Возлюбленная мертвеца (СИ)

Дипломаты вели светскую беседу, а мне подумалось, что здесь не хватает посла одного из соседних государств, а точнее терры Кром, населенной орками. Интересно, чем же вызвано такое собрание посланников? Неужели будет война?
— Да, дитя, — тихо прошептал мне на ухо Готти, — Вы, несомненно, правы. Действительно, мы стоим на пороге войны.
— С орками? — догадалась я.
— Верно, — все также шепотом ответил мне начальник тайной службы.
Затем начались переговоры с посланниками и обсуждения договоров о сотрудничестве. Соединённое государство наёмников, в лице их посланника, выказало желание объединиться с империей против кровожадных орков, но, разумеется, за солидное вознаграждение. Синойское ханство предпочло воздержаться от обещаний и вступления в войну, держа нейтралитет, как и оба государства эльфов. Единственное, что пообещали послы этих стран, не вмешиваться в течение войны и не оказывать военной или экономической помощи оркам.
Даже при таком раскладе, мне совершенно было ясно, что оркам придётся не сладко. Маги империи были одними из самых лучших на Рейе, да и военная мощь была неслыханной, а если еще прибудут отряды наёмников, то тогда у орков совсем не останется шансов.
К моему уху снова склонился советник и прошептал:
— Что, просчитываете наши шансы на победу?
— Прекратите лезть мне в голову, господин Готти, это сильно нервирует, — огрызнулась невольно я.
Он усмехнулся и снова прошептал:
— Это одна из моих обязанностей, прекрасная Никсаэлла.
Я окинула его раздражительным взглядом:
— А вот мне интересно, если вы так легко способны считывать меня, то где гарантия, что этого не сделают и другие? Вы же не хотите, чтобы секреты государства стали известны врагам и шпионам империи?
Он нахмурился и посмотрел на меня своим холодным проницательным взглядом.
— Возможно, вы правы. Думаю, нам стоит поставить вам ментальную защиту и блок от чужого вмешательства.
Я злорадно ухмыльнулась ему:
— Тогда, как же вы узнаете, что всё то, что я говорю, правда?
Он пристально посмотрел мне в глаза, и мурашки побежали по моей спине:
— Советую воздержаться от подобных мыслей, иначе наказание будет жестоким.
Я нервно сглотнула, стоявший в горле ком. А он уже с невозмутимой улыбкой добавил:
— Но думаю, вы достаточно разумны, чтобы понимать всю ответственность за подобные поступки. Поэтому, надеюсь, до этого не дойдет. И потом, всегда можно взять с вас магическую клятву.
Я побледнела от его слов. Вот кто дергал меня за язык? Зачем я вообще стала играть с этим человеком, ведь я уже поняла, насколько он был опасен. Недаром же он был начальником тайной службы императора.
А тем временем совет подходил к концу. Посланники расшаркивались в прощании. И спустя несколько минут зал совсем опустел.
Через некоторое время император вдруг с мрачным видом обратился ко мне:
— А теперь, расскажите нам, что вы думаете о войне? Что ожидает нас?
Я растерянно посмотрела сначала на него, потом переместила свой взгляд на его советника.
Вдруг картинки всплыли у меня в голове. Они сменялись одна другой, образуя непрерывный поток. И в этой нескончаемой веренице образов я увидела кровопролитную битву и сотни и тысячи погибших солдат. А еще я видела застывшее тело герцога Бертье с исказившимся лицом.
От всего увиденного волосы зашевелились у меня на голове. И меня осенило вдруг. Эта битва была сегодня, сейчас!
— Боги! — выдохнула я, — Они же все погибли, там, в пограничье с землями орков.
— Что? — ошеломленно воскликнули нестройным хором Готти и император.
Я растерянно захлопала своими глазами и потрясенно выдохнула:
— Той части вашей армии, что была под предводительством герцога Бертье, больше нет. Он вывел своё войско и лёгкую конницу на пограничные земли Кром, и напал на первое попавшееся поселение орков.
Глаза венценосца гневно сверкнули:
— Он осмелился выдвинуть войско без моего позволения? Без моего приказа? Наглец! — воскликнул император и сильно ударил кулаком по подлокотнику своего трона, — Я предам его трибуналу!
 
