Псих. Сила есть, ума не надо (СИ)

— Вы готовы пожертвовать всеми, но не собой, — сокрушенно покачала головой Луиза. — Вы ищете оправдание своим поступкам, но их нет. Вы самый обычный подлец и мерзавец!
— Ну да. Конечно, — с ядовитой иронией высказался граф. — Это ведь я собрался воевать с соседями, а не ваш отец. Это ведь я собрался отдать вас замуж за брата вашей матери. Это ведь я, а не ваш брат, решил устроить переворот. И да. Это я настолько достал все соседние страны, что они готовы в любой момент вцепиться нам в глотку. Так?!!
— Ваше вранье не сделает вас правым, — с вспыхнувшей яростью четко процедила принцесса. — Если вы не врете, то верните меня обратно в столицу! Я сама увижу правду! И если вы не соврали, то я сама приду к вам и надену ошейник! Но вы так не сделаете. И знаете, почему? Да потому, что все что вы сказали — это наглая ложь!
— Ха. Да вы, я смотрю, в ударе, — усмехнулся язвительно граф. — Не считайте меня идиотом. Не для того я готовился, чтобы в итоге понадеяться на вашу честность. Вы и так потом узнаете и увидите правду. Вопрос только, в каком качестве. В качестве сломленной и поехавшей на наркотиках шлюхи, или в качестве умной и расчетливой рабыни.
— Как по мне, разницы нет, — равнодушно пожала плечами принцесса. — Так что хватит играть в ваши игры. Хотите сделать меня своей игрушкой? Делайте. Вводите свой наркотик и делу конец. Незачем мучить Саманту и Анастасию!
— Хороший ход, — успокоившись и взяв себя в руки, спокойно произнес граф. — Но он не сработал. В общем, вы теперь знаете, что и как будет. Хотите остановить? Вот ошейник. Как только примените его, я об этом узнаю, — граф бросил ожерелье под ноги принцессе. — Стоит вам только его надеть и активировать, как мои слуги тут же остановят процедуру. Все. Дальше продолжать разговор бессмысленно. У меня и без вас полно дел в столице.
— Я никогда его сама не надену! — громко заявила принцесса в спину уходящему графу.
— Если вы настолько категоричны, то почему не подняли его и не запустили в меня? — остановившись на мгновение возле выхода из зала, спокойно произнес граф, повернувшись и пронзительно посмотрев прямо в глаза принцессе.
Луиза хотела было что-то сказать, но не смогла. Граф же победно хмыкнул и вышел. Принцесса перевела взор на ожерелье, потом на свои руки, а после на входящих в зал слуг графа. Она очень сильно хотела поднять эту мерзость и запустить в лицо ублюдку, но не смогла. И потому сама себя сейчас с истерикой спрашивала.
— Почему? Как так? — очень тихо прошептала Луиза. — Неужели он прав? Я уже сломлена?
— Нет! — раздалось категорическое отрицание рядом. — Не все потеряно! Есть еще выход!
— Настя? — растерянно обернулась к своей служанке Луиза. — О чем ты?
— Я… я… я… знаю, что нужно сделать, — с дрожью в руках высказалась Анастасия, бросила взгляд в сторону лежавшего под грудой металла узника в соседней камере и решительно добавила. — И сделаю!
— Да, но… — начала было Луиза, но тут же умолкла.
Было уже поздно что-либо говорить. Анастасия приняла свою звериную форму, а ее одежда опала на пол. Из кучки вещей выбрался лисенок и с фанатичным блеском в глазах устремился в камеру к закованному узнику. Принцесса тут же очнулась и, решительно развернувшись, подошла вплотную к решетке. Если Анастасия решила ей помочь, то нужно и Луизе постараться отвлечь внимание слуг графа на себя.
Но видя, что слуги графа не обращали на нее внимания, а вносили в зал зловещий станок, Луиза решила подстраховаться. Бросив быстрый взгляд в сторону закованного узника и убедившись в том, что Анастасия в форме лисенка спряталась за опорой стола, на котором этот самый узник лежал, принцесса не торопясь подобрала одежду служанки и отправилась к проходу в жилые комнаты.
Оставив на кровати одежду Анастасии, она вернулась обратно. На всякий случай она ещё нажала на показанный ранее камень внутри своей камеры. Тот самый камень, который открывал и закрывал проход в их жилище. Ну а если кто из слуг графа спросит, где Анастасия, то она просто скажет, что не хочет, дабы та видела, как мучают ее подругу. Вряд ли кто-то станет проверять ее слова.
