Золушка по принцу не страдает (СИ)

— Он беленый, как стена, — храбро возразила белка. — Неизвестно, красив ли он!
— Известно, известно, — хладнокровно ответила Фея, зачем-то поправляя прическу. — Этот мальчик слишком красив. Поэтому я придумала набелить его — чтобы не сильно-то зазнавался. Эх, будь я немного побольше…
— …и помладше, — неуважительно буркнула белка, и волшебная палочка Феи снова опасно и безжалостно-больно наколола тонкую шею зверька.
— Девочка моя, — с самой сладкой улыбкой произнесла Фея, глядя на дерзкую Вильгельмину из-под полуприкрытых век, — а вот это тебя уже не касается. Это уже дерзость. Да нет, это оскорбление! Мне придется тебя наказать…
И Фея, размахнувшись, влепила взвизгнувшей белке пощечину.
— Если бы не вы, мерзавцы, — все так же притворно-ласково продолжила Фея, встряхнув ушибленную руку, — то Изабелла волей или неволей потанцевала бы с принцем, и они поженились бы уже утром. На принца наложено самое сильное мое волшебство! Я буквально все вложила в это заклятье, и даже кое-что заняла, чтоб оно сработало наверняка! Ему всего-то и надо было, что выбрать девушку на балу и сделать с ней кружок по залу. Он не отвертелся бы. Но вы все испортили. Ты тоже хотел, как лучше? — и она сильнее прижала ногой хвост енота.
— Я не зна-а-ал! — провыл енот. — Он мне предложил заменить его на балу, откуда мне было знать, что это принц?! Он был не набелен! Я его не узнал!
— Ах, вот оно что, — усмехнулась Фея. — Его Высочество настолько строптив, что изволит показываться на людях без макияжа! А зачем ему было отсутствовать на балу?
— Да мне откуда знать? — наивно выкручивался енот.
— Не знаешь? — делано удивилась Фея. — А мне кажется, что должен бы.
— Он что-то говорил о делах в городе! — выл енот, весь в слезах.
— Какие такие дела у принца в городе?
— Девушка-а-а! — раскололся слабохарактерный енот.
— Ах, девушка! Другая? Невеста?
— Да-а-а!
Фея снова злобно усмехнулась.
— Так вот что он задумал! Тайком жениться! И, разумеется, не на Изабелле… и не на ее сестрах — иначе б он это скрывать не стал.
Енот в слезах лишь лапами развел.
— Ну, и что мне теперь делать? Как выкручиваться? Король думает, что его сын женится на дочери Лесничего. Он ждет этой свадьбы и отговорок не примет…
— Но Изабелла, — тихо произнесла белка, — не хочет замуж за принца. Она не любит его. Она влюблена в садовника!
— В садовника! — фыркнула Фея. — Вот, Вильгельмина, сейчас ты близка к истине, как никогда. Принц сбежал с бала, чтоб обвенчаться со своей третьесортной невестой, Изабелла — какая глупая девочка! — чтоб выскочить замуж за своего садовника… И, скорее всего, это уже произошло. Времени-то после бала прошло достаточно!
Фея задумалась, машинально нажимая каблуком туфельки на хвост енота сильнее и сильнее, так, что несчастный скулил.
— Ладно, хорошо, — произнесла, наконец, Фея. — Не хотела я прибегать к этому методу, но, кажется, доброго отношения вы не понимаете. Придется прибегнуть к насилию и шантажу — а что поделать?
— Но какой шантаж! — вскинулась белка. — Если они уже женаты!
— А меня это не касается, — холодно ответила Фея.
— Но их соединила любовь! — верещала белка в ужасе. — Любовь! А это самая сильная магия в мире! Вы хотите совершить преступление против любви?!
— И я совершу его, меховая дурочка, — спокойно ответила Фея. — Вы, лесная бестолочь, своими ужимками и выходками не оставляете мне выбора. Вы испортили совершенно все. А мне исправлять. И если я хочу подтвердить свой статус Феи, я сделаю это. А ты, Вильгельмина, если хочешь хоть когда-нибудь получить свои крылышки, то отыщешь свой сундучок с румянами и будешь готова накрасить невесту.
— Нет! — закричала белка отчаянно. — Нет! Это чудовищно! Это ужасно! Это жестоко!
Молния, сорвавшаяся с конца палочки Феи, прервала белкин крик. Несчастный зверек отлетел к стене и сполз, почти не дыша.
— Вот черт, — удивилась Фея и потрясла палочкой. — Кажется, волшебство действительно кончается… Но ты жива, и тем лучше. Я сказала — готовь свой чертов сундучок, или я найду и добью тебя!
   
