Продираясь сквозь тернии (СИ)
Уралас и Варлен, не имея возможности отовариться на внутренних рынках, в огромных объемах закупают их продукцию и направляют ее кордам в качестве продовольственной помощи. Деньги текут в казну тардинцев рекой. Осознание этого факта заставляло ежедневно скрежетать Ольга зубами от бессильной злости.
Вдобавок к этому Клионент забросил свои дорогостоящие пиры, еще до прошлого года ввергавшие финансы всего королевства в плачевное состояние, и пристрастился к новому развлечению — два раза в декаду он посещает ночной клуб «Аристо». Там он тоже оставляет значительные средства, но по сравнению с прежними тратами то были сущие крохи, незаметные для казны.
Прежние пирушки обходились в тридцать тысяч золотых каждая, и устраивались с регулярностью раз в декаду, то теперь за тот же период король тратил всего на всего тысячу золотых. И это вместе со свитой! А ведь раньше еще были сезонные королевские балы, стоимостью в триста тысяч золотых. Естественно, каждый. Два последних король отменил, а осенний собрался провести в «Аристо»… С соответствующий ценой, составлявшей одну двадцатую от прежней.
К сожалению Ольга, сэкономленные средства советники Клионента решили потратить разумно, направив их на организацию сети телепортов, о которой даже Варлен пока не может мечтать, и на ряд других нужных проектов. Они как сговорились, оставив прежние склоки…
— Почтенный, — тихо напомнил о себе Первый шаман. — Куда мы направим тардинцев? Может, в самое гиблое место? К болотной гряде, например.
Ольг отрицательно качнул головой.
— Нет. В этом случае их смерть не принесет должного результата. Представители Варлена и Ураласа должны видеть, что за помощь прислали нам тардинцы. Их отряд должен в полной мере продемонстрировать свою непригодность.
На лице Охримена мелькнуло непонимание.
— Беречь тардинцев, в то время как гибнут достойнейшие из кордов? В районе болотной гряды вчера полегла сотня Оги-Оюба. Вместе с ней пять шаманов и три боевых мага Варлена.
В другое время Ольг прикрикнул бы на Первого шамана за то, что тот подверг сомнению его слова. Однако сейчас он терпеливо пояснил:
— Так надо, Охримен. Если тардинцы погибнут у болотной гряды, то ни у кого это не вызовет удивления. А вот если они сгинут в месте, где другие легко держат оборону, то у господ из Варлена и Ураласа появятся вопросы. Потом я подтолкну их к правильным мыслям касательно того, почему тардинцы создают лишь видимость помощи.
— Думаете, что у Тардинского королевства начнутся проблемы? — усомнился Охримен.
— Если все правильно преподнесем, то да. Варлен и Уралас, а затем и все остальные королевства, будут всячески выдавливать со своих территорий торговые дома тардинцев. Не дадут им зарабатывать на нашем несчастье, закупая в огромных количествах продукцию их заводов. К сожалению, это не касается аудио и видео кристаллов. Всех этих песенок, фильмов. Их сбыт продолжит обогащать наших врагов. Но над этим мы будем думать позже.
— Так куда нам отправить тардинцев?
— Поставь их у Орлиных дюн. Там нежить нападает слабо. Обеспечь присутствие по флангам наших вспомогательных отрядов. Из тех, к кому приставлены обессилившие маги Варлена и Ураласа. Они и будут наблюдать за представлением, которое обеспечат тардинцы.
— А если они выдержат давление нежити?
— Тогда духи помогут мне сделать так, чтобы оно стало сильнее. Ровно настолько, чтобы они побежали.
Королевство кордов
Ударный экспедиционный отряд
— Проклятье! Всемогущий Валес, за какие грехи мне подсунули эту клячу? — молодой паренек со стоном слез с тощей лошади и буквально рухнул на траву.
Оксилен усмехнулся и толкнул Орлика.
— А ты говорил, что он продержится. Проспорил. Подставляй лоб!
Орлик поспешно отпрянул.
— Ты притормози коней! Мы говорили про вечер! Сейчас он передохнет и… — бывший шаман споткнулся, пытаясь подобрать слова.
— И даже не залезет на свою клячу, — весело оскалился Оксилен. — Не питай излишних надежд, Орлик. Подставляй лоб.
