Похорони Меня Ложью (ЛП)

Неужели я забыла включить их?
Дерьмо. Могу поклясться, что они были включены, когда мы вернулись домой, но, возможно, мне показалось. Наша поездка из Бразилии поджарила мне мозги, а смена часовых поясов основательно испортила наш график сна.
Я останавливаюсь на полушаге, когда слышу еще один звук. На этот раз ближе, он звучит очень похоже на скулёж или всхлип. Сердце колотится, и я продолжаю свой шаг, набирая темп. Что-то здесь не так. Я чувствую это по напряжению в животе и по тому, как волосы на затылке поднимаются. Я слепо шлепаю по стене в поисках включателя. Где-то в комнате мелькает тень. Когда я нахожу включатель и в комнате становится светлее, я задыхаюсь от открывшегося передо мной зрелища.
Мое сердце падает в желудок, а желчь поднимается к горлу.
— Нет, нет, нет, нет, — шепчу я, моя нижняя губа дрожит.
Ава смотрит на меня, слезы текут по ее маленькому личику, страх написан в глазах. Позади нее, обхватив рукой ее шею, удерживая на месте, стоит Зак. Одетый с головы до ног в черное, он заклеил ей рот скотчем, чтобы она не шумела.
Взгляд его глаз заставляет меня задыхаться от столь необходимого дыхания. Никаких угрызений совести. Ни жизни, ничего. Просто бесконечное озеро тьмы. Какой-то мужчина преодолел свою критическую точку. Человек, которому абсолютно нечего терять.
— З-Зак, — заикаюсь я, делая осторожный шаг вперед. — Что ты делаешь?
— Страшно, детка? — шепчет другой голос позади меня.
Я чувствую, как теплая рука скользит по моему бедру. Тошнотворное, извращенное ощущение скручивается у меня в животе, слезы наворачиваются на глаза. Я оглядываюсь, подтверждая то, чего уже боюсь. Трент прижимается к моей спине, на его лице такое же оцепенелое, холодное выражение.
— Что ты делаешь?
Я пытаюсь скрыть страх в голосе, но ничего не получается.
— Ох, я думаю, ты знаешь.
Трент прижимается своей передней частью к моему заду, и я издаю тихий крик страха. Я бросаю быстрый взгляд на Аву, которая плачет.
Мне нужно сохранять спокойствие. Я не могу позволить ей увидеть свой страх.
— Боже, — стонет Трент, его рука скользит по моей шее, оставляя за собой мурашки. Он утыкается лицом мне в шею, его губы возле моего уха. — Ты очень похожа на нее. Без всего этого дерьма в твоих волосах ты так похожа на нее, что действительно жутко.
Мои глаза закрываются. Этого не может быть. Не сейчас. Только не с Авой. Особенно после лучшей недели в нашей жизни. В груди стучит от страха.
Я должна защитить ее любой ценой.
— Пожалуйста, о чем бы ты ни думал, прекрати это. Пожалуйста.
Я пытаюсь сделать поспешный шаг вперед, но Трент тянет меня обратно в свои безжалостные объятия.
Зак дергается назад, таща за собой Аву, в ответ на мою быструю попытку. Она всхлипывает под скотчем, ее маленькое личико сморщивается. Мое сердце разбивается вдребезги, грудь сжимается в тисках, когда я пытаюсь понять, что делать, чтобы защитить ее.
— Как вы сюда попали?
Я быстро оглядываюсь вокруг, пытаясь найти какие-либо признаки взлома, но ничего не обнаруживаю. Все выглядит так же чисто, как я оставила, когда распаковывала наши сумки ранее. Где Дэн и охрана? Если Зак и Трент проникли сюда, что они сделали с Дэном и охранниками?
— Сделали дубликат ключей. Баз действительно должен быть осторожнее с тем, где он оставляет их, не так ли?
Мой желудок скручивает, а в голове крутятся возможные решения, ни одно из которых не сработает без того, чтобы Ава не пострадала.
— Действительно заставляет задуматься, не так ли? Он знает, на что мы способны. Зачем ему оставлять ключи где попало, если он не хотел, чтобы я их нашел? Если это... не было частью нашего плана все время.
Вся кровь отливает от моего лица.
НЕТ.
Это невозможно.
Баз бы так с нами не поступил.
Он не мог так поступить с Авой. Он любит ее.
Он никогда не причинит нам вреда.
Если это так, то почему он так беспечен и почему в последнее время так скрытен?
