Барон (СИ)

Наконец баронет решился и бросился в атаку. Частые и мощные удары посыпались на меня со всех сторон: сверху, сбоку, по диагонали. Пожалуй, только по ногам мне Демар не пытался удар нанести. Это ему минус, кстати.
Я изобразил скучающий вид и, даже не сходя с места, спокойно парировал его удары. Для меня молодой дворянин был слишком предсказуем и медлителен. Еще один его козырь — сила, со мной тоже не работал.
Я был намного сильнее. И если каждый удар Демара буквально сотрясал моего оруженосца, то об мои отбивы Ланс отсушил руки, наверное, в первую минуту.
Я же, насмотревшись на то, что Ланс не щадил Мабона, именно отбивы и использую, на время забыв об отводах и уклонении. Понимаю, что баронет старается на меня впечатление произвести, но немного «опустить его с небес» стоит.
Учитываю еще то, что присутствуют зрители. Причем не только мои бойцы, которые и так знают, что я из себя представляю, но и посторонние воины, которые прибыли сюда, чтобы устроится ко мне на службу. Как раз удобный момент, чтобы продемонстрировать перед ними свои умения.
Авторитет командира в среде воинов зарабатывается не только фехтовальным мастерством и умением управлять войсками. Справедливость, щедрость и удача — тоже обязательные спутники командира. За такого командира его солдаты порвут любого. И про которого, состарившись, будут с гордостью рассказывать своим детям и внукам. Хотелось бы мне стать таким командиром для своих бойцов.
Я мог бы в течение нескольких секунд закончить бой победой, но решил устроить небольшой спектакль. Выдал что-то в стиле китайского фильма о кунг-фу: высокие прыжки, шпагаты и прочую клоунаду. Пришлось лишь в завершающей стадии удары придерживать, чтобы все не закончилось слишком быстро.
Мне для этого хватило бы и скорости, и силы, и выносливости. Да еще и мечи у нас были короткие. Лепота! Абсолютно неэффективно, но очень, очень эффектно. Уже через минуту вокруг площадки восхищенно орали и мои бойцы и, обычно показательно невозмутимые, расены с махаратшцами.
Добившись желаемого впечатления и совершенно дезориентировав соперника, я сильным ударом выбил у него из рук меч, подсечкой с разворота (некоторые, делая загадочное лицо, называют этот прием «хвост дракона») обрушил Ланса на землю и мечом обозначил сокрушительный удар в голову. Иппон!*
* — самая высокая оценка, которой боец может достичь в боевых искусствах, как правило в таких как дзюдо, карате или джиу-джитсу.
Вокруг просто рев стоит, а лица Мабона и Буеслава прямо светятся от удовольствия. Какое же решение принять по молодому баронету? Он кажется мне смелым, немного наивным, пока не умеет контролировать свои эмоции, зато неплохо фехтует и терпеливо переносит боль. Не любит проигрывать и не сдается до последнего. Попробую дать ему шанс.
Я посмотрел в ошарашенные глаза лежащего на спине Демара и протянул ему руку:
— Поднимайтесь, баронет. Хороший бой.
— Какой же, хороший? — растерянно пробормотал Ланс, ловко поднимаясь на ноги и начиная отряхиваться.
— Ну, а что вы хотели? Всегда есть кто-то, кто окажется сильнее, — спокойно ответил я Демару.
— Даже сильнее вас? — хитро стрельнул в меня взглядом Ланс.
Я тут же вспомнил, что в момент встречи со своим наставником по фехтованию на полуторных мечах, он был сильнее меня в этом умении. Но промолчал.
— Наверняка где-то есть такой воин, но мне он пока не встретился, — под хохот окружающих ответил я Демару. — Предлагаю вам службу в тяжелой кавалерии у баронета Агро Кедрика.
— Но… — Ланс беспомощно оглянулся на свою клячу.
— Лошадь и вооружение получите от меня, — успокоил я его. — Но не сразу. Дестриэ — это большой дефицит и пока придется пользоваться другой лошадью, попроще.
— Но вашу мы конечно сразу же заменим, — я продолжил под сдавленные смешки. — А вот вооружение я вам предоставлю в ближайшее время. Так вы принимаете мое предложение?
— Почту за честь, — баронет снял шлем и поклонился.
— Хорошо. Остальное обговорите с корнетом Кедриком, — и я указал Демару на Агро, а сам повернулся к Тессену. — Капитан, зовите старшего махаратшцев.
