Веятари (СИ)

— Но это действительно воспитание. Правила важны, чтобы понимать друг друга, — уверенно заметил я.
Уж на это она возразить не могла.
— Да, но зачем все усложнять? — пожала она плечами. — Правила важны, но почему бы не ограничиться только самыми необходимыми?
Я улыбнулся невольно:
— Но как тогда кичиться воспитанием, если не будет лишних правил, запомнить которые — отдельное испытание?
Лисса рассмеялась.
— Хитрые моу максимально усложняют вход в свой круг, да?
Я не поддержал ее смех, задумавшись. Она была права — аристократы старались как можно дальше держаться от черни, демонстрируя в первую очередь друг другу, как сильно мы отличаемся от простых людей. Не квартиры, а огромные особняки; не общественные возки, а личные экипажи; не собственный труд, а наемный… И презирали простолюдинов только потому, что те не могли позволить себе того же. А когда богатели не аристократы, на первый план начали выходить иные маркеры превосходства. Происхождение, воспитание, образование… И да, аристократия крайне неохотно принимала в свой круг кого-либо извне.
Взять ту же Лиссу. Она сильная веятэ, в чем я уже убедился. Она готовилась к этой роли, она жаждала помогать людям, но атари не пожелали связываться с безродной. И ее никогда бы не приняли. Она никогда бы не стала веятэ, не окажись я в ситуации, которая виделась мне безвыходной.
При том, что таковой она не была.
Но меня словно бы вытолкнули из привычного круга, и я сделал то, на что не пошел бы аристократ в обычных условиях. Но я — атари, мы в какой-то мере обособленная часть моу.
— Мне жаль, — извинение стало результатом моих размышлений.
— Тебе не за что извиняться, — отмахнулась она. — Сомневаюсь, что ты мог бы хоть что-то изменить, даже если бы захотел.
Что мне бы и в голову не пришло. Я никогда не был амбициозен, не вращался в высших кругах, и моя семья не обладала хоть каким-то влиянием. Такие, как я, не меняют мир. Но я могу сделать мир лучше, благодаря тому, что я — атари.
— Меня все устраивало, — признался я.
Лисса подперла голову рукой, внимательно посмотрела на меня и спросила:
— А вот если бы я была из знатной семьи — ты бы обратил на меня внимание как на возможную веятэ?
Я ответил не сразу. С одной стороны, мне не хотелось обижать эту девушку, а с другой — лгать ей я не хотел тоже. Я выбирал, что лучше — пощадить ее чувства, обманув, или честно ответить, вызвав обиду.
Честность победила.
— Не сочти за оскорбление, — осторожно начал я. — Ты… м… довольно милая, но, боюсь, на меня бы впечатления, как возможная веятэ, ты не произвела.
— Недостаточно хороша? — понятливо предположила она. — Но ты же говорил, что атари не воспринимают веятэ как женщин?
Я ожидал обиды, но Лисса не выглядела задетой. Словно и сама все понимала.
— Дело не в симпатии, — пояснил я. — Просто, когда вынужден жить с кем-то, хочется, чтобы этот кто-то хотя бы радовал глаз.
— Чисто эстетически?
— Да.
— Ясно, — Лисса вернулась к еде, никак не показывая своего отношения к моим словам.
Помолчав, я все же решил уточнить:
— Я надеюсь, ты не обиделась?
— Нет, — она усмехнулась. — Никогда не питала иллюзий насчет своей внешности. Но за «милую» — спасибо.
Вздумай я усомниться в привлекательности Сешаи, та устроила бы настоящую истерику и заставила бы меня миллион раз извиниться за сомнения. Я полагал, что это нормальная женская реакция… Но Сеши — красавица и знает это. Лисса же обычная, она не уродлива, но красотой отнюдь не блещет. Может, поэтому так спокойна? Потому что не питает иллюзий?
Но я почему-то все равно ощущал недовольство собой. Прямота и честность — хорошие качества, но, возможно, в этом случае стоило проявить тактичность.
Впрочем, теперь уже поздно сожалеть. Поэтому я, следуя примеру веятэ, тоже сосредоточился на ужине, старательно игнорируя возникшую между нами неловкость.
