Покидая Эндеву (СИ)
─ Спасибо, Ринкер, ─ сказала я, ─ не знаю, что бы делала без тебя.
─ Не стоит благодарности, Эми, ─ добродушно ответил он. ─ Я как раз возвращался после обеда на поле.
─ А что же все-таки произошло в прошлом месяце на седьмом поле?
─ Этот болван Линос едва не выжег все наши поля. На территории полей действует множество правил и запретов, одно из которых категорически воспрещает даже мысли об огне. А этот идиот додумался раскурить чадящую траву во время обхода! Разумеется, одной нечаянной искры хватило, чтобы сухие колосья вспыхнули. К его и к нашему общему счастью, мимо проходил я. В то время как Линос столбом стоял в оцепенении, мне удалось вымочить мой жилет водой из фляги и, накрыв им пламя, заглушить огонь. Даже более того ─ я помог выкосить все подгорелые колосья, чтобы об этом никто не узнал.
─ Ты очень отважный, Ринкер.
─ Чего уж там, ─ он смущенно улыбнулся. ─ А зачем тебе, собственно говоря, понадобился Регор?
─ Я решила ненадолго остановиться в Эндеве, а Регор, как мне сказали, владеет постоялым двором.
─ Он сейчас работает на третьем пшеничном поле, это недалеко.
─ Все поля пронумерованы?
─ Да, на пшеницу у нас выделено двенадцать полей, а на рожь ─ шесть, больше мы ничего не выращиваем. Благодаря феям Сад устроен таким образом, что здесь круглый год сохраняется теплый климат, поэтому мы можем заниматься земледелием постоянно. Каждый месяц мы собираем урожай с одного пшеничного поля, в то время как остальные еще дозревают. Затем принимаемся за следующее поле, а скошенное засеваем вновь. Рожь используется в хозяйстве реже, поэтому ее мы собираем лишь раз в два месяца. Таким образом, мы обеспечиваем себя беспрерывным потоком зерна.
─ Получается на каждом поле пшеница сейчас на разной стадии зрелости? Надо же, никогда еще о подобном не слышала. Значит, урожай с одного поля способен обеспечивать деревню пропитанием целый месяц?
─ Да. Сейчас, когда феи в Занзаре взбунтовались и торговые отношения с другими поселениями нарушены, мы можем всецело тратить весь урожай только лишь на себя. А раньше даже удавалось и продавать что-то.
─ А кто владеет всеми этими полями?
─ У этих полей нет конкретного владельца, они принадлежат всей деревне. Весь урожай поровну делится между всеми работниками. Более того, в Эндеве нет вышестоящих чинов или должностей. Все решаемые вопросы выносятся на обсуждение на всеобщем Собрании, которое мы устраиваем в конце каждого месяца.
Я слушала Ринкера и не могла поверить своим ушам: неужели где-то действительно существует место с подобным укладом жизни, где все равны и счастливы. Для людей это что-то вроде утопии, несбыточной мечты. Думаю, все дело как раз в том, что жители Эндевы отнюдь не люди. Каждый участвует в общем деле, у каждого своя роль, а если кто-то ничем не занят, то просто становится изгоем среди своих.
─ А вот и Регор, ─ сказал эльф.
Я посмотрела туда, куда он указывал, и увидела гоблина в соломенной шляпе. Он набирал в ведро воду из большой деревянной бочки, стоявшей неподалеку на телеге, а затем щедро выливал ее на молодые росточки.
─ Регор, здравствуй, ─ сказал Ринкер, когда мы подошли ближе.
Гоблин, тяжело дыша, взглянул на нас из-под соломенной шляпы, а затем вновь принялся за работу:
─ Что тебе надо, человек?
─ Я хотела снять номер в постоялом дворе.
─ Вот как? ─ гоблин как ни в чем не бывало отправился к телеге за очередным ведром воды. ─ И что ты можешь мне предложить?
─ У меня есть деньги.
Регор остановился и снова посмотрел на меня, но теперь уже совсем другим взглядом. Было видно, что мои слова его очень заинтересовали.
─ Деньги говоришь? В последнее время золотых монет в Эндеве очень поубавилось, мы все больше переходим к обмену товарами, нежели к их покупке. Это раздражает.
Я задумалась, деревня маленькая и изолированная от других населенных пунктов, значит, все деньги крутятся исключительно внутри, среди ее жителей. Вероятно, монет потому и стало меньше, что кто-то так же, как Рафи, просто откладывает их или, быть может, теряет. А извне новых денег не поступает уже много лет, так что это естественно, что постепенно жители Эндевы переходят к обменной торговле.
