Барон (СИ)

У взводных они поперечные, у ротных — продольные. У командира моего полка и его заместителей — конские хвосты, свободно ниспадающие с навершия шлема до лопаток.
Цветовая дифференциация тоже присутствует. И нет, не штанов, хе-хе. А этих самых гребней на шлеме. У кавалерии — синие, у стрелков — красные, у пехоты — черные.
У командира полка — отдельная «песня». Ему гребень на шлеме выкрасили в золотой цвет. А у его заместителей — согласно того рода войск, за который они отвечают. Но, что-то я отвлекся. После того, как доспехи предстали перед взором присутствующих, в зале раздался восхищенный гомон.
— Этот доспех специально для вас, Ваше Величество, — указал я на сияющую в бликах огня «лорику сегментату», а затем на посеребрённый комплект. — А это для вас, Ваше Высочество.
Я обратился к старшему принцу, не боясь ошибиться. Ярополк очень отличается от младшего брата. Он высок и могуч, в отличие от хрупкого и стройного Белозара.
Венцеслав I дал сигнал слугам, чтобы они поднесли подарки ближе, по-простецки поднялся с трона и взял в руки бликующий золотом доспех.
— Что скажешь, сын? — спросил король своего наследника.
Ярополк подошел к отцу и стал внимательно рассматривать оба комплекта.
— На первый взгляд, хорошая работа, отец. Но я бы хотел посмотреть, как бронь держит удар, — голос старшего принца оказался таким же «командирским», как и у отца.
Я немного занервничал. Не думал, что такую красоту захотят сразу испортить. Надеюсь, броня готовящееся испытание выдержит. Правда, инкрустацию все-равно повредят, это без вариантов. Хотя… это теперь проблемы тех, кому доспех подарили. Мои заботы теперь в том, чтобы меня подаренная броня не подвела, а то неприятно получится.
Тем временем Ярополк отдал доспехи слугам, что-то шепотом им приказал и снова вернулся за спину родителей. Король вернулся на трон и сделал мне знак продолжать, а я приказал поднести следующие подарки. Они предназначены для королевы и ее дочери.
Слуги вышли вперед и представили перед взором королевской семьи два подноса, которые сами по себе являются произведениями искусства. Расписные, на природную тему, подносы из благородных пород дерева, украшенные по краям искусной резьбой, полудрагоценными камнями и мелким жемчугом.
На обоих подносах лежат по паре подарков: зонт и веер. Вееры костяные, украшенные мельчайшей резьбой и мелким жемчугом, а у зонтов ручки обильно украшены золотом и драгоценностями.
«Жаба» конечно меня давит неимоверно, но я твердо рассчитываю на «отдарки», так уж здесь заведено. Король в подобной ситуации просто не может не отдариться достойно, согласно своего статуса и полученных от меня даров.
— Ваше Величество, Ваше Высочество, — я попытался изобразить «сладкую» улыбку Стаса Михайлова.
Как всегда, это у меня не получилось. Не с моей рожей. Королева с принцессой лишь вздрогнули и чуть заметно поморщились. На меня они смотрели, как на плохо дрессированного медведя, зато на подарки — с большим интересом. Ну и ладно, я вроде как уже и привык.
— То, что вы видите, это удобные аксессуары для прекрасных дам… — я подробно показал и рассказал королеве и ее дочери, в каких случаях и как используются зонт и веер.
В ходе моего рассказа у тронного возвышения каким-то непостижимым образом собралась женская часть присутствующих в зале аристократов. Глазки дворянок горели от любопытства.
— Эта мода зародилась в Варнии и уже распространилась среди наиболее искушенных в искусстве и этикете соседей нашего королевства — Рении и Эсфальде, — я попытался сильнее разжечь любопытство, но и не скатиться до уровня коммивояжера.
— Поморы и расены, как обычно, в освоении новинок моды запаздывают, — я с намеком, смешно подвигал бровями.
Губы королевы Медеи тронула чуть заметная улыбка, а вот остальные дамы открыто захихикали. Тут простой человеческий опыт. Приятно ведь, что тебя считают более просвещенным, чем твоих соседей, а тем более открыто об этом говорят?