— Вечером. Не ранее, — насупился Орлик, с недовольством глядя на паренька, продолжавшего лежать на траве и издавать стоны. — Честно говоря, не ожидал, что он окажется НАСТОЛЬКО хлипким. На что он рассчитывал, записываясь в отряд?
— Ему повезло, что для нашей заброски тардинцы использовали телепорт и магов-воздушников. Считай, почти три тысячи верст за полдня.
— Если бы нам пришлось пройти это расстояние верхом, он бы умер, не покинув пределов Центральной провинции королевства, — Орлик глазами показал на дородную тетку, с кряхтением выбиравшуюся из миниатюрной брички, которой управлял молодой белый маг, наряженный в свободную мантию соответствующего цвета. — Мог бы как госпожа де Лангир и ее сынок поехать на собственной бричке.
Оксилен усмехнулся, вспомнив тот цирк, что творился с обсуждаемыми лицами вчерашним днем, когда они пытались протащить с собой средних размеров повозку, оборудованную для нужд почтенной матроны. Маги у портала пропустили их без вопросов, но вот следующие, воздушники, воспротивились, категорически отказавшись отправлять лишние килограммы. Им хватило пяти доверху груженых обозных телег, к которым шел довесок в виде ста двадцати человек и соответствующего числа коней. Огромная масса, которую воздушники, объединившись в круг, удаленным заклинанием забросили на большое расстояние. Вполне естественно, что они смертным боем бились за облегчение веса, стараясь убрать все лишнее.
К их сожалению, в отношении матери и сына де Лонгир совсем избавиться от повозок не вышло. Со скандалами и истериками, устроенными почтенной дамой, их объемный фургон был заменен на маленькую бричку, в которую, как громко орала уважаемая де Лонгир, ей предстояло не садиться, а тупо надевать ее на задницу.
— Боюсь предположить, что будет, если сия колесница развалиться, — с задумчивым видом потер подбородок Оксилен. — Как тогда она будет передвигаться в бою и наводить ужас на личей и костяных драконов?
К несчастью новоявленного вампира, де Лонгир находилась достаточно близко, чтобы расслышать его слова.
— А ты за меня не переживай, заморыш! — ее стосорокакилограммовое тело колыхнулось и развернулось к Оксилену. — Ты со своим тощим дружком меня на руках носить будешь! И следить за тем, чтобы ни одна тварь не дотянулась до моей нежной кожи! Понял?
Опешивший Оксилен на шаг отступил. Орлик предпочел отойти от него в сторону. На случай, если уважаемая дама решит продолжать выяснять отношения в рукопашной и пойдет на таран.
— Мам, к нам Гарет идет, — пискнул ее сынок, топтавшийся с ноги на ногу в нескольких шагах от любимой маменьки.
Де Лонгир еще раз смерила Оксилена презрительным взглядом маленьких свиных глаз и прошипела:
— Тебе повезло, заморыш! В следующий раз думай, прежде чем свой вонючий хавальник разевать, — сделав пару шагов, рявкнула через плечо. — Тео, ты чего встал??? Пойдем! Поможешь любимой матери расположиться на травке…
— Да, мам! Да, да, иду, — подскочив на месте, молодой человек поспешил следом.
— Будь она неладна, эта степь. Даже пеньков нет, чтобы сесть. Никаких удобств для несчастной женщины, — донеслось до ушей вампиров ворчание госпожи де Лонгир.
Оксилен хмыкнул и повернулся к другу.
— Да, уж. Не повезло парню с мамашей. Больше напоминает наглую базарную хабалку, чем аристократку. Пусть и низшую.
— Угу, — откликнулся Орлик. — Даю зуб, что она диктует ему, когда и на сколько поссать отлучиться. Про остальное молчу, — потянув носов воздух, вампир окинул глазами окружавшую их бескрайнюю степь и блаженно улыбнулся. — Оксилен, а ведь отсюда недалеко до Дарасунского стойбища. Помнишь, мы там в детстве Гарму гоняли?
При этих словах Оксилен почувствовал прилив хорошего настроения. Родные места! Как же приятно сюда вернуться.
— Один раз да, гоняли, — припомнил он. — Во все остальные дни он гонял нас. Вместе со своими дружками.
— Где он сейчас? Надеюсь жив.