Любой ценой (СИ)
— Герр лейтенант! Мы нашли… — резко развернувшись, гауптман быстрым шагом направился в обход места взрыва в сторону кричавшего. За ним следом так же быстро шел Кром… — Вот, здесь недавно сделан подкоп. А там, недалеко, в лесу мы нашли землю, вынутую из этого подкопа.
— Хорошо, солдат… — Крейнер вопросительно посмотрел на говорившего.
— Ефрейтор Бринкман, герр гауптман.
— Хорошо, Бринкман, за усердие и наблюдательность вы заслуживаете поощрения. Краусс, позаботьтесь…
— Яволь, герр гауптман!
— Остальные мои распоряжения остаются в силе. Выполняйте. Если найдете еще следы, немедленно сообщайте мне.
— Яволь, герр гауптман!
— Хайнц, распорядитесь по передислокации заслонов и поехали. Нам нельзя терять времени.
— Яволь!
* * *В хорошем темпе мы отмахали даже не двадцать, а все тридцать километров. За весь путь сделали всего два коротких привала, чтобы разгрузить натруженные ноги, да восстановить дыхание. Даже Петренко и Поликарп Васильевич из общей массы старались не выбиваться, хотя и приходилось их буквально тащить за собой. Единственное, чего я боялся, так это того, что у старика не выдержит сердце. Но он — молодец, не жалуется. Постараемся в дальнейшем обойтись без таких перегрузок.
Прервал марш-бросок только звук движущихся где-то неподалеку впереди автомашин. Добрались наконец-то до дороги, ведущей в Мерефу. Судя по всему, замкнуть кольцо оцепления немцы не успели. А, может, они еще и не знают о случившемся? Взрывом наверняка уничтожило не только «Голиафы», но и основательно порушило близлежащие дома. Охранявшие МТС солдаты все равно располагались где-то неподалеку. Пошинковало их серьезно — к гадалке не ходи. Вряд ли кто-то сразу после взрыва метнулся с докладом. Но то, что мы «засветились» по полной программе, даже не вопрос! Для этого не надо быть семи пядей во лбу, достаточно сложить два и два. Умный специалист сразу просчитает. Придется опять что-то выдумывать.
Дорогу нам до вечера перейти при всем желании не удастся. От нее до ближайшего леса на той стороне метров триста-четыреста, если верить карте. Я не хотел бы так долго находиться на открытой местности днем. Даже если не будет машин — кому-нибудь да попадемся на глаза. Так что, пока «загораем» здесь, будет время поразмышлять на тему: как бы на моем месте поступили фрицы при имеющихся у них данных? Это еще успею, а сейчас надо бы взглянуть, кто и куда там катается. С нашей стороны от леса до дороги — рукой подать…
— Всем отдыхать. Хохол, займись охранением. Закончишь, пойдем на дорогу посмотрим.
— Есть.
Пока он озадачен, пойду-ка я, морду лица сполосну, да побреюсь, а то зарос, как дикобраз. Как раз рядом с нами ручеек протекает. Водичка замечательная должна быть. Это не мое время, когда относительно чистую воду только из-под крана и можно увидеть, да в лесных родниках где-нибудь в глуши. Не избалованы здесь пока люди благами цивилизации, портящими природу. Насколько я помню по рассказам и литературе, даже костры без дела не разводили, да еще и посередь леса. А уж о том, чтобы оставить огонь непотушенным, даже и речи быть не могло…
Привел себя в порядок, нанес на лицо «боевую раскраску» Глядя на меня, и остальные незанятые бойцы занялись тем же. А тут и Белый подоспел.
— Я готов, командир.
— Ну что, пойдем смотреть?
— Пойдем…
Подкрались к опушке леса, залегли. Машин пока немного, в основном пешие колонны. Точка наблюдения удачная. Дорога тут изгибается, в обе стороны просматривается почти до горизонта. Засаду в таком месте устраивать — милое дело, если грамотно к этому вопросу подойти. А это уже интересно! Скорее всего, связано с нашими вчерашними похождениями и сегодняшней их развязкой. Легонько толкаю Белого в бок:
— Хохол, смотри.
— Вижу. Поди, по нашу душу?
