Осман. Его маленькая слабость (СИ)

— Оно наступит уже скоро, родная моя. А пока, давай-ка ложись, тебе нужно отдохнуть.
Да, Осман прав, утра вечера мудренее. И сегодня я не хочу ни о чем думать, кроме как о тепле его рук.
* * *
На следующий день я просыпаюсь позже всех, чего со мной не случалось давно. Оказывается, малышку забрал Осман, и они все утро прогуливались в саду. Людмила Захаровна приехала и решила меня не будить, Артем поехал в школу.
— А вот и мама проснулась, — Осман с Кариной входят в мою комнату как раз в тот момент, когда я сладко потягиваюсь в постели.
— Да, проснулась и уже хочет съесть одну сладкую булочку, — тяну руки к своей малышке, но та не хочет отрываться от папы.
 
— Вот ведь… папина дочка, — шутливо дуюсь на маленькую проказницу.
Осман целует ее в пухлую щечку. Эти двое так спелись, что их теперь не оторвать. Я такими темпами ревновать начну их друг к другу.
— Сегодня Ваську встречаем.
— Да, пойду собираться.
— Не спеши, я все организовал — заказал кейтеринг, доставку цветов. Не каждый день возвращается в строй такой отважный боец, как Василиса.
— Да, это точно. И… Осман, не нужно было так тратиться, — все-таки, сказывается то, что я привыкла к другим условиям жизни, нежели Махдаев. Пока не могу привыкнуть к таким большим тратам. Организация стола, цветы — это все довольно не дешевое удовольствие.
— Больше не говори таких слов, Огонек, — улыбается он и гладит мою щеку. — И вообще, финансовые вопросы буду решать я.
— Но я не хочу сидеть дома. Я тоже хочу работать, развиваться…
— Поль, будешь. Я имел в виду другое. Я никогда не запрещу тебе заниматься тем, чем ты захочешь. Будь это английский или даже эльфийский.
— Эльфийский, — хихикаю я, не удержавшись. — А это мысль.
— У нас уже дочка половину эльфийского алфавита знает, она тебя подтянет. Ладно, мы будем внизу, хотим подкрепиться чем-нибудь вкусненьким, да Кариш?
Дочь агукает, вторя отцу, и радостно хлопает в ладоши. Мне кажется, даже она стала более позитивной и спокойной. Наверное, дети чувствуют, когда жизнь постепенно налаживается и входит в другое, правильное русло.
А потом нас ждет долгожданная встреча с Васькой, которая первым делом бежит обнимать Карину. Да, малышка у нас точка притяжения всех и вся.
Вместе едем домой, Васька с Артемом на машине Милы Захаровны, которая не смогла прийти на выписку — в школу нагрянула важная проверка, мы с Османом и Кариной — в его. Осман отвлекается и отвечает на звонок, и чем дольше разговаривает по телефону, тем отчетливее понимаю, что разговор не из приятных.
— Что случилось?
— Ничего, по работе звонили. Так, девчонки, вас я завезу домой и поеду.
Я же вижу по его движениям, по его мимике, что что-то не так.
Остаюсь дома с малышкой, а сама опять места себе не нахожу. Мои мысли то и дело крутятся вокруг да около Тагира Джамалиева, который внезапно оказался моим биологическим отцом. А что если это какая-то ошибка? Ну, даже такие спецы и профи, как люди Османа, могли ошибиться.
Слабо в это верится, но надежда всегда умирает последней.
Почему-то я думаю, что то, что Осман сорвался и уехал по делам связано с его бывшим тестем.
Не выдерживаю и решаю позвонить Багирову. Каким-то чудом сохранила у себя его номер, даже не помню, какой был повод.
— Да? — после непродолжительных гудков берет трубку друг Османа.
— Динар?
— Полина? Что-то случилось?
— Динар, я не знаю, — выдыхаю я, реально не зная, как объяснить ему всю ситуацию. — Мне кажется, с Османом стряслась беда…
На следующий день я просыпаюсь позже всех, чего со мной не случалось давно. Оказывается, малышку забрал Осман, и они все утро прогуливались в саду. Людмила Захаровна приехала и решила меня не будить, Артем поехал в школу.
— А вот и мама проснулась, — Осман с Кариной входят в мою комнату как раз в тот момент, когда я сладко потягиваюсь в постели.
— Да, проснулась и уже хочет съесть одну сладкую булочку, — тяну руки к своей малышке, но та не хочет отрываться от папы.
 