Я мрачно посмотрела на императора:
— Вы не сможете этого сделать, ваше императорское величество.
— Говори! — воскликнул Готти, — Говори, что ты увидела?
Я покачала головой.
— Их разбили орки. А ваш брат, герцог Бертье, он… — я замялась, сдавленно прокашлявшись, — Он погиб именно так, как я ему и предсказала.
— Как? — гневно сверкнул на меня глазами император.
— От проклятия «поцелуй смерти».
  
Глава 17
 
Глава 17
Дни сменяли друг друга, недели проплывали мимо меня. Время шло, а я привыкала к своей новой жизни придворной игрушки императора. Каждый день я сопровождала его и его советника на всех советах и переговорах, а по вечерам на приёмах и балах.
Высшая знать перестала относиться ко мне с явным неуважением. После того памятного эпизода с маркизом Клернон, никто более не пытался меня задеть, теперь общество выказывало по отношению ко мне нарочитое равнодушие. Такое положение дел меня вполне устраивало. Я не надеялась найти здесь себе друзей. Да и вообще, я уже давно привыкла к одиночеству. С дружбой у меня никогда особо не ладилось, даже в академии. Лишь Сандра относилась ко мне по-особенному, но что теперь об этом вспоминать…
Таких друзей мне больше не найти, тем более здесь, при дворе его императорского величества. Теперь, приняв свой дар, я могла видеть всех этих людей насквозь. Но мне определенно не хотелось лезть в их прошлое или будущее, насколько оно было отвратительно. Все их желания и поступки, так или иначе, были связаны с обретением власти и положения при дворе. Насколько они были беспринципные и развращенные. Находились и такие, которые грубой лестью или подарками пытались заслужить мое внимание и расположение, но у них явно ничего не получалось.
Постепенно я очерствела ко всему и ко всем вокруг. Мне было все равно. Какая, в сущности, была разница, кто и как ко мне относился? Я была неофициальной пленницей при дворе, оракулом на службе империи. И с течением дней я действительно стала относиться к своему существованию во дворце, как к службе, не более. Мне задавали вопросы, и если мне удавалось что-то увидеть, то я послушно отвечала. Дар мой, раскрывался все сильнее, меня уже не мучили головные боли и кошмары по ночам. Да и спала я крепко, без сновидений.
Иногда я вспоминала те видения с личем по имени Джулиан, и странное чувство овладевало мной. После того последнего видения, где я оказалась в городе мёртвых, я больше не видела его, я вообще больше не видела нежить. И теперь по прошествии этих нескольких недель, мне всё это казалось каким-то далёким фантастическим сном. А ещё иногда я вспоминала его слова и прикосновения, и то волнение и трепет, которые я испытывала в тот момент. Я стояла перед ним обнаженная, и всем своим существом ощущала на себе его страстный жадный взгляд. Мне никогда не забыть его слов: «Посмотри на меня, прекрасная Никсаэлла. Могущественный лич у твоих ног».
Я все чаще и чаще задумывалась, каким он был при жизни, этот лич? Была ли у него возлюбленная или невеста? А может быть у него была жена и дети?
Из раздумий меня вывел настойчивый голос Готти.
— Вы меня слышите, Никсаэлла? — раздражительно повысил голос советник императора.
— А? Что? — растерянно захлопала я своими ресницами, и поняла, что он уже несколько раз окликнул меня, а я стояла с потерянным видом в зале для малых приёмов в окружении придворных и слуг, — Простите, я отвлеклась.
— Опять вы в мире своих видений? Ладно, ничего страшно, на то вы и оракул, чтобы там пребывать, — пробубнил он себе под нос, а затем уже более звучным голосом продолжил, — Я хочу представить вам, нового посла, который будет сопровождать императора и вести дипломатическую миссию во время войны с орками. Рекомендую вам, Рамон Вуд, второй сын главы клана снежных волков и северной провинции союзного государства Тром.