Смугляночка для бандита (СИ)

Да, мне никто не был нужен… Никто. До того самого дня, когда я стал просто одержим ею.
Она была другой, маленький смуглый огонек, который совершенно неожиданно ворвался в мою жизнь, проник в самое сердце, как солнца луч.
Она была другой, не такой, как соседские девчонки, которые смотрели на меня с обожанием, прихорашивались для меня, мечтали, что я обращу на них внимание. Ей не было ни до кого дела. Она была такой же одиночкой, что и я, своенравной и независимой. Ее пылкий взгляд меня моментально свел с ума, но он задержался на мне всего на секунду. А я хотел, чтобы эта девочка опять на меня посмотрела… Нуждался в этом.
Я не хотел этого делать, но мои руки машинально бросили мяч в ее сторону. Любая другая на ее месте все равно с обожанием бы на меня смотрела и вернула бы этот чертов мяч на блюдечке.
Но только не Микки. Эта черноволосая девочка с угольными глазами покорила меня своей непокорностью, своим сильным характером, своей колкостью! Я влюбился в нее в ту же секунду.
Когда девчонка скрылась за дверью своего подъезда, пацаны долго возмущались, что из-за нее мы теперь не сможем сыграть в футбол. А мне было плевать… Игра, дарившая мне успокоение и наслаждение, отошла на второй план. Весь мир отошел на второй план.
Мне хотелось снова увидеть эту необычную девочку, которая покорила меня с первой секунды. И я, словно очарованный ею, не мог ни есть, ни спать, все мои мысли были заполнены только этой девчонкой, с таким же невероятным именем, как и она сама – Микаэла.
Я стоял под ее окнами, надеясь увидеть. Я не стеснялся того, что испытывал, потому что мои чувства казались такими естественными, какими-то необходимыми для меня. Мне было плевать, кто и что обо мне подумает… Мне нужна была только она.
И я пытался произвести на нее положительное впечатление. Я хотел завоевать ее, покорить… И я видел в ее глазах, что не безразличен ей.
Тогда у меня появилась еще одна мечта – быть с ней. Но как оказалось, несбыточная.
***
В тот вечер я возвращался домой после встречи с Микки. Мой мотоцикл заглох, и я его просто толкал. Но мне не было тяжело… Я чувствовал странный прилив сил и энергии, я был не просто увлечен ею, как это часто бывало раньше с глупыми малолетками. Я на самом деле влюбился. И я не мог ее потерять, она была мне нужна, как воздух.
Понимал, что она еще слишком маленькая. Понимал, что совсем скоро она уедет. Но я готов был ждать сколько угодно, лишь бы она дала мне надежду. Я любил ее… Я не переставал ее любить ни на секунду с того самого первого дня, когда она такая яркая и необычная появилась в моей жизни.
-Нет! Нет, пожалуйста! Отпустите, меня! Я никому не скажу, пожалуйста! – где-то вдали послышался женский крик.
«Это меня не касается, это меня не касается…» - повторял я себе. – «Обычные семейные разборки. Потом проблем не оберешься!».
-Заткнись, тварь! – услышал я чей-то мужской голос, после чего последовал громкий треск пощечины.
«Рома, это тебя не касается».
-Пожалуйста! Отпустите! Нет!!! Помогите, кто-нибудь… - неужели никому не было дела до умоляющего крика этой девушки! Я уверен, ее многие слышали. Многие! Но никто не хотел вмешиваться.
А я не мог просто стоять, пустив все на самотек. Даже если это, действительно, просто семейные разборки… Никто и никогда не смеет обижать женщин! Даже если они сами нарываются, даже если они сами виноваты. Мужчина – не мужчина, если он посмел поднять на кого-то руку.
Я вмешался… И это вмешательство стоило мне многого. Из-за этого вся моя жизнь пошла наперекосяк. Но окажись я в том месте и в то же самое время еще раз, я поступил бы точно также.
Бросив мотоцикл на землю, я помчался к источнику звука. Какой-то урод тащил перепуганную брюнетку в свой дорогой джип. Мне было плевать, кто он, мажор или обычный пацан с района. Для меня он был дерьмом, посмевшим прикасаться к девушке, которая была против этого.