─ Ладно, тогда сотня монет за ночь, ─ сказал гоблин.
─ Ты сдурел, Регор? ─ воскликнул Ринкер. ─ Что это за цены?
─ Не твое дело, ─ проскрипел он зубами.
─ Не перегибай палку, не смей брать с нее больше тридцати монет!
─ Ладно-ладно, как насчет девяноста?
─ Жулик!
─ Да подождите же вы! ─ возмутилась я. ─ Вообще-то я все еще здесь, и могу сама за себя решать.
Они оба посмотрели на меня.
─ Я согласна на двадцать монет за ночь. Тебе, Регор, сейчас, как никогда, нужен дополнительный источник дохода, а кроме меня твоему постоялому двору не светят посетители еще очень и очень долго. Поэтому либо ты соглашаешься на эту цену, либо я поживу в другом месте.
Я не знала здешних расценок, так что могла полагаться исключительно на информацию, полученную из их разговора. Можно сказать, я просто ткнула пальцем в небо, надеясь на лучшее.
─ И где же ты будешь жить? ─ ехидно улыбнулся гоблин.
─ У меня, ─ тут же ответил Ринкер, поставив в ступор не только нашего собеседника, но и меня.
Наступило неловкое молчание.
─ Ладно, ─ сказал, наконец, Регор, ─ двадцать так двадцать. Я вернусь в деревню ближе к закату, но если ты хочешь, можешь уже сейчас взять ключ у моей жены, объяснишь ей все.
Я облегченно вздохнула:
─ Надеюсь, нас обоих сделка оставит довольными.
Мы с моим другом отошли в сторону.
─ Этот гоблин ─ бессовестный жулик, ─ сказал Ринкер, ─ мне становится не по себе от мысли, что ты будешь каждый день платить ему такие деньги.
─ Ничего страшного, деньги у меня есть, ─ сказала я спокойно, ─ огромное спасибо тебе за помощь. Думаю, я буду чувствовать себя очень неловко, если займу еще хоть минуту твоего времени.
─ Эми, я бесконечно рад быть тебе полезным. Ты сейчас планируешь возвращаться в деревню? Может быть, тебя проводить?
─ Нет, что ты, я найду дорогу. Ты лучше занимайся своей работой, а я уж как-нибудь сама.
Мы попрощались. Я самостоятельно добралась до деревни, где у местных жителей удалось узнать, местоположение дома Регора. Дверь мне открыла милая молодая женщина, невысокого роста, как и все жители деревни. Я объяснила ей всю ситуацию, и она с радостью отвела меня к большому дому неподалеку. Всего в постоялом дворе сдавалось три отдельные комнаты, вход в каждую был с улицы. Я попросила самую большую комнату, и женщина вручила мне старый увесистый ключ.
С трудом провернув его в замочной скважине, я услышала громкий щелчок. Дверь со скрипом отворилась, и в нос ударил резкий, но приятный пряный запах. Помещение, в котором мы с Гремом оказались, было просторным и мало чем отличалось по стилю от домов Руфуса или Лориэль. Оно совмещало в себе сразу и спальную, и столовую, и прихожую. Здесь было все, что нужно для жизни: резная кровать, камин, массивный стол и прочая утварь.
Я вздохнула и села на край постели, мне было просто необходимо немного посидеть и перевести дух. Рядом положила сумку, из которой тут же выбрался Грем. Он просидел в ней большую часть обратного пути. Ленивое создание. Хорошо, что эльфийская сумка обладала прекрасным свойством уменьшать большую часть веса всего, что находится внутри. В противном случае, не думаю, что я смогла бы долго тащить эту каменную глыбу.
Я извлекла из сумки мешок, подаренный Рафи, и высыпала его содержимое на постель. Помимо денег в нем оказалось и некоторое количество склянок с розовым содержимым. Рафи, кажется, говорил, что подкидывал сюда и какие-то зелья. Однако что меня поразило, так это ─ реакция Грема, который тут же вскочил с места и схватил лапками одну из пробирок. Мне ничего не оставалось, кроме как помочь открыть ее. Едва я сделала это, как Грем не мешкая вылил все ее содержимое себе в рот, после чего стал метаться по помещению, словно укушенный. Как мне показалось, даже его аура стала светиться сильнее. Безусловно, надо было подробнее расспросить Рафи об этих зельях.