Дьявольские шутки

Из нас троих в чёрном ореоле смерти теперь стоял я, готовый в любую секунду закричать и приказать густому туману, окутавшему меня, навсегда от них избавиться. Чезаре хотел что-то сказать, возможно успокоить меня. Мирелла шагнула ко мне и протянула дрожащую руку. В её глазах застыл страх, но губы улыбались. Они думали, что смогут подчинить меня снова. Они были уверены, что для них не составит труда заставить меня вновь опуститься на колени и подставить спину под удары, ведь я был всего лишь ребенком.
Чёрный дым направился к Мирелле, захватил её в свои непробиваемые тиски и сжимал, сжимал, сжимал. Пока позвоночник не хрустнул в нескольких местах, пока она не повисла тряпичной куклой, а потом дым её поглотил. Мирелла Инганнаморте исчезла навсегда.
Чезаре был в ужасе от смерти жены, но в предвкушении от того, что сила достанется ему одному. Не успел он сделать ещё один вдох, как тонкие полупрозрачные пластины впились в его грудь, проходя насквозь.
Сила мучила его дольше остальных. Бросала из стороны в стороны, ломала руки и ноги, отрывала пальцы. А потом его сердце тоже оказалось у моих ног, и в моей жизни не было большего наслаждения, чем тогда.
Чезаре Инганнаморте был мёртв. Первый Дьявол в моей жизни исчез, и он сам был виноват в своей смерти.
К тому моменту, как я пришел в себя и осознал происходящее, от здания остался обугленный фундамент под ногами и запах гари. Энергия обратилась в огонь, который меня не тронул. Я был единственным живым, кто остался от дома Инганнаморте, и мне нужно было понять, как жить в мире, о котором я не имел ни малейшего понятия.
ГЛАВА 24
«ПЕРЕД СМЕРТЬЮ»
Едва «Пандора» причалила к берегам Сент-Люси, люди начали разбегаться в разные стороны. «Геката» призраком шла следом, окутывая все вокруг туманом, и маленький островок заволокло дымом, когда два корабля показались на линии горизонта. Кто-то ненадолго задерживался и с любопытством старался рассмотреть прибывших, но быстро менял свое решение и уходил. Ханна спустилась на сушу первой, упёрла руки в бока и довольно усмехнулась. В Сент-Люси она не была ни разу, но не могла сказать, что этот город сильно отличался от других в её глазах.
Вторым спустился Монро, остановился рядом с гадалкой и без стеснения вылупился на последнего оставшегося рядом с портом худощавого мужчину. Мужчина взгляда не выдержал и поспешил скрыться.
— Ну что за трусливый народ! — воскликнула Ханна, краем глаза заметив стремительный побег незнакомца. А потом схватила Монро под локоть и потащила вперед. Оба знали, где находился дом Эйлерта Лира. Там их уже ждал Риган. — Ты уже переместил Рагиро в дом Лиров? — спросила ведьма, оглядываясь по сторонам с явным интересом.
— Да, — только и ответил Монро, стараясь поспеть за быстрым шагом Ханны.
Грэм и Олден проводили их взглядами и тоже спустились на берег. Кто-то из команды последовал их примеру, кто-то не спешил и оставался на борту корабля. Вся команда Рагиро, которая временно находилась под руководством Летиции, столпилась у борта, но на сушу упорно не сходила. Ни спрашивать, ни предлагать что-то им никто не стал.
Эйлерт ни разу не вышел из каюты, и его не тревожили. Но когда одна половина разошлась, а другая удобно устроилась кто на корабле, кто рядом, он, наконец, подошёл к Грэму и Олдену. Ему тоже было чуждо видеть родной город, объятый плотным белым туманом. За это время он не смог к нему привыкнуть.
— Он так и не пришел в себя? — коротко спросил Грэм, и Лерт в ответ только покачал головой и молча указал в сторону своего дома, намекая, что им тоже пора идти.
За всю дорогу они не произнесли ни слова. А когда подошли к дому, даже не переглянулись.
Встревоженная Нала с порога заключила в объятия всех троих и не желала отпускать до последнего. Откуда у женщины её возраста было столько сил, не знал никто, но выглядела она весьма воинственно, особенно с кухонным ножом в руке. Лерту показалось, что его мать с радостью пошла бы бороздить моря вместе с отцом, если бы Нельс ей позволил. А если бы сам Эйлерт позволил ей воевать с Морским Дьяволом, она бы и это сделала.
