Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

Я решила испытать подарок и обнаружила, что кресло тверже, чем мебель из прошлого Урано. Но этого стоило ожидать, ведь в качестве набивки использовалась сложенная много раз ткань. Но все равно это было куда удобнее, чем простые деревянные доски. Сидение на таком кресле совершенно не причиняло боли. В сочетании с красивой подушкой или одеялом, если говорить об использовании этой технологии для матрасов, это, вероятно, будет действительно удобно. Однако для меня самым важным было то, что над созданием этого предмета мебели работали все Гутенберги.
— Да, мне очень нравится это кресло. Я куплю его вместе с матрасом, — я вытащила свою карточку торговой гильдии и приложила ее к карте Бенно, чтобы заплатить ему.
— Что это такое, Розмайн? — со свирепым взглядом спросил Фердинанд, руша то теплое молчание, которое воцарилось, пока мы с Бенно переводили деньги. — Я не думаю, что ты упоминала что-либо о “матрасах” в своих отчетах.
— Э-э, ну, это была личная покупка, и продукт пока довольно экспериментальный, — сказала я, надеясь, что он подарит мне одну единственную индульгенцию, опираясь на это оправдание. Я хотела, чтобы Гутенберги пока сосредоточились на полиграфической промышленности, поэтому я планировала подождать до тех пор, пока они не закончат с поездками в другие провинциями в этом году, и только потом проводить презентацию матрасов. — Я намеревалась представить его тебе, как только будут проведены все тесты, а выявленные недочеты будут устранены.
— Мне плевать на твои причины, — отрезал Фердинанд, щуря глаза. — Мне нужны детали о твоем новом странном продукте.
Было ясно, что у меня не было никакого выбора, кроме как уступить его напору.
— Матрас предназначен для того, чтобы сделать кровати более удобными. И, как заметил Зак, эту же технологию можно использоваться в качестве сидений для стульев. У меня нет необходимости в подобном, потому что я передвигаюсь с помощью Пандобуса, но матрасы можно использовать для того, чтобы улучшить сидения в каретах.
Бенно и Зак, не колеблясь ни секунды, переглянулись с меркантильными выражениями лиц людей, которые только что нашли новый прибыльный бизнес. У меня не было никаких сомнений в том, что они собирались вытрясти из гильдмастера все, что смогут, за эту модификацию к производимым им каретам.
— Розмайн, позволь мне сесть на это, — попросил Фердинанд. — Если это кресло так удобно, как ты пытаешься его представить, то я закажу себе подобное.
— Если ты научишь меня разделывать рыбу, то конечно.
Я уже однажды спрашивала Фердинанда об этом через направленное ему письмо, но единственное что я получила в ответ — это его уведомление, что он посетит сегодняшнюю встречу. Однако я не забыла о рыбе, и поэтому не позволю ему сбить меня с толку. Я уставилась на него в упор, всем своим видом демонстрируя, что не собираюсь уступать ему в этом вопросе.
Фердинанд нахмурился, глядя на меня, а после тяжело вздохнул.
— Хорошо.
Я с ухмылкой встала и жестом предложила ему сесть на мой новый стул. Он сел, несколько раз придавил ладонью сидение, затем попробовал использовать его с подушкой и без.
Спустя довольно долгое время Фердинанд вынес свой вердикт.
— После окончания нашей встречи я закажу для себя скамью с таким матрасом. Гидо, приготовь форму заказа.
Его помощник быстро ответил “Понятно”, и вышел из комнаты. С учетом того, что Фердинанд заказал не стул, а целую скамью, можно сделать вывод, что идея матраса показалась ему очень увлекательной.
Постойте… только не говорите мне, что он собирается поставить эту скамью в своей мастерской и использовать ее как кровать.
Я попыталась не слишком углубляться в эту мысль, и вместо этого переключилась на беседу с Гутенбергами.
— Теперь я хотела бы получить от вас отчеты о прошедшей зиме.
Бенно представил краткий доклад о продаже книг в замке и привел сравнение успехов Грошеля, Хальдензеля и мастерской Розмайн. Мы смогли снизить цены на книги за счет использования растительной бумаги, но книги по прежнему были дороги. В Эренфесте был ограниченный круг клиентов, которые могли позволить себе такие траты, а увеличение конкуренции снизило наш личный доход.