Я качаю головой, уже внутренне отрицая это. Я не позволю Заку забраться в мою голову. Именно этого он и хочет. Он хочет, чтобы я усомнилась в Базе. Я уже сомневалась, и Баз показал мне правду. Мне нужно доверять этому.
 
Мое горло сжимается, и я качаю головой.
— Я... мне все это безразлично. Пожалуйста, просто... просто отпусти ее.
Я ловлю взгляд Авы, пытаясь передать сообщение без слов, что все будет хорошо. Она будет в безопасности. Мы выберемся отсюда целыми и невредимыми. Передавая сообщение, я пытаюсь заставить себя поверить и в эти слова.
Они оба смеются. Это жуткий звук.
— Нет. Нет, не думаю, что я отпущу.
— Она невиновна, Зак. Не втягивай ее в это.
— Невиновна? — Зак усмехается, крепче обнимая ее.
Ее глаза расширяются, краска отливает от лица, когда страх охватывает все ее маленькое тело.
— Пожалуйста. Я... я не буду драться с тобой. Обещаю. Просто... пожалуйста, не делай ей больно. Я не хочу, чтобы она стала свидетелем.
Зак делает паузу, и Трент тоже, между ними проходит молчаливый разговор.
— Хорошо, — усмехается Зак.
Звук злой, и дождь гвоздями стекает по моей спине.
Он тянется за чем-то в заднем кармане, и прежде чем я успеваю его остановить, из руки Авы торчит шприц, и я кричу.
— Нет! Что ты сделал?
Я бегу к Заку, ловлю Аву, когда она падает на пол. Я баюкаю ее, проверяя пульс и сердцебиение, молясь, чтобы с ней все было в порядке.
— Ты сказала, что не хочешь, чтобы она стала свидетелем того, что будет дальше. Я сдержал свое слово.
— Ты монстр, — киплю я, глядя на него, и слезы текут по моим щекам.
— Ты еще ничего не видела.
— Что ты делаешь?
Голос резкий и глубокий. Это голос, который не покидал мои кошмары с ночи аварии. С ночи, когда он пытался убить меня. С медленной легкостью, которая так не согласуется с убийственным блеском в его глазах, Винсент входит в комнату, портя сам воздух, окружающий нас. Я поднимаю глаза, потрясенная, увидев его лицо, затуманенное раскаленным гневом. Зак пожимает плечами, отмахиваясь от него, не выглядя удивленным, увидев его здесь.
Все это было частью их плана. По-другому быть не может.
— Я пришел, готовый ко всему.
Не говоря больше ни слова, Винсент забирает Аву из моих рук и выносит ее, оставляя меня с Заком и Трентом. Я пытаюсь побежать за ним, но кричу от боли, когда кулак вцепляется мне в волосы, дергая назад. Я замахиваюсь на Зака, отбиваясь от него на каждом шагу. Обнажая когти, царапаю его. Чувствую его кожу под ногтями, металлический запах его крови и слышу его шипение от боли.
— Ты чертова сука! — скрипит он зубами, отбрасывая кулак назад.
Удар по лицу ошеломляет меня. Боль взрывается по носу, лишая меня зрения, и я падаю на пол. Передо мной пляшут пятна, чернота грозит засосать. Краем глаза я замечаю, как Винсент возвращается в комнату, и вскрикиваю, беспокоясь, что он что-то сделал с Авой.
Она ранена? Она все еще жива?
Мне нужно добраться до нее.
Мне нужно спасти ее.
Мои руки делают слабую попытку оторваться от пола, но я спотыкаюсь, и Зак смеется над моими усилиями.
— Ты такая же слабая и никчемная, как и она.
— Прекрати, — кричу я, когда он поднимает меня на ноги.
— Я собираюсь закончить то, что должно было быть сделано много лет назад.
— Почему? — я всхлипываю.
— Потому что она разрушила нас, — рычит он, глядя мне в лицо, его лицо кипит от ярости. — Она пыталась причинить боль моему брату. Она должна была стать нашим падением — нашей погибелью. Так что ей пришлось уйти, — шипит Зак мне на ухо. — Но она была умна. Она поняла. Видишь ли, Трент даже не знал о твоем существовании, пока я не вложил эту мысль ему в голову. — я бросаю быстрый взгляд на Трента, который застыл, уставившись на Зака, будто это для него новость. — Я знал, что это разозлит твою сестру. Она была параноидальной. Такой чертовски злой все это чертово время. Но она продолжала давить и угрожать. Я подумал, что было бы забавно причинить тебе боль, чтобы добраться до нее. Ты была ее криптонитом.