— Вот ведь… папина дочка, — шутливо дуюсь на маленькую проказницу.
Осман целует ее в пухлую щечку. Эти двое так спелись, что их теперь не оторвать. Я такими темпами ревновать начну их друг к другу.
— Сегодня Ваську встречаем.
— Да, пойду собираться.
— Не спеши, я все организовал — заказал кейтеринг, доставку цветов. Не каждый день возвращается в строй такой отважный боец, как Василиса.
— Да, это точно. И… Осман, не нужно было так тратиться, — все-таки, сказывается то, что я привыкла к другим условиям жизни, нежели Махдаев. Пока не могу привыкнуть к таким большим тратам. Организация стола, цветы — это все довольно не дешевое удовольствие.
— Больше не говори таких слов, Огонек, — улыбается он и гладит мою щеку. — И вообще, финансовые вопросы буду решать я.
— Но я не хочу сидеть дома. Я тоже хочу работать, развиваться…
— Поль, будешь. Я имел в виду другое. Я никогда не запрещу тебе заниматься тем, чем ты захочешь. Будь это английский или даже эльфийский.
— Эльфийский, — хихикаю я, не удержавшись. — А это мысль.
— У нас уже дочка половину эльфийского алфавита знает, она тебя подтянет. Ладно, мы будем внизу, хотим подкрепиться чем-нибудь вкусненьким, да Кариш?
Дочь агукает, вторя отцу, и радостно хлопает в ладоши. Мне кажется, даже она стала более позитивной и спокойной. Наверное, дети чувствуют, когда жизнь постепенно налаживается и входит в другое, правильное русло.
А потом нас ждет долгожданная встреча с Васькой, которая первым делом бежит обнимать Карину. Да, малышка у нас точка притяжения всех и вся.
Вместе едем домой, Васька с Артемом на машине Милы Захаровны, которая не смогла прийти на выписку — в школу нагрянула важная проверка, мы с Османом и Кариной — в его. Осман отвлекается и отвечает на звонок, и чем дольше разговаривает по телефону, тем отчетливее понимаю, что разговор не из приятных.
— Что случилось?
— Ничего, по работе звонили. Так, девчонки, вас я завезу домой и поеду.
Я же вижу по его движениям, по его мимике, что что-то не так.
Остаюсь дома с малышкой, а сама опять места себе не нахожу. Мои мысли то и дело крутятся вокруг да около Тагира Джамалиева, который внезапно оказался моим биологическим отцом. А что если это какая-то ошибка? Ну, даже такие спецы и профи, как люди Османа, могли ошибиться.
Слабо в это верится, но надежда всегда умирает последней.
Почему-то я думаю, что то, что Осман сорвался и уехал по делам связано с его бывшим тестем.
Не выдерживаю и решаю позвонить Багирову. Каким-то чудом сохранила у себя его номер, даже не помню, какой был повод.
— Да? — после непродолжительных гудков берет трубку друг Османа.
— Динар?
— Полина? Что-то случилось?
— Динар, я не знаю, — выдыхаю я, реально не зная, как объяснить ему всю ситуацию. — Мне кажется, с Османом стряслась беда…
Спасибо Багирову, что откликается сразу — высылает за мной своего человека на машине и он везет меня в офис Османа. Динару доложили, что его видели там.
Но мое сердце так неспокойно, что я не верю в то, что любимый просто на работе, решает важные вопросы. На звонки мои он не ответил, а это еще один повод для волнения.
Возможно, я поступаю, как самая мнительная истеричка, однако мое волнение никак не связано с ревностью. Я боюсь, что с Махдаевым может случиться страшное. Все-таки этот Тагир (язык не поворачивается назвать его отцом) способен на все, как я поняла, благодаря разоблачению папы, Аркадия, он скоро потеряет целое состояние. Плюс Осман сделал так, что все его махинации с бизнесом вылезли наружу. Все это я знаю лишь поверхностно, никогда не имела привычки лезть в мужские дела, но тут пришлось…
Человек, который вот-вот потеряет все, точно способен причинить боль другим.
Приезжаю в офис Османа, сегодня выходной, поэтому никого кроме охраны. Но то ли это совпадение, то ли их намеренно отвлекли, на посту никого нет именно в тот момент, когда я оказываюсь внутри.