Продираясь сквозь тернии (СИ)
— Но он однозначно заслуживал упоминания, — возразил Пелен. — В отличие от того же несчастного клуба, владельцами которого числятся два студиоза и несколько преступников.
— На открытии этого «несчастного» клуба будет сам король, — не согласился со словами собеседника Айзек. Если точнее, Айзек Флипп Грангарий, первый заместитель Главы Тайной канцелярии. А его спутник, Пелен де Мюррей, был его непосредственным начальником. — В «Аристо» скоро начнет бурлить яркая ночная жизнь, которую днем будут обсуждать во всех салонах. Уверен, клуб окажет сильное влияние на жизнь многих аристократов.
— Некоторые из них ради посещения другого подобного заведения, «Инферно», даже в Гардаград чуть ли не каждые выходные посещают, — неодобрительно проворчал Пелен. — Впустую потраченное время.
— Жизнь меняется. Ценности, когда-то казавшиеся незыблемыми, уходят, уступая место другим. Однако «Аристо» в сравнении с киностудией лишь цветочки.
— Полагаешь?
— Несомненно. Тут я сужу по музыкальным видео или аудиоклипам. Заметь, с некоторых пор без них ничего не работает. Из каждой лавки доносятся песенки. В каждой таверне гоняют видео. Дошло до того, что даже у своего цирюльника я слушал песенки Плевакуса. Представь, какой эффект вызовет кино?
Пелен задумался. Не видящим взглядом он смотрел куда-то вдаль. Лишь спустя минуту он нарушил затянувшееся молчание.
— А ведь ты прав, Айзек. Представляешь, у меня за последние несколько декад возникло несколько презабавнейших случаев.
Айзек с интересом уставился на начальника.
— На меня целенаправленно вышли несколько девиц лет двадцати — двадцати пяти от роду. Из не самых последних родов! Две из них замужние. И знаешь, о чем они меня попросили?
— Хм?
— Попросили помочь им стать певицами! Чтобы видеоклипы с их участием сняли. Взамен готовы были стать моими любовницами.
— Что? Вам?
— Мне. Или ты думаешь, я настолько стар, что мне нельзя делать такие предложения? — искренне улыбнулся Пелен.
— Нисколько, — вернул улыбку Айзек. — Просто мне кажется более логичным с их стороны обратиться к тем, кто эти клипы выпускает.
— Они попробовали, но у них ничего не вышло.
Айзек потер висок, соображая, что могло остановить столь настойчивых девушек. Как есть, уткнулись в Плевакуса и Смэлла, попробовали их обольстить и обломали зубки. Потому что оба студиоза, привыкшие к более простым и прагматичным отношениям с красавицами-танцовщицами, скорее всего даже не поняли, что их пытаются аккуратно обольстить…
— Теперь остается только гадать, как меня будут доставать после появления продукции киностудии Варгасов, — завершил свою мысль де Мюррей.
Айзек усмехнулся.
— Уже сейчас могу утверждать, что там будет самый настоящий смертоносный улей. Множество влиятельных дяденек будут проталкивать подопечных актрисулек. Как я понял, ты не планируешь примкнуть к их числу?
Пелен рассмеялся.
— Нет, не планирую. Мне на, как ты выразился, актрисулек банально не хватает времени, — внезапно Глава Тайной канцелярии перестал улыбаться и приобрел чрезвычайно серьезный вид. — Но сама киностудия, как актив, сейчас мне начинает казаться вполне привлекательной. Как думаешь, Варгас и его компаньоны позволят войти в соучредители?
— Не думаю. Бьюсь об заклад, они изучили рынок, оценили потенциальные прибыли, и каждый планирует хорошо заработать.
— Мда… — поскучнел Пелен. — Печально. Может, все-таки подумаешь? Ты в этом мастер. Естественно, часть долей пойдет лично тебе.
— Часть долей? — лоб Айзека пересекли продольные складки.
— Скажем, треть.
Айзек прикрыл глаза. Насколько он успел изучить вопрос, новая компания обещала быть ОЧЕНЬ прибыльной. Если удастся войти в соучредители даже малой долей, за обеспеченную старость можно будет не волноваться. Попробовать? Почему бы и нет!
— Есть один вариант.
— Нужен такой, который не подразумевает ссоры с Варгасами, Ларангами и прочими, — предупредил своего заместителя Пелен.
