Продираясь сквозь тернии (СИ)

Я об этом костоправе немало слышал от Хромого. Вроде, хороший мужик. Имел частную практику в Яле. Лечил от различных болячек и травм обычных горожан, которым услуги целителей были не по карману. Парни Хромого обращались к нему пару раз.
— Заходили мы с той стороны, — ткнул я пальцем в сторону столовой. — С наиболее удаленной от тюрьмы. Если есть ворота и там, — переместил я перст на направлении домика лекаря, — то не придется огибать расположение легиона. Это сильно сократит путь.
— Пойдем, посмотрим, — Содер двинулся по дорожке, проходившей мимо домика лекаря и скрывавшейся за деревьями.
— Далеко ходить не надо. Сейчас спросим, — обрадовался я, увидев молодого паренька в одеянии рядового бойца Первого легиона. Он появился метрах в пятнадцати перед нами, вывернув с прилегающей тропы, которую мы не видели из-за густых стриженных кустарников. Пару мгновений полюбовавшись на его красивую форму, я возвысил голос. — Эй! Уважаемый! Притормози на секундочку! Вопросик есть.
Уважаемый притормозил. Видимо, он понял меня слишком буквально, поскольку всего на секунду. Повернулся и… Продолжил движение, значительно ускорив шаг!
— Эй! Ты куда? Тормозни, говорю! — я тоже ускорил шаг.
За спиной послышались поспешные шаги Содера.
— Он испугался, — пропыхтел американец. — Говорил же тебе, у тебя рожа страшная. Для Синей ямы ничего, но остальные люди боятся. Дай я его позову. Я у людей больше доверия вызываю. Господин… как тебя там… О, вспомнил. Легионер! Приношу свои глубочайшие извинения за назойливость! Как сказал мой друг, у нас к вам один маленький вопрос! Прошу остановиться!
К неудовольствию Содера паренек не прислушался и к нему. Эффект был, но обратный — парень почти перешел на бег.
— Вызываешь доверие, говоришь? — злорадно улыбнулся я. — Ну-ну! Продолжай вызывать, вызыватель. Эй, уважаемый! Я же сейчас догоню! Стой, кому говорю!
Молодой легионер перешел на галоп. Мы за ним. Легионер на ходу обернулся, увидел, что мы его догоняем, и завизжал во весь голос:
— Помогите-е-е-е!!! Спасите-е-е-е!!!
Что он творит? Совсем чердак поехал? Я собирался задать эти вопросы вслух, но в этот момент мы выскочили из-под сени деревьев на открытую площадку, на дальней стороне которой находились ворота и будка с дежурными легионерами.
Последние стояли с обнаженным оружием в руках и с удивлением смотрели на своего товарища, несущегося к ним со всех ног. Затем они заприметили нас с Содером и подняли клинки.
— Я же говорил, что тут ворота есть! — обрадовался Содер, переходя на шаг. Он не обратил внимания на четверых военных, внимательно слушавших своего молодого товарища и при этом не сводивших с нас глаз. — Теперь нужно только извозчика поймать.
Я придержал его за руку, вынуждая полностью остановиться.
— Ты чего? — во взгляде Содера мелькнуло недоумение.
— К нам вопросы, — пояснил я, кивая на легионеров.
Те с суровыми рожами покачивали клинками, терпеливо ожидая, пока мы не приблизимся. Явно хотели с нами пообщаться поплотнее. Я даже на мгновение пожалел, что мы с помощью специальных амулетов, купленных с разрешения ректора в Гильдии магов, изменили свои личины. Но потом вспомнил, как нам в последнее время стало сложно ходить по улицам, и все сожаления сразу испарились. Пусть лучше нас не узнают, чем тыкают пальцами и подходят знакомиться. Ладно бы такие случаи были единичными, так нет же. Их было множество!
— Можно показать им наши документы, — предложил Содер, — но их проверка займет кучу времени.
— Столько же, сколько и на пункте пропуска с той стороны. Когда мы заходили на территорию, — согласился я.
— Тогда поступим проще.
Прежде чем я успел что-то сказать, Содер наградил каждого легионера проклятием, приводившего к мгновенному расстройству живота. Особое мое восхищение вызвало то, как он обошел довольно сильные защитные амулеты, которые имелись у бойцов. Ни один магический предмет даже не пискнул, банально не почувствовав угрозы своему хозяину.
