Продираясь сквозь тернии (СИ)

— Это Боргильда, — он на мгновение прикрыл глаза. — Все отбиваем?
— Да, — скрепя сердце, согласилась Эдамия.
Молодой аристократ активировал разговорник.
— Привет, Боргильда. Только хотел сделать тебе вызов.
— Что такое? — в голосе де Мюррей послышалась настороженность.
— Мы не раздобыли их личных вещей.
Последовало несколько тягостных секунд молчания.
— То есть, ты хочешь все отменить?
— Нам нечем их зацепить, — Адосий сжал кулаки с такой силой, что ногти больно вонзились в кожу. — Нет ничего такого, что можно было растоптать или разбить, и они вынуждены были бы реагировать, чтобы не упасть в глазах студиозов.
— Много народу собралось? — спросила Боргильда.
— Много, — с тяжким вздохом откликнулась Эдамия. — Это фиаско…
— Хуже другое. Они уже идут к вам. Мы двигаемся за ними и скоро будем в Водном холле.
— Демоны, — процедил Адосий.
— Постойте, не расстраивайтесь, — голос Боргильды излучал воодушевление. Адосий и Эдамия непроизвольно вытянули шеи, приготовившись ловить каждое ее слово. — Слушайте внимательно. У Гарета в руках мантия.
— Мантия? — удивился Адосий.
— Он что, на занятия запасную берет? Зачем? — вторила ему подруга.
— Откуда я могу это знать? И какая разница? Главное, у него в одной руке мантия, а в другой колба с чем-то темным. Видимо, результаты лабораторной работы.
— В ней не может быть чего-то опасного? — сразу уточнила Эдамия.
— Кто второму курсу доверит что-то опасное? — фыркнула Боргильда.
— Это да, — согласился Адосий.
Его настроение от всего услышанного значительно поднялось. В голове уже крутился план дальнейших действий.
— Вам нужно только отнять мантию и колбу, и… — Боргильда сделала многозначительную паузу.
— Я уже все понял, — потер руки Адосий. — Спасибо, Боргильда!
— Действуйте, а мы посмотрим, — бросила де Мюррей и оборвала связь.
Адосий жестом подозвал нанятых студиозов и поспешно объяснил им, что от них требуется. Убедившись, что те поняли задачу, отправил их к третьему входу, который вел к библиотеке. Скоро, очень скоро тут будет весело!
Увидев столь активные телодвижения, собравшиеся в холле студиозы притихли. Все затаив дыхание смотрели на третий вход, с которого не спускали глаза Адосий и Эдамия.
Наступила тишина, нарушаемая лишь смягченными магией звуками подающей воды в многочисленных фонтанах и водопадах холла. Испытываемое Адосием и Эдамией неровное напряжение стремительно нарастало, и в тот миг, когда из третьего входа вынырнули две фигуры, им обоим начало казаться, что их часто бьющиеся сердца вот-вот вырвутся из оков грудных клеток.
— Хватайте! — крикнул Адосий, но от волнения из его горла вырвался только жалкий хрип.
Однако и без его неудавшейся подсказки посланные им студиозы не сплоховали. Они вмиг вырвали из рук Гарета темную мантию и колбу, а Содера лишили пузырька с малиновой жидкостью, который тот нес едва ли не на вытянутых руках.
— Эй! Вы чего? — ринулся вперед Гарет, но на его пути встала та троица, что до этого держала Тиция.
Тиций, увидев, что его больше никто не опекает, тихо попятился и быстро слился с толпой.
— Отдайте, — потребовал Содер.
Отнявшие их ношу студиозы поспешно вручили ее Адосию и Эдамии. Адосий смерил недругов торжествующим взглядом. Несмотря на все преграды все сложилось как нельзя лучше. Осталось сделать заключительный аккорд, после которого у баронетов не останется иного выхода, кроме вызова на поединок. Если они, конечно, хотят сохранить честь и достоинство.
— Ну, что, певцы? Что-нибудь споете, пока мы с Эдамией вытираем туфли об эту тряпку?
Гарет
Высокородный подонок уставился на нас в ожидании ответа. Эдамия с милой улыбкой покрутила головой по сторонам, упиваясь вниманием толпы студиозов. Все они молчали, жадно наблюдая за разворачивающимся действом.
