Империя Рун (СИ)

И был этот зов таким милым, таким сахарным, что я понял — вот она, месть проклятой девицы за мою непочтительность.
Будто продираясь сквозь густой, уже успевший к утру застыть кисель, я повернул голову и посмотрел на треклятый столик, за которым мы с Торисом прошлым летом выпили с полбочки сидра и пива. Принцесса Отавия уже стояла буквально в двух шагах от стола, за которым сидел приветливо машущий мне Торис, а его брат крайне внимательно наблюдал за происходящим.
«Два раза голову мне не отрубят», — напомнил я себе.
Кроме того, всегда можно попытаться прорваться с боем на север. А из Кибашама, если дам присягу, выдачи нет. Как говорят местные наемники, служба королю смывает все грехи вместе с кровью, что ты прольешь за него в бою…
На негнущихся ногах я повернулся ко всей компании и прошел вглубь зала.
— А я уже подумал, что ты ослеп! — улыбнулся Торис, переводя взгляд с меня на Отавию.
Принцесса в этот момент просто перевоплотилась. Смиренная поза, сложенные на подоле руки, чуть опущенная голова. Она всем своим видом показывала, что стоит перед людьми значительно выше ее по статусу — так мелкие дворянки и дворяне стояли перед ней и ее матерью во время приемов и аудиенций.
Копирование знакомых со стороны поз давалось Отавии великолепно, а я в очередной раз удивился тому, какой талант лицедейки пропадает в наследнице престола. Торис же перевел взгляд с меня, бледного и растерянного, на мою спутницу. Марвин же только скользнул взглядом, как он думал, по простолюдинке, после чего вполголоса заметил:
— Ты же говорил, что у мага нет подруги, так?
— Сам удивлен! — ответил баронет. — Рей, не представишь свою знакомую?
Ком застрял в горле, а я начал лихорадочно соображать. Как?! Как ее имя?! Отавия — точно не подойдет!
— Меня зовут Отти, милорд, — пришла мне на помощь принцесса, опустившись при этих словах в глубоком реверансе, придерживая кончиками пальцев платье.
— О! Право же, не стоит! — рассыпался в любезностях Торис. — Вы же подруга нашего товарища, жетонного мага Рея.
—Да, милорд, — так же смиренно продолжила Отавия, стрельнув при этом на меня глазами, мол, шевелись давай, скажи, кто это такие.
— Отти, это сыновья моего нанимателя, императорского конюшего барона Варнала, Марвин и Торис Варналы, — представил я вельмож, как того требовали правила.
— Не желаете присоединиться? — продолжил Торис. — Марвин, ты не против, если Рей и его подруга отобедают с нами?
Старший брат Ториса чуть дернул уголками губ — по нему было видно, что он не сильно горел желанием сидеть за одним столом с простолюдинами, но скользнув взглядом по жетону мага и переглянувшись с моим другом, все же кивнул:
— Да, конечно. Тем более отец очень хорошо отзывался о магике.
Вот так. Слова Ториса для Марвина не имели значения — будь мы хоть трижды друзья. А вот мнение отца — это уже другой разговор. Кроме того, многие считали жетонных и поясных магов практически равных мелкому дворянству, а нахождение безродной женщины за столом уже не столь принципиально, если она в сопровождении.
— Отлично! — воскликнул Торис и я понял, что обед будет непростым.
Чтобы чуть потянуть время, я усадил Отавию лично — отодвинув ее стул, за что поймал еще один насмешливый взгляд младшего баронета, а после уселся сам.
— Какими судьбами, Рей? Ты же вроде сегодня и завтра дежуришь во дворце? — спросил Торис, предварительно кликнув полового.
— Да вот, Легер, старший маг из свиты принцессы, попросил поменяться, буду вечером там торчать, до полуночи, — соврал я.
Торис хотел спросить что-то еще, но в этот момент меня спас половой — пришел принимать заказ. Сегодня подавали молодых рябчиков, какой-то мясной салат с рагу и, по словам работника, они получили отличные головы выдержанного гоунского сыра.
— Несите все, — махнул рукой Марвин, — и кувшин розового вина.