— Не удивлюсь…
По дороге в сторону Мерефы на приличной для этого времени скорости, надрывно воя двигателем, несется бронетранспортер. Ну, до чего же он похож на наш БТР-152! Может, только чуть формой отличается. Точнее наоборот: наша бронемашина схожа внешне с немецкой. Дорога проходит значительно ниже нас, поэтому отчетливо видно, что забит транспортер солдатами под завязку. Сверху торчит пулеметчик с MG. Не принято еще на броне ездить, да и не получится — крыши-то нет. У экипажа полная иллюзия защищенности броней. Гранатометы пока еще редкость. Извиняюсь: фаустпатроны, конечно. Да и кумулятивные заряды по-моему позже появились.
Следом за бронетранспортером мчится легковушка. В ней водитель и два пассажира. Через стекло плоховато видно, но, похоже — офицеры. В момент, когда машина поравнялась с нами, я почувствовал на себе чей-то чужой взгляд, судя по всему, как раз из нее. Ощущение было, как будто кто-то тщательно осматривает место, где мы лежим. Такое чувство посещало меня только однажды…
* * *Дело было в Грозном весной 1995 года. Нашей группе, находившейся в служебной командировке в этой «горячей» точке, была поставлена задача по борьбе со снайперами боевиков. Честно признаю — специалистами они являлись высококлассными. Во время активных боевых действий в Грозном даже умудрялись отстреливать на ходу антенны с бронетехники. Работать приходилось в основном в темное время суток. Днем снайперы где-то отсыпались, а ближе к ночи выходили на охоту. Один из них повадился из стоящей напротив девятиэтажки обстреливать нашу комендатуру. Да так, что пройти куда-либо, даже прячась за блоками, стало большой проблемой. А выходить все равно нужно. Народ на замену постов выдвигался, да и просто кому-то до нужника добраться приспичило. Некоторое время приноравливались, но потом уже коменданта заело. Пришел к нашему командиру. Пора, говорит, с этим что-то делать. До каких пор прятаться будем?
В один далеко не прекрасный вечер задались мы целью придавить гадину. Наша «Аврора» стояла во дворе комендатуры. Посадили мы задолго до заката в бронетранспортер оператора-наводчика. Еще одного человека ему в помощь дали. Стали выжидать и наблюдение вести. Долго сидели, пока, наконец, кто-то не вышел из здания. Темнота — хоть глаз выколи. Вот и подсветил себе кратковременно фонариком. Тут же — выстрел, да прямо в амбразуру и влетело. Хорошо, не зацепило никого. Вспышку выстрела в глубине комнаты засекли. Наводчик тут же и влепил туда очередь на пол-ленты из КПВТ. Патрон мощный, несущую стену панельного дома пробивает насквозь. Ну, думаем, готов! И точно, в эту ночь стрельбы больше не было. На всякий случай, утром сходили посмотреть, что натворили. Поднимаемся в квартиру — никого. Даже следов крови нет. Только дыры в стене впечатлили. Такие куски навырывало, что закачаешься!
Однако, следующей ночью — опять стрельба. Только уже из другой квартиры. И что с этим делать? Придется зачищать вручную. День выждали, а к ночи подготовились. Вышли группой из комендатуры со стороны, противоположной дому — через завод. Не спеша, постоянно оглядывая окрестности, вышли на прямую. А там — между комендатурой и нужным нам зданием еще и небольшой частный сектор имеется. Вот через него и двинули. Деревяшки прошли, дальше — пустырь, заросший бурьяном. Залегли, осмотрелись: вроде тихо. Я старшим группы был, полз первым. Заросли заканчиваются, до дома скоблиться еще прилично. И вот тут-то и пришло ко мне ощущение внимательного взгляда, прощупывающего все в районе нашего выхода. Аж зубы заныли. Не тянет меня на открытое место выползать и все тут! Как будто кто-то стоп-кран дернул. Не всегда кратчайший путь — самый верный. Подал своим ребятам знак: возвращаемся. Парни дисциплинированные. Раз приказано назад — значит, назад. Отползли на исходную, посовещались накоротке. Решили — в обход, как все нормальные герои. Так и поступили.
Снайпера мы взяли. Выдал его легкий шорох. Практически неслышный — на грани восприятия. И как только засекли? Не зря, видимо, говорят, что в момент опасности у человека обостряются все чувства. Забирая СВД, [63] глянул сквозь прицел. Верным было чувство! Место, где мы должны были из бурьяна показаться, просматривалось и простреливалось отлично. Да, еще и полная луна висела у стрелка за спиной. Такая вот история…