Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

Раймонд и даже Хартмут с интересом всматривались в чертеж.
— Если вы собираетесь записывать длинные сообщение, то мне потребуются фей-камни и соответствующие магические инструменты, — сказал Раймонд. — Но если запись должна составлять примерно одно предложение, это должно быть не так сложно.
— Помни, что он должен воспроизводить эту запись бесконечное число раз, — предупредил Фердинанд. — Обычно магические инструменты плохо переносят длительное использование.
Раймонд и, снова, Хартмут нахмурились от этого замечания.
— Чтобы что-то воспроизводило одну и туже запись бесконечное количество раз, нужно добавить магический круг сохранения. В свою очередь это вносит ограничения в размер магического инструмента, который мы можем сделать.
— Ты можешь использовать опыт магических кругов Шварца и Вайса, — небрежно сказал Фердинанд, глядя на чертеж. После его фразы, все смотрели прямо на него.
Раймонд и Хартмут уставились на него с одинаковыми выражениями лиц.
— Итак, подведем итог. Вы хотите, чтобы мы выделили магический круг сохранения, который использовался при создании библиотечных шмилей, а потом использовали его для сохранения одной фразы. Для создания мы должны использовать только один фей-камень, чтобы свести размеры инструмента и его затраты по мане к минимуму? — вопрос был задан ими обоими. По выражению их лиц я могла сказать, что они точно понимали, что хочет от них Фердинанд, хотя лично я совершенно не могла осознать, как из этих, по сути, намеков можно было собрать цельную картину.
Ладно, я уже не уверена, что мне удастся стать первой на курсе чиновников…
Я уже начала нервничать… но затем Фердинанд положил передо мной книгу и сказал.
— Этого достаточно. Ты можешь почитать.
Все мои тревоги испарились в мгновение ока, и я попросила Родерика открыть для меня тяжелую обложку, я начала читать. Стоило мне погрузиться в текст, и все сторонние звуки начали уходить на второй план.
***
— Розмайн, время вышло.
К реальности меня вернул низкий голос Фердинанда, а так же то, что книга передо мной был вероломно захлопнута. Шпильку уже давно заказали, а Детлинде и компания Гилберта уже ушли.
— Если ты не вернешься в ближайшее время, то пропустишь ужин и получишь нагоняй от Рихарды, — предупредил Фердинанд. Мои вассалы сделали все необходимые приготовления для моего возвращения в замок, после чего мы поспешили к карете. Как только я села внутрь, Фердинанд посмотрел на всех нас и сказал.
— Вилфрид, Шарлотта, Розмайн — вы и ваши вассалы приняли сегодня Детлинде с высочайшим мастерством. Вы все продемонстрировали значительный рост, и это приносит мне некоторое облегчения. Продолжайте стремиться к большим высотам и расти.
Вилфрид и Шарлотта улыбнулись в ответ и помахали Фердинанду, когда наши кареты двинулись в обратный путь.
К нашему удивлению, встреча для покупки шпильки оказалась нашей единственной встречей с Детлинде. Она собиралась остаться в Эрнефесте подольше, но из Аренсбаха пришли срочные новости, которые заставили ее и Георгину поспешить обратно.
— Я молюсь, чтобы вы жили хорошо под божественной защитой богов, пока Дрегарнур, Богиня времени, снова не сплетет вмести нити наших судеб.
— Да. Я молюсь, чтобы это сплетение было гладким и скорым.
Те из нас, кто был из Эренфеста, произнесли традиционное и безобидное прощание, которое значило “Мы надеемся, что однажды мы встретимся снова”. Алые губы Георгины изогнулись в улыбке, и она ответила словами, которые означали: “Мы скоро встретимся снова.”
  
Том 4 Глава 476 Эпилог
 
Несколько соединенных между собой экипажей выехали за пределы нижнего города Эренфеста, и по дороге мимо деревьев и полей они направились к границе Аренсбаха на юге. Для уменьшения тряски использовались магические инструменты, но стоило им покинуть гладкую городскую мостовую, и даже они не помогали в полной мере.
Экипажи были украшены гербом Аренсбаха. Они принадлежали Георгине, Детлинде и их группе сопровождении, которые сейчас возвращались домой после получения срочных известий о коллапсе (*) эрцгерцога.
 
