся мне своей обворожительной улыбкой.
— Ты — само очарование, малышка. Как же иначе. Но теперь, я точно не смогу дотронуться до тебя, ты уж извини, моё отношение к тебе поменялось. Я теперь воспринимаю тебя совсем по-другому, как друга или сестру.
Я заёрзала в его объятиях и лукаво посмотрела на него:
— Могу я задать вопрос? — я бросила на него быстрый взгляд сквозь опущенные ресницы.
 
— Приличный? — засмеялся он.
— Не совсем, — тоже со смехом ответила я.
Он закинул свободную руку себе за голову и протянул:
— Ладно, малышка, задавай свой неприличный вопрос, я готов.
Я облокотилась на его грудь руками и заглянула ему в лицо.
— Мне любопытно, у тебя было много женщин?
— Кхм, кхм, — закашлялся он сквозь смех, — Да, малыш, ты еще совсем ребенок.
— Ну ответь, — заныла я.
Он театрально закатил глаза, но все же ответил:
— Да, малыш, много, — просто ответил он.
Я посмотрела на него с интересом, а затем снова не удержалась от вопроса:
— А много, это сколько? — не унималась я.
— Невинным девушкам не прилично задавать мужчинам подобные вопросы, — со смехом упрекнул он меня.
Я снова откинулась на его плечо и с мечтательным видом протянула:
— Как я тебе завидую, Рамон. Ты делаешь все что захочешь, путешествуешь, живешь полной жизнью.
Я запрокинула голову и снова посмотрела ему в лицо.
— А ты был в кого-нибудь влюблен? По-настоящему влюблен? — спросила его я.
Он задумался, а потом с мальчишеской улыбкой произнес:
— Наверное, не был, малыш. Еще успею, — он мне подмигнул, а потом его лицо стало вдруг серьезным, — Но я не уверен, что горю желанием поскорее испытать это чувство. Я видел, что любовь сделала с моим братом. Леон просто сломлен и страдает.
Я вдруг почувствовала, как негодование поднимается во мне. Я вскочила с кровати и уперла руки в бока.
— Леон? Сломлен? Страдает? — зашипела я на него, — Он лишь пожинает плоды своей глупости. Он чуть не разбил сердце Сандре.
Рамон поднял руки в примирительном жесте.
— Я не оправдываю его и не защищаю, малышка. Не надо на меня так смотреть. Я сам не рад его такой женитьбе, но как говорится, сделанного не воротишь.
Я немного успокоилась и снова села рядом с ним на кровать.
— Что и вправду страдает? — задала я интересовавший меня вопрос.
Он кивнул и с кислым лицом проговорил:
— Ещё как… Мы же волки, нам необходимо чувствовать связь со своей парой, эмоциональное и душевное родство. Но для этого чувства должны быть обоюдными.
Он запустил руку себе в волосы и продолжил:
— Это сложно объяснить, у нас у оборотней, есть своя особая связь с парой. Когда-нибудь, возможно, я найду свою половинку, и уж точно не отпущу её. Я не поступлю так глупо со своей судьбой, как мой брат. Даже если мне придется пойти наперекор всему миру, я не отступлюсь.
Мы проболтали с ним почти до самого утра, и я сама не заметила, как уснула на его плече.
  
Глава 24
 
Войска империи медленно, но уверенно продвигались по землям Кром. Уже прошла неделя с момента взятия форта Оморт. За это время не произошло ни одного серьезного события или сражения.
Войска медленно продвигались вглубь страны орков, растянувшись огромными полками и колоннами. Конница, с табунами запасных и сменных лошадей, лучники, арбалетчики, копейщики, мечники, и наконец рыцари. Какое это было удивительное зрелище. Просто море из людей в сверкающей амуниции и доспехах. Завидев императора, солдаты вытягивались по струнке, а офицеры отдавали честь. Их лица были полны отваги и гордости.
За солдатами следом тащились караваны с обозами продовольствия и фуража. Сколько всего везли на этих телегах, даже не перечислить. Здесь были и продукты, и вино, и чистая вода, так как многие боялись пить из источников орков, думая, что вода отравлена. Отдельной колонной ехали телеги с оружием: с пиками, копьями, луками, арбалетами, щитами и мечами, а также со стрелами и арбалетными болтами. За оружием следовали огромные передвижные бочки с зажигательной смесью для стрел и катапульт.
Также на обозах перевозили весь палаточный городок с его многочисленными шатрами, раскладной мебелью, предметами военного обихода и тому подобное. И особое место во всем этом занимал личный обоз императора с его шатром, личными вещами и канцелярией. Чего здесь только не было, начиная от трона с разборным постаментом, заканчивая мебелью и коврами. Одних только доспехов насчитывалось около двух десятков. Невероятно, даже у меня не было столько одежды, сколько император взял с собой в поход комплектов доспехов. Вот это да!