Я оценил аппетит наследника барона Варнала. Марвин был крупным молодым мужчиной — выше Ториса и шире младшего брата в плечах — лет двадцати пяти-двадцати семи, с характерной для их семьи тяжелой челюстью и крепкими руками. Было видно, что это не изнеженный столичный повеса — а тот самый, старой закалки аристократ, готовый подтвердить свое право на титул тяжким ратным трудом.
 
Я встретился взглядом со старшим братом Ториса. Он буквально сверлил меня своими темными глазами, будто бы пытался заглянуть в самое мое нутро. Но вместо того чтобы покорно отвести взгляд — а очень хотелось — я только чуть поерзал на стуле и, приосанившись, приподнял подбородок, выпячивая грудь с жетоном мага.
— Правду вы с отцом говорили, боевой, — хмыкнул Марвин. — Скажи мне, магик, тебе хоть доводилось убивать? А то я слышал, ты кому-то голову якобы оторвал.
Вопрос был крайне странный для легкой обеденной беседы, а напряжение, что исходило от Ториса, можно было резать ножом. Отавия же только дернула бровью и зыркнула сначала на Марвина, а потом — на меня, после чего опять опустила глаза. Но по виду принцессы я понимал, что ей очень и очень интересно то, что сейчас происходит.
Марвин, будто молодой волк, сейчас проверял меня, буквально брал на слабо, как уличная гопота.
На секунду мне вспомнился Дамар и его банда, как они преследовали нас по всему Нипсу и как дрожали мои колени при виде его массивной и наглой фигуры. И в момент я понял, что все эти страхи — давно позади. Пройденные испытания, темница, палуба корабля, пустынные холмы приграничья, гулкий зал загородной резиденции императорской семьи… Везде я встречал противников во много крат опаснее молодого вельможи, что сейчас сидел напротив меня и ждал ответа.
— Милорд, вас интересуют люди или прочие твари? — немного севшим голосом задал я встречный вопрос.
Марвин удивленно поднял бровь, после чего ответил:
— Предположим, твари.
— Шесть костяных волколаков, что напали на императорскую охоту в прошлом году. Пятерых я похоронил под завалами резиденции, а шестого, вожака — спалил во дворе, — горделиво ответил я.
Марвин недобро улыбнулся и посмотрел на Ториса.
— Кажется, вы отцом пригрели лжеца. Каждый знает, что огонь Тир нежить только щекочет.
— Это была комбинация шести печатей, — встрял я в рассуждения баронета, — в народе известная как Казнь Солнца или Казнь Света. Ею истигаторы испепеляют отступников.
— Положим, — кивнул Марвин, — а люди?
— Два полных гурензийских рыкача с магами-наемниками и командами, что напали на торговую флотилию, когда мы с учителем следовали в Дагерию с Лаолисы, — отчеканил я.
Над столом повисла тишина.
Марвин, откинувшись на спинку стула, оценивающе смотрел на меня, Торис же сидел, как жердь проглотив. Мне тоже было неуютно, и только Отавия поглядывала на всех троих, с интересом ожидая, чем закончится этот допрос.
Внезапно старший брат Ториса рассмеялся, а его лицо резко перестало быть таким холодным и высокомерным — мне сейчас улыбалась молодая копия барона Варнала, что еще не успела окончательно зачерстветь и огрубеть за долгие годы.
— Ох! Ну, Торис, твоя правда! Теперь верю! Извини, Рей, я привык, что наш младшенький может приукрасить, такой он у нас, требует внимания! А нет, ты серьезный колдун. Воин! Рад познакомиться!
И совершенно по-простецки протянул через стол руку.
Я пожал крепкую и сухую ладонь баронета и почувствовал, как царившее за столом напряжение спало. Марвин убедился, что я не проходимец и на самом деле тот, кого описывал ему Торис. И даже не по моим словам, а скорее по тому, как они были сказаны — спокойно и взвешенно, хотя говорили мы о вещах, которыми юноши предпочитают кичиться. Во всяком случае, так поступали молодые столичные вельможи, да и молодые маги от них не отставали.
Уже через минуту половой стал накрывать на стол, и мы приступили к еде. Марвин, как старший, налил всем в посеребренные кубки вина, и началась беседа. Поговорили немного о делах, о табуне, что пригнали Варналы, о завтрашнем представлении Марвина императору.