Убедившись, что декорации были скучными и однообразными, Детлинде снова обратила внимание на то, что было внутри кареты. Рядом с ней сидела Мартина, ее ученица-служительцы. Также в карете была ее мать — Георгина и Селтье — служанка ее матери.
— Какая жалость, — сказала Детлинде. — Подумать только, что мы должны вернуться назад так рано…
По возвращению в Аренсбах Детлинде придется снова терпеть кучу навязанной ей работы, и бесчисленных вассалов, раздражающе настаивающих на необходимости учиться. Только когда она была в Королевской Академии, все шло так как надо, потому что там не было никого, выше ее по статусу.
— Разве это не слишком хладнокровное замечание? — спросила Селтье. — Ауб Аренсбаха — ваш отец, и в таком тяжелом состоянии из-за болезни.
Детлинде замолчала в ответ на эту критику. Эта новость, безусловно, стала для нее неожиданностью, но она почти не виделась с ним, не говоря уже о том, чтобы чувствовать тепло с его стороны. В тех немногих случаях, когда они встречались, он только и делал, что с негодованием отчитывал ее, прежде чем приказывал ей уйти. Если она и была хладнокровной, то это явно было семейным.
Мне было так весело в Эренфесте. Разве он не мог умереть в другое время? Ворчала про себя Детлинде. Все в Эренфесте делали все, как она говорила, и было приятно чувствовать такое уважение к себе. Мама тоже наслаждалась этой поездкой, возможно, она чувствует тоже, что и я.
Георгина смотрела в окно, не пытаясь прервать лекцию Селтье.
— У отца случился коллапс из-за Суверенного ордена рыцарей Суверении, не так ли? — спросила Детлинде. — Они без перерыва с самой весны не оставляют нас в покое. Я бы предпочла, чтобы они прекратили досаждать Аренсбаху своими ложными обвинениями, — рыцари из столицы появлялись снова и снова, чтобы расследовать потенциальную причастность Аренсбаха к террористической атаке, с участием тернисов. Эти подозрения зародились из-за того, что бывший Верксток теперь находился под управлением их герцогства.
— Вы не должны говорить такие вещи, леди Детлинде. Орден суверенных рыцарей Суверении просто делает свою работу.
— Вай, вай. Но разве это не было крайне неудобно, когда они досаждали нам в то время, как корабли из Ланзенава находились в порту для летней торговли? Мать и отец были так заняты, что отправили мненя разбираться с рыцарями, не смотря на то, что я еще несовершеннолетняя.
Детлинде ясно дала понять, что по ее мнению, Орден суверенных рыцарей Суверении был виноват во внезапном коллапсе ее отца. Он поддерживал короля долгое время на протяженииво время гражданской войны и продолжал верно служить ему даже после потери своей второй жены и наследников. Однако теперь его обвиняли в пособничестве террористам. И из-за этого его гордость была так сильно ранена, что это легло тяжелым бременем на его сердце.
— Как смеет король сомневаться в Аренсбахе? — продолжила жаловаться Детлинде. — Это так злит, что я не могу сдержать свое отвращение. Разве ты не согласна со мной, мама?
В ответ Георгина слегка прищурила свои темно-зеленые глаза, и ее малиновые губы изогнулись в улыбке.
— Учитывая, что к нападению причастны фей-твари из старого Веркстока, у короля нет другого выбора, кроме как расследовать нашу причастность. Это, конечно, доставило нам проблем, но теперь у нас еще больше связей со Столицей, и командир рыцарей лично сказал, что их подозрения теперь полностью сняты, разве нет? Это стоило того, чтобы оказать им необходимую помощь. Лично я считаю, что все это равноценно наполнению корзины Форсенте.
Для Георгины это давление со стороны Столичного рыцарского ордена в итоге оказалось достаточно полезным, чтобы считаться благословением Богини Урожая. Детлинде категорически не была согласна с этим. Она только пострадала от подобного.
В конце концов, я стану следующим аубом Аренсбаха.