 
Элдор махнул рукой и ко мне подошел один из воинов султаната. Спокойное коричневое обветренное лицо, черные вьющиеся волосы, темные глаза. С возрастом я не разобрался. Вижу, что не двадцать кругов, но вот сколько точно?
Командир отряда всадников был среднего роста, одет в кожаный ламинарный доспех, а в руках держал железный шлем с белым бурнусом. Взгляд дерзкий, но без излишней наглости.
— Сиятельний хедив*, — воин выполнил поклон и замер в ожидании.
* — хедив — владелец феода в Султанате Махаратш.
Говорит на староимперском махаратшец с акцентом, но более мягким, чем, например, рычащий акцент тилинкитов. Я уже неоднократно встречался с выходцами из султаната и все эти непроизвольные замены «ы» на «и», «ч» на «ш» и частая подмена «о» на «а» меня не смущают. Вполне понятная речь.
— Как тебя зовут и с какой целью ты со своими людьми прибыл в мои земли?
— Сиятельний, меня завут Аббас, — еще раз поклонился махаратшец. — Мой атряд «Степние волки» — эта опитние наемники. Уже многа кругов ми служим разним хедивам, о маем атряде знают во всех гильдиях наемникав. И клянусь, никто не скажет о нас плахого слова.
— Больше десяти кругов жизни Судьба носит нас па землям Этерры, — продолжил Аббас, видя, что я его не перебиваю и внимательно слушаю. — Маи люди устали ат странствий и хатят наканец найти Дом.
— Почему же тогда не Махаратш? — мне действительно стало интересно, ведь Султанат — это их родина.
— Ми умеем толька воевать, а дома многа таких, как ми, — немного подумав, все же честно ответил Аббас.
А на мое задумчивое молчание быстро добавил:
— Зато здесь — ми лютшие.
— Хмм, посмотрим, — я с трудом удержался от улыбки, все-таки смешной говор у махаратшцев. — Покажите мне свои умения.
— Ми гатови, — Аббас указал рукой куда-то мне за спину.
Я обернулся туда, куда указывал махаратшец, и увидел в поле множество установленных мишеней. Из соломы изготовили человеческие фигуры и расставили их в поле на разном расстоянии и высоте, имитируя пеших и конных противников. Да уж, хорошо ребята подготовились!
— Погоди, Аббас, — остановил я его. — Покажи мне сначала своих воинов.
Командир конного отряда поклонился, что-то гортанно крикнул своим бойцам и, на ходу надевая шлем, бросился к лошади. Махаратшцы ловко взлетели в седла и быстро выстроились в одну шеренгу.
Я тоже сел в седло и подъехал к строю наемников. Следом ехала моя свита, а кирасиры Кедрика выстроились напротив махаратшцев. Бойцы Аббаса меня приятно удивили. Я ехал вдоль строя и с удовольствием рассматривал вооружение и лошадей наемников.
У меня сложилось такое впечатления, будто вижу перед собой регулярную конницу султаната. Ламинарный кожаный доспех, железные шлемы с белыми бурнусами, баклеры, легкие копья, сабли(!), кинжалы, боевые кнуты и арканы, дорогие, даже на первый взгляд, композитные луки.
Лошади молодые и ухоженные. Конечно, в сравнении с моим Туманом, на котором я сегодня решил выехать, они смотрелись как миноносцы против крейсера или пикапы в сравнении с танком. Но ведь и требования к ним совсем иные. У легкой конницы совсем другие задачи, чем у тяжелой кавалерии. Невдалеке от отрядов южан и расенов виднелись их обозы: целый ряд повозок и десятка три заводных лошадей.
— Мне нравится то, что я вижу, Аббас, — честно сказал я командиру наемников. — Теперь покажите, как вы всем этим владеете.
— Да, сиятельный, — лицо махаратшца озарилось хищной улыбкой.
Дальше я, как и остальные присутствующие, выступал в качестве зрителя. А махаратшцы — в качестве актеров. Не хуже, чем я в спарринге с баронетом Лансом Демаром. «Спектакль» был хорош всем: и мастерством «актеров», и тем, как четко они выполняли приказы своего командира.
Вначале махаратшцы закрутили «хоровод», на ходу поведя обстрел из луков. Большинство стрел четко ложились в цель, превратив первый ряд соломенных мишеней в «ежиков».