 
Грэм выдохнул и устало улыбнулся Нале. Олден тихо добродушно рассмеялся вместо приветствия. Оба были бесконечно рады видеть мать Эйлерта, ведь более доброй и понимающей женщины они не встречали. Низкого роста со светлыми кудрями и нахмуренным выражением лица она выглядела младше своего возраста.
— Что ты, что твой отец! Ни слова от вас не дождёшься! — с притворным недовольством воскликнула Нала и рассмеялась, снова обнимая сына. — Наконец-то ты вернулся. Знаю-знаю, ненадолго. Риган мне уже всё рассказал. И про Рагиро, и про… Морского Дьявола… — последние слова она прошептала и сразу стала серьёзнее и печальнее.
Эйлерт только в этот момент заметил позади матери Ригана и Ханну с Монро, стоявших по обе стороны от мужчины, словно стражники. Выглядело это забавно, если брать во внимание вызывающий внешний вид Ханны и неряшливый — Монро. Это невольно вызвало улыбку.
— Риган сказал, что ты хочешь его победить. Морского Дьявола, — также тихо продолжала Нала, крепче сжав в руке нож. Она поджала губы, прикусила их и склонила голову на бок в немом вопросе.
Эйлерту очень хотелось её успокоить, но успокоить было нечем.
— Риган сказал тебе правду, — неохотно подтвердил Лерт. — Я хочу выступить против Морского Дьявола и победить его.
Нала и так знала, что врать ей никто не стал бы, но одно дело услышать подобное от Ригана и совсем другое — от Эйлерта. Пусть Риган стал частью семьи, его слова не имели для неё той ценности, которую имели когда-то слова мужа и сейчас слова сына.
— Я знаю, что тебе не нравится эта идея, но…
— Но море ты всегда любил больше, чем меня. Как и твой отец, — Нала улыбалась, но в голосе звучала неприкрытая грусть.
Монро и Ханна тихо скрылись за поворотом на кухню, Грэм с Оледном последовали за ними.
— Дело не только в море, — Эйлерт не рассчитывал, что этот разговор будет настолько сложным. Обижать мать не хотелось, но и выдумывать что-то он не собирался. — Дело в Рагиро. Дьявол забрал у нас тринадцать лет. Для кого-то такой срок — целая жизнь. Я не могу оставить все, как есть, не могу бросить Рагиро, когда ему так нужна моя помощь. Да и избавиться от того, кто пугает одним своим упоминанием всех моряков, тоже идея неплохая. Ты так не думаешь?
Нала украдкой вытерла слезы.
— Да, дорогой. Я тоже думаю, что идея неплохая. Отец тобой гордился бы, — её улыбка стала искреннее, а голос — немного бодрее и громче. Только Эйлерту от упоминания Нельса стало больно. — Пойду проверю, как там Рагиро.
И Нала направилась в спальню, куда Монро перенёс Рагиро с «Пандоры».
— Она права. Нельс гордился бы тобой, будь он здесь, — мягко произнёс Риган. Лерт ничего на это не ответил, сделав вид, что не обратил на слова Ригана и Налы никакого внимания, но на самом деле он старался не обращать внимания на сжимающееся сердце. — Юшенг и Райнер ждут на кухне. Джия тоже решила присоединиться к Юшенгу. Изэль, не спрашивая разрешения, пробралась на корабль. Сказала, что хочет отомстить за мать, так что она тоже здесь.
Эйлерт и Риган прошли на кухню: Юшенг показывал Грэму какие-то бумаги, и Лерт разглядел там чертежи оружия; Ханна и Монро наперебой рассказывали что-то явно скучающему Райнеру; Олден обнимал Изэль и что-то шептал ей на ухо, а она тепло улыбалась и точно радовалась его присутствию. Было похоже на встречу старых друзей, если бы не причина, по которой они собрались.
— Не думал, что у тебя действительно получится спасти его, — тихо сказал Райнер, встретившись взглядом с Эйлертом. Все замолчали, устремив свои взгляды на вошедших.
Лерту вдруг нестерпимо захотелось ударить Райнера, и сдерживать себя он не стал. Чувствуя, как злость растекалась по всему телу, он преодолел расстояние между ними и врезал кулаком по лицу. Все замерли, не произнося ни слова. Райнер усмехнулся, вытерев проступившую на губе кровь: не сказать, что реакция Эйлерта стала неожиданной для него.