— Если сделать все аккуратно, никаких недоразумений не будет, — успокоил его Айзек.
— Что за вариант?
— В компании «Варгас фильмс» есть два соучредителя, владеющие неплохими долями. Баронеты из Вольных баронств. Вы их прекрасно знаете. Гарет Плевакус и Содер Смэлл.
— Те самые певцы, которые владеют клубом, — кивнул Пелен. — И которые летом отправятся с отрядом смертников в земли кордов. Им выделили доли? Ты в этом уверен?
— Совершенно. Лично смотрел все учредительные бумаги, которые стряпчие Варгаса подавали на регистрацию.
— Любопытно. И каково твое предложение?
— Попытаться осторожно на них надавить и убедить продать нам их доли.
— Убедить? Скорее спросить, зачем им эти доли, если они не вернуться из летнего путешествия. Может, предложить им обмен на магические предметы? Амулеты всякие, артефакты. Их в загашниках нашего ведомства полно. В землях кордов помогут.
— Боюсь, так они не согласятся. Придется осторожно надавить…
Глава 6
Гарет
— Как можно так поступать, а потом сидеть и молчать со спокойной рожей? — я остановился перед Содером, со сосредоточенным видом пытавшегося читать учебник по ОТМ. — Аж бесит! Ты Иуда!
Содер вздохнул и поднял глаза, взглянув на меня поверх книги с легкой обреченностью.
— А что я мог сделать?
Я поперхнулся от возмущения.
— Что мог сделать? Прикалываешься? Почему ты утром меня не поддержал?
— Если нас не включили в команду, это еще не значит, что можно как детям топать ногами, брызгать в окружающих слюной и слезами.
Я на мгновение замер. Потом подхватил стул и сел напротив Содера.
— Что-то сейчас я не понял твоего посыла, — вкрадчиво сказал я, с трудом сдерживая подступающее к горлу бешенство.
Этот негодяй не поддержал меня, когда я сегодня с утра на построении вышел из строя и громко возмутился. Прямо спросил ректора, почему нас, лучших учащихся среди этого бесталанного стада, не включили в сборную на Весенние соревнования? Конечно, я не прямо назвал всех бесталанными, но четко обозначил, что мы считаем себя лучшими.
Ректор начал втирать про необходимость продолжения интенсивной подготовки в стенах Академии, поскольку нам предстояло скоро идти в королевство кордов. Заявил, что в нашем случае считает Весенние соревнования помехой, хотя на самом деле был бы рад…
И тут вылезла эта белобрысая образина, промямлив за моей спиной, что я нагнетаю. Что господину ректору виднее! Естественно, де Ларанг воодушевился расколом в наших рядах. Похвалил америкоса за разумную позицию, а меня отчитал за излишнее тщеславие. Потом отправил в строй.
Ладно бы у меня только тщеславие пострадало. Мне на него плевать. Тут дело было в другом — на Весенних соревнованиях, проходивших в этом году в Ураласе, мы собирались встретиться в Самантой и компанией. В последние декады им что-то ударило в головы, и девчонки всерьез начали вести разговоры о том, чтобы составить нам компанию в предстоящей экспедиции.
Первой мыслью было сдать их родителям, но подруги сразу заявили, что смертельно обидятся и перестанут доверять. В принципе, на это тоже плевать. Скажем и глазом не моргнем. Наших извинений на всех хватит. Главное, чтобы они были в безопасности.
Однако перед этим мы решили попытаться их переубедить при личной встрече, которая виделась нам как раз на этих треклятых Весенних соревнованиях. Помню, вместе с Содером переживали, что кого-то из них не включат в состав команды, но обошлось. Всех включили. И тут грянул гром — мы сами не попали в состав!
— На самом деле у меня появилась интересная мысль, — вздохнув, начал Содер.
— Мысль? В твоей голове? Кто пустил? — гаркнул я, покрутив головой по сторонам.
— Так тебе интересно, почему я утром не поддержал твою истерику?
— Постой-ка! Ты хочешь сказать, что еще с утра чем-то руководствовался, а потом весь день героически молчал, держа свои мотивы втайне от меня! Не было мысли все обсудить еще утром, после построения? А еще лучше до! Чтобы я весь день не подскакивал и не мотал себе нервы!