Почему их так много? Я вспомнил про Боргильду, приманившую нас наживкой в лице Тиция. Теперь стало очевидно, что это была заранее спланированная ловушка, в которую мы благополучно угодили. Но что они добиваются? Хотят драку? Сомнительно, потому что за это строго накажут всех ее участников. Вплоть до отчисления.
 
— Отдай мантию, иначе… — угрожающе сказал Содер.
— Иначе что? — склонил голову на бок Адосий.
— Иначе я снова использую твой нос по назначению! — подключился я к разговору, напомнив про наше знакомство. — Только уже более креативно.
Адосий покраснел и тихо зарычал.
— Это как? — стрельнув на друга глазами, поинтересовалась Эдамия.
— Я привяжу его волосы в носу к своим волосам на заднице и буду бегать! Покажу лучшую стометровку в своей жизни! — глаза собравшихся расширились. Студиозы силились представить описываемую мной картину. — Как думаешь, три круга по периметру Академии будет достаточно?
Грянувший смех заглушил ответный злобный выкрик Адосия. Эдамия вся покраснела, с огромным трудом сдерживая улыбку.
— Стой! — рванули мы вперед, видя, как мантия архимага полетела на пол.
На нашем пути встали здоровые студиозы-старшекурсники, вынудив остановиться.
— Адосий, не делай ошибку! — крикнул я.
Главное, чтобы этот дурак ничего не сделал с мантией такого, после чего мы не сможем ее восстановить.
— Пошел ты! — Адосий встал на мантию и вытер о нее ноги. — Что? Неприятно?
— Отдай мантию! — рванул вперед Содер, но его грубо отпихнули здоровяки. — Ты не понимаешь, что творишь!
Адосий рассмеялся.
— Ты не волнуйся. Он ее постирает и будет носить. Эдамия, не желаешь протереть свои туфли этой темной тряпкой? Пока она чистая.
— Желаю, — ослепительно улыбнулась девушка и встала на мантию рядом с Адосием.
Они совместно демонстративно вытерли о нее ноги, но этого им показалось мало. Они, громко смеясь, вылили на нее содержимое колбы. Все это время мы с Содером пытались взывать к их разуму, открыв, что мантия не принадлежит нам, но они нас не слушали. Веселились.
— Прощайте результаты лабораторной работы! — Эдамия опорожнила на злосчастную мантию пузырек с меркхом. По залу тут же пошла тошнотворная вонь. — Фу-у-у!!! Что это???
Ответить ей никто не успел — за моей спиной раздался узнаваемый голос:
— Что тут происходит?
Ректор! Развернувшись, я увидел господина ректора, появившегося в холле в компании Марка. При виде его все студиозы затаили дыхание. Эдамия и Адосий замерли, поочередно глядя то на нас, то на руководителя Академии, облаченного в белые простыни наподобие римского патриция.
— Мы тут общаемся с новичками из Гардаграда, — первым сориентировался Адосий, кинув на нас с Содером предостерегающий взгляд. — Принимаем в дружный коллектив нашей Академии.
Ректор повел рукой, и вода в фонтанах и водопадах остановила свой бег. Установилась гробовая тишина.
— Принимаете в коллектив? — де Ларанг нахмурился. — То есть, эдакое посвящение в студиозы?
— Да, господин ректор! — положительно помотала головой Эдамия. — Вы сказали более точно.
— Хм… Занятно, занятно. Вижу, ритуал отличается от того, что применяется уже столетиями, — в глазах ректора мелькнули озорные искры. — Только с чего вдруг провести его решили сейчас, по прошествии зимнего сезона, а не сразу по прибытию Плевакуса и Смэлла?
— Так вышло, — театрально вздохнула Эдамия.
Во дают! Выдать наезд за ритуал посвящения в студиозы! А ничего, что мы его в Гардаграде прошли? Неужели ректор поверил этим лживым мажорам и не видит, что нас банально прессуют?
— А вам как? Все в порядке? — решил осведомиться ректор у нас.
— Все нормально, господин ректор, — взъерошил волосы Содер. — Только смущают некоторые нюансы.
В глазах Адосия и Эдамии появилась откровенная угроза. Не хотят герои, чтобы руководство Академии знало правду.
— Какие? — насторожился ректор.
Я дал знак Содеру помолчать и подошел к мажорам, чувствуя на себе множество взглядов.
— Для одних сущие пустяки, а для других… Для других эти нюансы важны, — громко заявил я. — Уважаемые Адосий и Эдамия, не соизволите ли вы сойти с мантии?