Я налетел на него с кулаками, насрав огромную кучу на возможные последствия. Удар за ударом, это чмо, наконец, упало на землю, а я продолжал колотить его, несильно, чтобы он не вырубился, а все понимал. Но лежачего не бьют, поэтому уже после нескольких ударов я остановился и встал на корточки.
 
-Ты об этом еще пожалеешь, скотина! – угрожал мне этот недомужик.
-Пошел ты, урод. С девушками нужно по-другому знакомиться.
-Это моя бывшая, и я сам решу, как и с кем мне общаться! – вытерев кровь с разбитой губы рукавом пиджака, парень поднялся и, прихрамывая, поковылял к своему джипу. – До встречи, придурок… Ты выиграл сражение, но не войну.
Его угрозы меня не особо напугали. Если честно, я даже не принял их во внимание. Но зря… Разве можно ждать чего-то хорошего, или хотя бы более менее нормального, от человека, который так ведет себя с девушками!
Уже утром я пожинал плоды своего ночного «приключения». Я только встал с постели и заварил чай, когда в дверь кто-то позвонил. Бабули, слава Богу, тогда не было дома, она ушла на рынок за свежими овощами и фруктами. Это была полиция.
-Морозов Р.И.? – спрашивал участковый при исполнении.
-Да, это я… - не понимая, что от меня хотят, я нахмурил брови и встал в позу надутого индюка.
-Потерпевший Акульев А.Р. подал на Вас заявление, обвиняя в причинении телесных повреждений. Вы задержаны до выяснения обстоятельств…
-Это шутка какая-то? – если честно, я даже в этот момент не думал, что все это серьезно.
Но на меня надели наручники и, как последнего БАНДИТА, увели в полицейскую машину. Несколько дней я провел в следственном изоляторе, меня пару раз допрашивали, но я продолжал твердить о том, что я спасал девочку, которую этот Акульев пытался склонить к сексуальным действиям без ее согласия на это.
Я не признавал своей вины. Да и не был я ни в чем виноват. Однажды, во время одного из допросов, не для протокола следователь мне сказал, что не тому парню я в морду дал. Его отец – какая-то там шишка, и у него большие связи. Так что теперь меня будут судить по высшему разряду.
В тот момент я рассмеялся, как ненормальный! Это было нервное…
Я уже несколько дней не видел Микки. Ко мне даже бабулю не пускали. Видимо, боялись, что родные смогут на меня как-то надавить, скажут ничего не подписывать, не знаю…
Но у меня тоже были связи. Не такие серьезные, как у этого гада Акульева. Но были…
Отец Семы, одного из моих друзей, как я называл, из прошлой жизни (еще со времен школы), был военным. Бабуля его практически умоляла мне помочь. И он, действительно, пытался…
Правда, полностью отмазать меня не удалось. Но вместо трехлетнего срока, который мне обещали, дядя Вадим договорился с Акульевым-старшим, что я пойду служить в армию, после чего буду обязан подписать контракт на службу в горячих точках. Это было практически самоубийством, чувствовал себя камикадзе, но в тот момент это казалось лучшим. Ведь на военных смотрят с почетом, а на бывших зеков…
Я не знал, как рассказать об этом Микки. Прощание – самое сложное. У меня было всего несколько дней до призыва. Я надеялся, что проведу их с ней, а потом все расскажу, признаюсь, а дальше, будь что будет…
Но она уезжала. Так было даже лучше. Долгие проводы – лишние слезы. Только неприятное предчувствие не давало мне покоя.
Я понимал, что, скорее всего, больше никогда ее не увижу. Я, действительно, думал, что не вернусь домой. И я считал, что так будет лучше. Незачем давать ей бессмысленную надежду. Хватит того, что я буду жить этой надеждой, столько, сколько удастся… Столько, сколько мне будет отведено.
Но когда их машина отъехала, и я увидел огромное пятно на асфальте, я заподозрил неладное. Погнался за их автомобилем. Я никак не мог догнать их на своем помотанном жизнью драндулете. Прямо на моих глазах их машина упала в реку.
Я с малых лет боялся воды, потому что однажды чуть не утонул в озере. Но теперь мне было все равно… Инстинкт самосохранения – это не про меня, когда дело касается Микки. Я бросился в воду, понимая, что могу утонуть. Но иначе не мог…