 
Впрочем, слугам графа явно было не до принцессы и ее служанки. Они спешно возводили посреди зала зловещее приспособление. С виду все детали были сделаны из дерева, обитого кожей, но судя по четырем креплениям на концах некоторых брусков, несложно было догадаться, для чего предназначен данный станок. Видимо именно на нем собирались закрепить бедную Саманту, а после приступить к своему мерзопакостному делу.
Луиза очень сильно надеялась, что Настя все-таки успеет пробудить узника до того, как ей придется надеть ошейник. Да. Принцесса собиралась тянуть как можно дольше, но если у Анастасии не выйдет, ей придется пойти на поводу у графа. Смотреть, как насилуют Саманту и делают из нее наркоманку, она не собиралась.
Понимала ли принцесса, к чему подобное приведет? Понимала. Отлично понимала. Если граф соврал, то ее решение фактически поставит под угрозу жизнь близких ей людей. Но с другой стороны, если он не соврал, и Людовик действительно замыслил переворот, то она себе никогда не простит того, что сотворят с Самантой. Хотя в этой части Луиза врала сама себе. Она в любом случае не смогла бы выдержать насилие над своей фактически подругой Самантой. Та давно уже из простой охранницы превратилась в очень близкую подругу.
Особенно четко Луиза это осознала, когда в зал занесли Саманту. Та явно была без сознания. Слуги графа ловко раздели бедную девушку догола, и распяли на приспособлении животом вниз и головой в сторону принцессы, закрепив ее руки и ноги с помощью зажимов. После этого один из слуг поднес к носу Саманты пузырек. Хватило всего одного вдоха, и девушка тут же пришла в себя.
— Что… за… — зло прорычала она, пытаясь хоть как-то освободиться.
— Ваше Высочество, мы готовы, — спокойно произнес слуга, обращаясь к принцессе. — Вы будете надевать ожерелье, или нам приступать?
— Луиза⁈ — удивленно воскликнула Саманта, явно не понимая, что здесь происходит. — Ты жива⁈
— К сожалению, да, — обреченно вздохнула принцесса, с болью глядя на свою подругу.
— Вы наденете ожерелье? — между тем воспринял этот ответ на свой счет слуга.
— Какое, на хрен, ожерелье, урод⁈ А⁈ Освободи меня, и я сама на тебя ожерелье одену! — моментально встрепенулась Саманта, изо всех сил пытаясь освободиться. Вот только ее попытки были тщетны.
— А вам уже пора немного помолчать, — раздраженно произнес слуга и кивнул другому. Тот тут же ловко всунул круглый кляп в рот Саманте, а затем с помощью завязок закрепил его на затылке девушки. — Вот теперь намного лучше.
— Ммм… мммм… мммм… — замычала и завертела головой Саманта, но так и не смогла освободиться от кляпа.
— Итак, Ваше Высочество. Я слушаю ваш ответ, — повернулся в сторону принцессы тот же самый слуга, видимо главный во всей этой компании.
По сути, сейчас в зале возле приспособления, на котором закрепили Саманту, находились пять слуг графа мужского пола, и еще вошли пятеро здоровенных орков. Они были под два с чем-то метра ростом и больше метра в ширину. Здоровые бугаи.
— Хорошо, — медленно и обреченно произнесла принцесса. — Я надену.
— Что вы делаете, Ваше Высочество? — недоуменно спросил слуга, глядя, как принцесса начала что-то высматривать в своей камере.
— Ищу, куда ваш граф кинул это самое проклятое ожерелье, — изобразив растерянность и сосредоточенность, заявила принцесса.
— А по-моему, вы зачем-то тянете время, — задумчиво протянул слуга и тут же строго спросил. — А где ваша служанка?
— Вот! Нашла, — изобразив, что подбирает ожерелье с пола камеры, воскликнула принцесса, стараясь хоть еще немного затянуть время. После чего продемонстрировала свою «находку» слуге. — Вот, видите? А вы мне не верили. Ничего я не тяну.
— Хорошо, — успокоившись, кивнул слуга. — Надевайте.
— Секундочку, — ковыряясь с застежкой ожерелья, сосредоточенно произнесла принцесса, тут же добавив. — Может вы накинете хоть что-нибудь на Саманту? Я все равно уже почти надела его.