Слава Предкам, что получилось обойтись полунамеком. Ведь на самом деле, я с уважением отношусь как к расенам, так и к поморам. И если бы присутствующие дворяне не поняли легкого намека, я продолжать бы не стал. Но они поняли.
 
— А еще в высшем свете существует целая система знаков и сигналов, которые может подать дама с помощью веера интересующему ее кавалеру, — я со значением обвел взглядом окружающих меня дам.
После этих моих слов интерес «прекрасной половины человечества» только увеличился и со всех сторон послышались реплики: «…вы должны об этом рассказать… как романтично… покажите нам эти знаки…»
— Позже, — после этих, вроде бы негромко сказанных Медеей, слов вокруг воцарилась тишина.
Поняв, что больше ничего говорить королева не собирается, я подал очередной знак. Слуг, демонстрирующих веера и зонты, сменили двое других. Один слуга представил книгу в дорогом кожаном переплете, другой — костяной ларец, украшенный искусной резьбой.
— Ваше Высочество, — обратился я к младшему принцу Белозару. — О вашей учености известно даже у нас в Варнии. Поэтому я позволил себе подобрать соответствующие подарки.
— Это и это, — я указал рукой на книгу и ларец. — Труды древних ученых времен Империи Тахтар.
Принц ахнул и, под недовольным взглядом отца, быстрым шагом сошел с тронного возвышения. В своем поведении он оказался проще, чем король, который тоже не показался мне особо чванливым.
Да, Белозар оказался проще, чем любой из членов его семьи! Я еле сдержал улыбку: уж очень принц сейчас похож на кинематографического «безумного ученого». Глаза горят, и он совсем не обращает внимания ни на что, кроме предмета своего интереса.
— Книга имперского философа Нумерия, — я шагнул к слуге, держащему толстенный том.
Почему толстенный? Это не только потому, что труд Нумерия очень обширен. Но еще и потому, что листы у рукописи из перга́мента, а обложка сделана из деревянных дощечек, обтянутых кожей.
Манускрипт выглядит очень дорого. Сразу видно, что он неподдельно стар, но, в тоже время, книга сохранилась в хорошем состоянии. Великолепно выделанная кожа, края обложки обжаты серебряным уголком.
Также на лицевой стороне обложки сделана вставка из того же металла, изображающая силуэт материка. А уже на этой пластинке выгравированы границы и столицы существующих на момент написания книги государств.
— Это труд позднеимперского периода по истории Этерры, — пояснил я Белозару.
— А это… — я подошел к ларцу и аккуратно поднял крышку. — Работа царского лекаря Яозу. Трактат о лечебных травах и написан он на староимперском. Видимо, в Лаомине работали по имперскому заказу.
Глаза принца еще больше распахнулись, и он взволнованно схватился рукой за ворот своей котты. Вокруг вовсю зазвучали смешки и веселые перешептывания. Как видно, к младшему сыну Его Величества здесь относятся без особого пиетета.
Вон и король с наследником постные рожи скривили. Благородные балбесы! Кто над кем смеяться должен? Может быть, среди присутствующих здесь аристократов, кроме Белозара и Медеи, вообще грамотных нет.
И, кстати, это очень дорогой подарок. Но, во-первых, такие книги у меня есть, это вторые экземпляры. Во-вторых, знание местной истории меня интересует в последнюю очередь.
Труды по истории, философии, а тем более художественные произведения я стараюсь не покупать. Но если каким-то образом подобные манускрипты попадают в мою непрерывно растущую библиотеку, я их оставляю. А шоб було́!
Речь, конечно, о первых экземплярах. Если попадется такая же книга — сразу на продажу. Без разговоров и терзаний! Не настолько мне подобные знания нужны, а стоят они ого-го сколько!
Если говорить о втором манускрипте, то свиток, конечно, ценный. Но, как я и говорил, это второй экземпляр. А сохраненные в нем древние знания ни в каком случае не дадут борейцам никакого преимущества.
Я вообще думаю, что принц трактат прочитает и на этом… все. Но даже если смогут подучить своих лекарей и использовать эти знания в жизни — пускай. Мне-то что? А я вот молодец, эта работа в списке изучаемых трудов в лекарской школе Алмы.