Глава 11. 4
 
Идея разбить кубок Феи Люку неожиданно понравилась.
— Лишить ее всех обязательств, а значит, и прав распоряжаться чужими судьбами — неплохо было бы! — весело ответил Люк, щуря веселые голубые глаза. — Пожалуй, сейчас, когда замок полон гостей, в бальной суете, мы сможем проникнуть туда незамеченными и провернуть это дельце.
— Сделаем такой подарок в день нашей свадьбе всем! — весело сказала Изабелла. — Зачем людям ждать в очереди, когда Фея займется их судьбой, если они сами могут ее устроить на свой вкус?
Разумеется, Люк понял, о каком кубке идет речь, и точно знал, где тот хранится. Он много раз видел его и очень удивлялся тому, что тот хранится именно в королевском дворце.
Король, поглядывая на этот кубок, морщился, как от зубной боли, будто хотел расколотить его, но трогать не разрешал. Кажется, он говорил что-то насчет того, что обещал сберечь эту красивую вещицу, и теперь Люк понял, почему Король так говорил.
«Может, я зря на него злился, — размышлял Люк, вместе с Изабеллой петляя по коридорам замка. — наверное, он связан этими клятвами по рукам и ногам, потому и не может отказать Фее… с другой стороны — но как он мог, как мог не защитить маму в ее последние дни от этой моли-тирана!»
Конечно, Люк мог бы взять Изабеллу за руку и просто пройти самым прямым и коротким путем до запертой комнаты, где хранилось феино сокровище. Но тогда пришлось бы признаться своей юной жене, что он прекрасно ориентируется в замке, и что он вовсе не садовник… а как это сделать поделикатнее, Люк еще не придумал.
Да и как придумаешь, если в голове все еще звучали крики веселых горожан «счастья!», а от поцелуев горели губы. Молодожены то и дело останавливались в каком-нибудь углу потемнее, обнимались и целовались, долго, до головокружения.
— Люк, — шептала Изабелла, счастливая, — мы же теперь всегда будем вместе?
— Да. Всегда.
— И ты защитишь меня от нападок тех, кто будет ругаться, что я за тебя вышла?
— Я буду защищать тебя, — ответил Люк.
К комнате, где хранился кубок, они добрались нескоро, но все же добрались. И пару раз Люку пришлось тайком давать знать замковой охране, чтобы они делали вид, что не замечают молодых людей, разгуливающих по тем комнатам, где простым людям быть нельзя.
Замок в запертую комнату Изабелла сломала ножом, одолженным у Люка, и молодые люди, наконец, проникли туда, где в стеклянном шкафу хранились судьбы многих людей.
— Ты посмотри, Люк! — воскликнула Изабелла, изумленно рассматривая кубок Феи. — Да он же полон до краев магическими обещаниями! Как горошинами или конфетами… конечно, где же ей одной столько обещаний выполнить?
— Не нужно было набирать, — весело ответил Люк. — Ну, давай, открывай окно! Сейчас мы с тобой устроим настоящий фейерверк в честь нашей свадьбы!
Он открыл стеклянный шкаф, вытащил из него тяжеленький хрустальный кубок, и понес на балкон. Установив на перила, Люк стащил в кубка крышечку, и магия, что его запечатывала, зазвенела и запереливалась в воздухе.
Запустив в кубок руку, Люк набрал целую горсть разноцветных, похожих на стеклянные, шариков и, что есть силы, швырнул их из окна на королевский двор.
Магические шарики, ударяясь о брусчатку, разбивались, как обычные тонкостенные стеклянные, и обещания — данные давным-давно, но так и не исполненные, — разноцветными вспышками взлетали в воздух и разворачивались огнями, как самый настоящий салют.
Изабелла, смеясь, последовала примеру Люки, и скоро весь сад сиял огнями, будто над ним взрывался самый прекрасный, самый яркий салют.
— Люк, как много людей ждали своего счастья! — вскричала Изабелла, совершенно счастливая, глядя в расцвеченное огнями небо. — И как много людей теперь могут его повстречать!
— Да! — радостно подтвердил Люк.