 
— Мне сказали, что в следующем году наши печатные книги будут продаваться в Королевской академии. Я не могу дождаться возможности увидеть, как вырастет рынок, — продолжил Бенно. — Также мы добились стабильного прогресса в производстве канцелярских принадлежностей, о которых вы говорили. Они оказались очень удобны для систематизации и хранения документов, написанных на растительной бумаге.
Бенно и другие усердно работали над реализацией моих идей, в том числе над папками, в которых бумаги закреплялись внутри шнурками, и шкафами для хранения документов. Конечно они делали и множество других вещей, в основном те, что легко найти в магазине за 100 йен.
— Доставьте двадцать или около того папок в покои Верховного Епископа. Я хочу, чтобы на обложке был герб Мастерской Розмайн, — сказала я. — Мы собираемся использовать эти канцелярские товары все чаще и чаще, поэтому нам также потребуются машины, которые будут делать одинаковые отверстия в бумаге, и машины, способные разрезать листы на равные части.
Другими словами мне были нужны дыроколы и гильотины для бумаги. Я уже собиралась подумывать и о степлерах, когда заметила как дернулся Иоганн. Ну, его опасения были вполне разумны. В конце концов делать все это будет его задачей.
Но не смотря на свое волнение, Иоганн все таки продолжил доклад и сообщил о распространении насосов по нижнему городу и о мастерах Грошеля, которых он обучал зимой.
— Почти над каждым колодцем от северной окраины до центра города теперь установлены насосы, — сказал он. — Как вы и предложили, леди Розмайн, в первую очередь мы установили их там, где будут размещаться торговцы из других герцогств.
Также я узнала новости о Данило, ученике Иоганна. Он делал большие успехи, а значит у Иоганна теперь есть надежный помощник. А работники из мастерской Зака настолько наловчились делать матрасы, пока изучали этот процесс, что смогут выполнить заказ Фердинанда даже без присмотра своего старшего мастера.
— А чернила? — спросила я. — Как дела там?
Йозеф начал свой доклад о чернилах, которые были изготовлены из ингредиентов с территории Грошеля. Хайди сегодня отсутствовала, так как на нашем собрании было много дворян, но результаты ее исследований полностью окупали ее отсутствие. Она сделала куда больше цветов, чем я ожидала.
— Хайди с нетерпением ждет следующей поездки, когда она сможет собрать новые ингредиенты, — закончил Йозеф.
— Я понимаю. Я перешлю результаты ее исследований гибу Грошелю. И передай Хайди, что Гутенберги в этом году едут в Лейзеганг. Вы отправитесь вместе с дворянами-чиновниками и кандидатами в эрцгерцоги. Я понимаю, что для вас это может звучать довольно пугающе, но я верю, что все будет в порядке.
Йозеф нервно поднял руку, прося у меня разрешения заговорить.
— Да, Йозеф?
— Мои искренние извинения за то, что я говорю вне очереди, но мы надеемся, что в новой поездке, вы позволите нам остановиться в нижнем городе, а не в поместье дворянина, как мы сделали это в Грошеле.
Хайди нужно будет присутствовать во время исследований чернил, чтобы добиться хоть какого то прогресса, но у Йозефа может случиться сердечный приступ, если ему придется жить вместе с ней в дворянском поместье. Учитывая ее манеру поведения, я могу его понять.
— Если вы считаете, что так будет удобнее, то я поговорю с гибом Лейзегангом о том, чтобы разместить вас в нижнем городе.
— Спасибо.
Похоже эта новость обрадовала не только Йозефа. Зак и Иоганн тоже выглядели более расслабленными, после того как услышали мое разрешение.
Как и в прошлом году, мы собирались поехать в Лейзеганг после того, как закончим с молебном в центральном районе Эренфеста. Я попросила всех быть готовым к этому моменту. И получила в ответ синхронные кивки, Гутенберги даже не переменились в лице, уже привыкнув к своим разъездам по герцогству. На этом я закончила принимать отчеты и обсуждать вопрос поездки в Лейзеганг, но заканчивать наше собрание было еще рано.