Дьявол в ее постели
Хотя… не странно ли, что до сих пор ни один ничего не заподозрил?
После секса кожа женщины сияет, словно роса в солнечных лучах. Веки лениво полуприкрыты, глаза светятся мечтательным довольством. Губы зачастую бывают красные и припухшие. Краснеет и кожа вокруг рта, словно ее натирали чем-то жестким – например, мужской щетиной или бородой.
И не только вокруг рта. Иногда и на шее. Или на ключицах.
Или еще ниже.
А у Франчески глаза как изумруд – и не только по цвету. Она очень постаралась придать им выражение безмятежного сытого довольства, даже поморгала, чтобы взгляд затуманился, но…
С массивной кровати раздался храп, от которого звякнули хрустальные подвески на настенных канделябрах.
Она резко обернулась, внимательно рассматривая своего «любовника». Что, если он раньше времени придет в себя? Сердце отчаянно забилось, угрожая лишить Франческу самообладания, натренированного годами практики.
Лорд Колфакс был крупнее большинства мужчин, с которыми ей случалось затевать эту игру. Не высокий, но массивный, широкоплечий – и все еще крепкий, несмотря на возраст. Немногим из тех, кому за пятьдесят, удается сохранить силу и мужскую стать; но для члена могущественного преступного сообщества это вполне естественно.
Когда у тебя множество врагов, просто нельзя быть слабым.
Лорд приоткрыл рот, обнажив неровные желтые изъеденные кариесом зубы. Сглотнув омерзение, Франческа прокралась назад, к кровати.
Ни разу еще зеркало не отражало то, что ей нужно! Как ни натирай кожу, как ни кусай губы – ни на лице, ни в глазах не появляется блеск наслаждения, которого она никогда не испытывала. На наслаждение у нее просто нет времени – да и желания, коль уж на то пошло.
Впрочем, с лордом Колфаксом это не страшно. Приглядываться к ней он точно не станет. Такие мужчины думают лишь о собственном удовольствии.
Его несложно будет убедить, что эту ночь они провели вместе в страстных забавах. Почему он ничего не помнит? Да просто был слишком пьян!
Времени осталось немного. Уже иссякает действие отвара из белладонны, сенны и еще нескольких экзотических трав, добытых Сирейной в китайском квартале. От нескольких капель, добавленных в напиток, человека начинает клонить в сон, он расслабляется, и становится легко ему что-то внушить. Достаточно прошептать несколько слов на ухо, чтобы он их запомнил, прежде чем уйдет в небытие.
А затем – пока «любовник» спит, Франческа изучает его секреты.
Документы, способные решить судьбу лорда Колфакса, она уже спрятала за своим корсажем. Подозрения не обманули. Этот жирный мерзавец связан с Кровавым Советом – тайным оккультным обществом, о котором шепчутся в самых темных углах. Цель общества в том, чтобы собрать в своих руках как можно больше власти, денег и влияния – и заставить мир плясать под свою дудку. Исполнять их желания.
А желания становились все более опасными. Члены общества устраивают оргии. Садистские оргии.
И, возможно, речь еще идет о государственной измене.
Зло во плоти – такие способны хладнокровно перерезать глотки детям, убить всех, кого она любила.
Каждая минута жизни, каждое принятое решение приближали ее к цели – найти их.
Старая ненависть ядовитым комом поднялась к горлу, и Франческе пришлось сглотнуть трижды, чтобы прогнать ее едкий вкус.
К резне в поместье Мон-Клэр лорд Колфакс не имел отношения, однако на его совести было немало иных грехов. Он быстро делал карьеру в Кровавом Совете, добавляя к своему влиянию полезные политические знакомства. Подкупая их респектабельным именем и морем денег.
Пока он спал, одурманенный зельем, Франческа проскользнула к нему в библиотеку, в кабинет, обшарила все шкафы и секретеры.
В кабинете нашла документы, свидетельствующие, что он участвовал в подделке результатов выборов лондонского мэра.
Второй, куда более ценный конверт – тот, что сейчас жег ей грудь под корсажем, – извлекла из шкатулки под кроватью.
