Возлюбленная мертвеца (СИ)

  
Пролог
 
Никсаэлла
Как сквозь пелену тумана я вглядывалась в окружающий меня пейзаж. Я знала, что сплю. Откуда я знала это? Не знаю. Но понимала, что это сон. Но тогда почему же я так отчетливо всё ощущала? Или это одно из очередных моих видений?
Нет, это было явно ни то и не другое. Я ясно чувствовала сырость и густоту тумана, холодный ветер на моих голых ступнях и плечах, так как я стояла лишь в одной тонкой сорочке.
Вдруг дымка вокруг меня начала рассеиваться, и я увидела, что стояла на высоком холме, а чуть ниже меня располагалась небольшая долина. И вся эта долина была устлана мертвыми телами людей, эльфов, орков и других существ. Я ощутила невыносимое зловоние разлагающейся плоти, а высоко в небе кружили стаи стервятников, разрезая своими пронзительными криками эту зловещую тишину.
— О боги, — чуть слышно выдохнула я, и сама испугалась звука собственного голоса.
Это сон, это всего лишь сон. Я повторяла эти слова себе снова и снова и очень хотела проснуться, но не могла.
Затем вдруг все смолкло вокруг. И в этой щемящей душу тишине, из глубины тумана, появилось четверо всадников. Они были черны как ночь, их кони были закованы в черную латную броню, а в пустых глазницах их черепов сиял кроваво-красный свет.
Я словно окаменела, не могла пошевелиться. А в это время эти четверо всадников приближались все ближе и ближе ко мне, а я все также не могла сдвинуться с места.
Святые боги! Они же меня заметят. Мне было страшно до жути, так как я уже начала догадываться, кем они являлись.
Вдруг один из всадников спешился совсем рядом со мной, но, кажется, меня не заметил. Я, прилагая титанические усилия, подняла руку к своему лицу, и зажала рот, чтобы заглушить свои истерические вопли.
Он откинул капюшон своего плаща и мне предстал ужасный облик лича. Голый череп, темные впалые щеки, кровавый свет глаз, и совершенно голые костяшки пальцев, на которые были нанизаны драгоценные перстни.
Я чуть всхлипнула, продолжая зажимать свой рот ладонью. И вдруг лич повернул в мою сторону свою голову.
Кровь отлила от моего лица, а по телу мгновенно пробежала дрожь ужаса. Этот жуткий мертвец смотрел прямо в мои глаза, и в то же время как бы мимо меня, или даже сквозь.
Я подавила в себе очередной всхлип и притаилась.
К этому личу подошел другой, такой же отвратительный и жуткий. Он положил свою костлявую руку на плечо своему товарищу и проскрипел страшным загробным голосом:
— Что с тобой, Джулиан?
Первый лич, чуть качнул головой и передернул плечами, как бы стряхивая оцепенение.
— Так, показалось, — ответил он задумчиво.
— Время, брат, — проговорил второй лич, — Пора!
Первый лич, по имени Джулиан, вытянул руку вперед ладонью вниз, растопырил свои костлявые пальцы, и начала медленно поднимать её вверх. А дальше…
Дальше случилось нечто кошмарное, выворачивающее душу от всепоглощающего ужаса. Толпы мертвых начали подниматься. Нежить! Вокруг и повсюду была нежить!
— Ааа, — закричала я в испуге, когда вся эта мертвая топа начала приближаться ко мне, протягивая ко мне свои гниющие руки.
Первый лич дернулся и сделал пас рукой, и я вся словно замерцала. Я опустила на себя взгляд и удивилась увиденному. Все мое тело словно состояло из какой-то серебристой мерцающей дымки.
Лич жадно вперил в меня свой устрашающий взгляд.
— Здесь кто-то есть, — прошелестел он, пробирающим до мурашек, голосом, — Я чувствую что-то.
Он протянул к моему лицу свою костлявую руку и уже почти коснулся ей моей щеки. И…
Я сильно дернулась… и села в кровати. Вокруг меня была привычная обстановка моей комнаты в имперской академии магии.
— Нежить! — громко закричала я, вытирая слезы и пот со лба своими дрожащими руками, — О, боги! Повсюду нежить!
В комнату ворвались Мари и Элонаэль и ласково стали меня успокаивать.
— Никс, успокойся, — запричитала Элона, — Это всего лишь сон.
— Тебе просто приснился кошмар, — погладила меня по голове Мари, — Сейчас страх развеется, и все будет хорошо.
   