В гильдию мы отправились с самого утра, против чего я совсем не возражал. Здоровый сон в комфорте хорошо помогает смириться с мыслью, что вскоре придется снова рвануть в очередную глушь.
 
Т-сферу у нас приняли без проблем, но на просьбу Лиссы посмотреть список заданий ответили отказом, как и в прошлый раз. Веятэ сердито фыркнула, но и только. И даже мне выговаривать не стала за то, что это по моей просьбе она теряет день. И в очередной раз меня это удивило. Все-таки Лисса совсем не походила на других веятэ.
А на следующий день, заполучив вожделенный список, она неожиданно поманила меня за собой.
— Ты что-то хотела? — я уже как-то привык, что список она изучает в одиночку.
— Да. Посоветоваться насчет следующего задания, — простодушно ответила Лисса.
— Посоветоваться? — переспросил я.
— Ну да. Я же говорила, что задания мы будем принимать вместе.
Да, она это говорила… А я не воспринял всерьез. Где это видано, чтобы веятэ обсуждала с атари сколько-нибудь важные вещи? К тому же я понятия не имел, что от меня нужно Лиссе. Какого совета она от меня ждет? Ведь, что бы она не выбрала, я последую за ней.
— Мне кажется, особой разницы нет, какое брать задание. Они в принципе мало чем отличаются, — осторожно заметил я.
— В целом да, — согласилась она. — Но вот смотри. Телар в деревне Листвецы. Неплохо платят, но почти год никто не берется. И пометка черная. Это к чему?
Я внимательно посмотрел на задание. Действительно, помечено черным прямоугольником, и такого больше нигде нет.
— А что значит эта пометка? — спросил я у дежурной.
Та что-то посмотрела у себя и сообщила:
— Это означает сомнительного заказчика. С этим заказом была неприятная история, его брали несколько раз, и веятари-одиночки при его исполнении пропали без вести. После второго случая была отправлена группа, и они не нашли ни веятари, ни телара. Но заказчик настаивает, что телар есть, и заказ не снимает. Поэтому заказ помечен, чтобы предупредить веятэ, что с ним лучше не связываться.
Лисса взглянула на меня с азартом:
— Возьмем?
— Несколько веятари без вести пропали, — напомнил я.
— А группа ничего не нашла, — возразила она. — Если телар есть, он не слишком силен.
Я пожал плечами:
— Если ты уже все решила, зачем интересоваться моим мнением?
Лисса возмущенно всплеснула руками:
— Ничего я не решила! Я просто предложила, интересный же случай. Но если тебе этот заказ не нравится, не будем его брать.
— Мне все равно, — ровно откликнулся я.
Но я покривил душой. Мне не нравился этот заказ, и особенно тот факт, что взявшиеся за него веятари пропали без вести. Хотя, скорее всего, погибли, если за год их так и не нашли. Что-то с этим заказом не чисто, и браться за него я не хотел. Вот только, какие бы громкие не делала Лисса заявления, все равно все будет так, как она захочет, и спорить с ней лишний раз я не собирался.
Девушка прищурилась, внимательно меня оглядев, и покачала головой:
— Нет, не все равно. И, если тебе задание не нравится, так и скажи. Я не прямо рвусь за него взяться, так что вполне могу прислушаться к твоим аргументам.
— Я не против, — упрямо возразил я. — Задание не хуже прочих. И все равно его придется делать, раз уж ты настроена зачищать чужие отказы.
Мне совсем не понравилось то, как легко Лисса угадала, что я чувствую. Я не хотел быть для нее открытой книгой, прекрасно понимая, чем это может для меня обернуться.
Я не хотел быть уязвимым.
— Уверен? — недоверчиво осведомилась веятэ. — Заданий много.
— Уверен, — кивнул я, пряча недовольство собой.
Получив возможность повлиять на выбор веятэ, я пошел у нее на поводу, даже не попытавшись ее переубедить. И с одной стороны, это действительно ничего не меняло — сейчас или позже, но Лисса взялась бы за этот заказ. А с другой — возможно, закрутившись с другой работой, она вполне могла забыть про этот заказ. Или он мог исчезнуть из списка доступных заданий, ведь мы с каждым уничтоженным теларом постепенно растем в рейтинге. Но если я сейчас начну возражать, как я буду выглядеть в глазах веятэ? Как будто сам не знаю, чего хочу.