Приглашение на мероприятие, что состоится через несколько недель. Подписанное лично лордом-канцлером, запечатанное печатью с изображением трехглавого змея. Франческа давно уже выяснила, что этим символом пользуется только Триада. Трое руководителей Кровавого Совета.
Итак, теперь у нее есть доказательство! И еще она знает, что лорд Кассиус Джерард Рамзи, за которого собралась замуж ее лучшая подруга Сесилия, отсек зме́ю одну из голов, когда арестовал лорда-канцлера.
Осталось две. Теперь нужно действовать быстро, чтобы взамен отрубленной голове не выросла новая.
Рядом с ней пошевелился лорд Колфакс.
Франческа повернулась к нему, приняв позу, которую называла про себя «Клеопатра на отдыхе». Правая нога согнута в колене, стройное белоснежное бедро выставлено напоказ. Левая, со шрамом от пули, скрыта под юбками. Голова опущена на руку, взгляд сонно мерцает из-под ресниц.
Лорд Колфакс снова громко всхрапнул и открыл глаза. Огромной ладонью утер с седеющей бороды ниточку слюны. Поднял глаза – и заметил ее.
– Черт возьми! – хрипло проговорил он, а затем с отвратительным влажным хлюпаньем прочистил горло. – Леди Франческа, вы еще здесь?
Лорд проспал всего несколько часов, но дышал шумно, и у него мерзко несло изо рта.
– Куда же я денусь, милый мой? – проворковала она, одарив его ленивой улыбкой. – Вы совсем меня вымотали. Не знаю, смогу ли теперь ходить!
Лорд недоуменно пошевелил бакенбардами, провел рукой по лбу. Франческа знала, что сейчас ему трудно соображать – мучает головная боль.
Сенна обезвоживает еще сильнее красного вина. А Франческа следила за тем, чтобы ее «жертвы» принимали побольше того и другого – и, проснувшись, даже не пытались получить от нее что-то еще.
– Обычно они уходят, – пробормотал лорд, словно обращаясь к самому себе. – Убегают даже. Иногда в слезах. Вы уверены, что мы…
Приподняв простыню, он взглянул на собственное тело, быстро и умело раздетое Франческой несколько часов назад. Безобразное жирное тело в обвисших складках.
Франческа подавила дрожь отвращения.
– Кто убегает в слезах, милорд? – проворковала она таким сахарным тоном, что у самой зубы свело. – Бедняжки, которым не удалось разделить с вами ложе?
– Да нет, – протянул он, как-то странно на нее глядя. Сквозь туман головной боли и растерянности во взгляде пробивалось подозрение. – Нет, те бедняжки, которым я уделяю… особое внимание.
И окинул острым взглядом ее смятое платье, растрепанные волосы, следы на шее.
– Меня не так легко напугать, – смело ответила Франческа. – Я могу выдержать то, что большинству женщин не под силу.
В каком-то смысле это правда. То, что пришлось выдержать ей, сломило бы многих других.
– Так я вас… не напугал? – уточнил он. – И не причинил боли?
– Вовсе нет! – И она игриво провела пальцем по его груди.
– Жаль, очень жаль! – В водянисто-голубых глазах лорда читалось неподдельное разочарование. – Я, право, удивлен, что вы остались всем довольны!
Выходит, он был так возбужден от желания сделать ей больно! Франческа снова вспоминала, как он схватил ее в охапку, потащил наверх, но, едва добрался до постели, как подействовало ее снадобье. Так вот что он ей готовил!
Сердце Франчески, и без того холодное, оледенело. И затвердело. Тверже камня, тверже стали. Быть может, тверже алмаза. Еще одна капля невинности и доброты – немного их осталось! – рухнула в черную пустоту. Но на лице не отразилось ничего.
– Что ж, милорд, – промолвила она ледяным тоном, – вы не получили, чего хотели – зато я получила то, за чем пришла! – И спрыгнула с кровати прежде, чем он успел ее остановить.
– Что за чушь вы несете? – воскликнул он.
Франческа выскользнула из спальни, не проронив ни слова.
Преследуемая гневным ревом Колфакса, она слетела по широкой мраморной лестнице и выбежала в ночь. В бледном лунном свете безошибочно нашла дорогу через сад и выскользнула через калитку на улицу, где ждала карета с человеком Сирейны Айвеном, он сидел на козлах.