Глава 1
 
Весь день я ходила в задумчивости. С того момента как пропала моя подруга Сандра, эти кошмарные сны участились. Но сегодня все изменилось. Сейчас я помнила каждую деталь этого ночного кошмара. До сегодняшней ночи, я всегда забывала все то, что мне снилось. Да, я просыпалась в слезах и что-то бормотала, даже кричала. Девочки часто меня успокаивали. И каждый раз я забывала свои сны, как будто бы их и не было вовсе.
Но сегодня что-то изменилось. Я помнила всё, всё до мельчайших подробностей. Но особенно я помнила этого жуткого мертвеца с именем Джулиан. Он почти коснулся меня. И почему-то я была уверена, что это был не просто сон.
Постепенно тревоги ночного кошмара отпускали меня, заполняя тревогами насущного дня. Сандра пропала, и это очень сильно беспокоило нас с девочками. Никаких вестей мы не получали. Кураторы ходили сами на себя не похожие. Я не сомневалась, что Сандра жива, так как по мнению Себастьяна Нортона, это она призвала своё оружие, больше этого сделать бы никто не смог.
Я училась, пытаясь хоть немного обуздать свой дар видения и предвидения. По мнению моих учителей, я обладала невероятно сильным даром, но приручить его и заставить его работать по моему желанию у меня никак не получалось, как бы я ни билась.
В академии все уже давно прозвали меня «Чиканутая Никси», я не обижалась, мне было все равно.
Дома мне было не легче, моя семья не выносила внезапные приступы прорыва моего дара. В такие моменты я могла выдать совершенно невообразимые вещи, где угодно и кому угодно. Отец и мать регулярно впадали в бешенство. Сколько приемов и балов я испортила, скольких выгодных женихов отвадила своими неконтролируемыми предсказаниями. Родители мечтали поскорее выдать меня замуж с большой выгодой для них, но каждый претендент на мою руку буквально сверкал пятками, как узнавал о моем даре видения. Конечно, кому же захочется иметь в женах ту, которая в любой момент будет знать о тебе всё, все твои делишки и интрижки. Окончательно поняв, что выдать замуж меня не получится, родители приняли единственное выгодное для них решение определить меня в академию магических искусств, так как я уже становилась для них тяжелой обузой.
Была ли я расстроена таким решением моих родителей? Нет, ни сколько. С самого детства, наши отношения носили прохладный характер. А виной тому являлся опять-таки мой дар, который периодически прорывался наружу, пугая окружающих своими высказываниями. Сначала все думали и считали меня умалишенной, умственно отсталой. Но один заезжий маг, меня осмотрев, совершенно определенно заявил, что я являюсь одаренной, и дар мой был очень редким, предвидение.
Поступив в академию, я будто бы вырвалась их темницы. Я впервые почувствовала себя дома. Я начала жить полной жизнью без нотаций, одергиваний и упреков. Я была одаренная, и наконец-то я знала, для чего живу. Я училась и старалась работать над собой. Получалось у меня это не очень, но все-таки какие-то сдвиги были.
С друзьями у меня было тяжелее. Не каждому было приятно слышать грубую правду из моих уст. Но разве я была виновата, что в самый неподходящий момент, из меня просто фонтаном прорывались какие-то правдивые и обидные фразы. Это все мой неконтролируемый дар. Иногда я даже кому-то что-то предсказывала, но тут же забывала об этом. Подруги закатывали глаза, кто-то сильно обижался и долго потом со мной не разговаривал, кто-то ругался и кричал в ответ, находились даже такие, которые хотели побить.
Постепенно окружающие привыкали ко мне такой неправильной и странной. Но никто не хотел со мной дружить. Было обидно.
Также никто не хотел жить со мной в одной комнате. Каждую девушку, которую ко мне подселяли, хватало дня на два — три. Затем она со слезами убегала прочь к коменданту с просьбой о переселении. Так продолжалось два года. За это время я более менее смогла подружиться лишь со своими соседками из соседней комнаты, эльфийкой Элонаэль и зельеваром Мари.