Легионеры побледнели, схватились за животы и не сговариваясь рванули в недра дежурной будки.
 
— Ты крут, — похвалил я Содера, спеша следом за ним проскочить через ворота. — Как думаешь, у них там пять туалетов или один?
— Конечно, один!
— М-да? Черт! Тогда пусть победит сильнейший… Удачи, парни!
За оградой мы обнаружили сравнительно узкую улочку, с одной стороны которой располагалась территория Первого легиона, а с другой шел частный сектор. Судя по домам, жили там небогатые люди. Из тех, кто пользоваться услугами извозчиков на постоянной основе не будет. По этой причине двухместная открытая бричка, катившаяся в нашу сторону, могла быть смело провозглашенной подарком судьбы.
Присутствовал, конечно, один неприятный нюанс — она следовала в противоположную нужной нам сторону. Почти сразу же обнаружился второй нюанс. И тоже с отрицательным знаком — бричка оказалась занята молодой парой, распивавшей за спиной извозчика бутылку недорогого вина. Причем пили они прямо из горла.
Однако нам в нашем положении было не до нюансов. Мы решительно перегородили дорогу и вынудили извозчика остановиться.
— В чем дело? — привстал со своего места молодой человек, сидевший на месте пассажира.
Щуплый, с большой головой на тонкой шее, с прилизанной шевелюрой и по-пижонски одетый в длиннополый пиджак — грубую подделку изделия Аткусона, он в другое время наверняка бы вызвал у меня улыбку.
— Мне нужна твоя одежда, — я в один прыжок очутился на единственной ступеньке, помогавшей пассажиру взобраться с земли в нутро брички.
С другой стороны встал Содер. Вдвоем мы перегородили оба входных проема.
— Что? — опешил парень.
Ну, как парень… При ближайшем рассмотрении он оказался гораздо старше, чем я дал ему первоначально. Лет тридцать, не меньше. Симпатичной даме рядом с ним было примерно столько же.
— Он шутит, — ответил за меня Содер. — Нам нужен этот экипаж. Любезный, — обратился он к вознице, — плачу два золотых, если в кратчайший срок домчишь нас до центральной тюрьмы.
Возница крякнул и без лишних вопросов начал разворачивать коня. Учитывая ширину дороги, удачный разворот будет сродни маленькому подвигу.
— Но позвольте, я оплатил сию карету и намерен дальше ехать в ней дальше! — возмущенно вздернув нос, тонко пискнул мужик. Горделиво приосанившись, он положил руку на плечо спутницы. — Вместе с моей любимой Таницией.
— За переуступку этой, как вы говорите, кареты, вы тоже получите деньги. Золотой устроит? — попробовал договориться Содер.
Это что же выходит? Поездка до тюрьмы нам встанет в три золотых??? С такими темпами он нас по миру пустит! Сейчас ему об этом сказать или чуть позже? А вообще, интересно получается. В нашем тандеме роль счетовода-скупердяя обычно брал на себя Содер, а я отыгрывал транжиру и мота. Поэтому этот аттракцион невиданной щедрости с его стороны стал для меня полной неожиданностью.
— Деньги меня не интересуют, — без раздумий вякнул гражданин, вызвав у меня чувство облегчения. — Прошу освободить карету, чтобы мы могли продолжить путь!
К концу его речи извозчик завершил маневр и обернулся к нам.
— Деньги вперед, — твердо заявил он, жадно глядя на нас из-под кустистых бровей.
— Конечно, конечно. Гарет, выдай.
— Что? Я?
— Я кошелек дома оставил, — пояснил Содер.
Я сунул руку в специальный кармашек, извлек из него две монеты и передал извозчику. Тот моментально спрятал их и взмахнул кнутом:
— Тпру-у-уу!!! А ну, пошла-а-а!!!
— Эй, мы так не договаривались! — попробовал возразить его прежний наниматель. — Ты должен был катать нас по западным пригородам!
— Я не отказываюсь, — откликнулся извозчик. — Только сперва заскочим в тюрьму, а потом возвернемся.
Я взобрался внутрь брички. Мест на сиденье не было — его продолжали занимать первые пассажиры. Пришлось присесть на корточки в проходе. Рядом расположился Содер.
— Может, с ними так же, как с теми легионерами? — шепнул я другу. — Они сбегут, а мы поедем, как белые люди.