Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

Тем не менее, их свита слишком большая, чтобы состоять только из вассалов эрцгерцога и Ханнелоры…
С удивлением наблюдая за приближающейся процессией, я заметила, что люди, похожие на рыцарей сфокусировали свои взгляды не на мне, а на Фердинанде. Именно тогда я вспомнила, что мне рассказывали о множестве случаев, когда во время учебы в Академии он раз за разом разбивал студентов Дункельфельгера в пух и прах.
О нет… Неужели? Это ведь будет той еще проблемой, да?!
Я бросила взгляд на стол, за которым сидел Сильвестр, в поисках помощи, но он был слишком занят беседой с кем-то, кого, если судить по цвету плаща, я приняла за ауба Древанхеля. После я с надеждой обернулась к Вилфриду и Шарлотте, но они тоже были окруженны незнакомыми мне дворянами и так же не могли прийти на помощь.
— Один из их сопровождающих — Хейшитце, — пробормотал Фердинанд. — Как же проблемно…
— Кто это? — спросила я, не узнавая этого имени. — Твой друг?
— Не друг. Он первоначальный владелец моего синего плаща.
Хейшитце по-видимому отказался от своего плаща, в знак своего поражения, а после раз за разом вызывал Фердинанда на матчи-раванши, пытаясь вернуть его назад, чем вызывал у моего опекуна жуткую головную боль. В конце концов, Хейшитце до самого выпуска так и не смог победить Фердинанда и отбить свой плащ.
— Я очень надеюсь, что он не вызовет меня на новый поединок… — обронил Фердинанд, как раз в тот момент, когда делегация Дункельфельгера остановилась перед нашим столом. Человек, которого я приняла за их ауба, шагнул вперед. Он был высоким и мускулистым, а так же казался очень сильным. Если вас интересует мое мнение, то именно такого человека я и видела в качестве лидера рыцарей Дункельфельгера.
— Вы — леди Розмайн, кандидатка в эрцгерцоги, которая попросила у Ханнелоры разрешения на публикацию переписанной копии книги по истории нашего герцогства? — спросил он.
Я почти подскочила и выпалила “Да, это я!”, но к счастью Фердинанд снова незаметно шлепнул меня по ноге, возвращая меня в чувства до того, как я совершу очередную глупость. Это было очень близко, что еще тут сказать? Мы имеем дело с аубом великого герцогства, и я должна сохранять свое достоинство и соблюдать этикет.
— Конечно. Я — Розмайн. Может быть, вы дадите мне свое дозволение? — спросила я, стараясь, чтобы моя речь звучала как можно более грациозно. Ауб Дункельфельгера усмехнулся.
— Конечно. Если вы выиграете. Но если выиграем мы, то мы заберем эту рукопись себе и опубликуем ее в Дункельфельгере.
— Эм?
— Мы вызываем вас на игру в диттер! — заявил он, швыряя пачку бумаги на стол.
— Отец, о чем ты говоришь?! — воскликнула Ханнелора, но ее голос потерялся в охах и ахах окружавших их рыцарей.
Очевидно, что достоинство и изящество не имели никакого значения, когда речь заходила о людях из Дункельфельгера. Все что имело значение — это диттер.
Я уставилась на ауба, совсем не аристократично распахнув рот. Что я должна делать…? Как я должна реагировать на подобное?!
Конечно, не только я одна была в шоке от происходящего.
— Отец, Матушка знает о вызове? Я немедленно свяжусь с ней, — со слезами на глазах сказала Ханнелора, доставая свой камень ордоннанса. Возможно, эта идея пришла аубу Дункельфельгера только сейчас.
Ой. Ханнелоре похоже очень не легко… Постойте, сейчас не время думать об этом.
Общение на Межгерцогском турнире было похоже на поле боя для кандидатов в эрцгерцоги, поэтому я должна вести себя соответственно своему статусу. Тем не менее мой курс придворного этикета, точно не охватывал ситуации, когда ауб из герцогства высокого ранга игнорирует приветствия и сразу же вызывает вас на поединок. Я понятия не имела, как вести себя в подобной ситуации.
О, да, Фердинанд должен знать!
Все таки говорят у него долгая история взаимодействия с рыцарями Дункельфельгера, так что он наверняка привык к таким ситуациям. Я посмотрела на него, надеясь, что он выйдет вперед, чтобы спасти меня в этот час отчаяния… но вместо этого он полностью избегал зрительного контакта с подошедшими рыцарями, всем своим видом давая понять, что он планирует сидеть сложа руки и смотреть, как я сама разберусь с подобной ситуацией.
 
Фердинанд, ты полный идиот… Это именно та часть, где ты должен прийти мне на помощь!
Из того, что я могла видеть, Ханнелора была единственной, кто пытался противостоять аубу Дункельфельгера, пытаясь привлечь его внимание к моему тяжелому положению. И тут мне пришла в голову светлая мысль — может быть сопровождающие нас взрослые хотели посмотреть, как мы, кандидаты в эрцгерцоги, будем вести себя в нетипичной ситуации? Даже на уроках этикета было много скользких моментов, призванных запутать студентов и заставить их ошибиться. Возможно, Межгерцогсткий турнир был таким же, и взрослые специально создавали подобные ситуации.
У меня внезапно появилась мотивация, и я тут же вспомнила, что говорила Ханнелора на счет моей работы во время чаепитий в их общежитии и в библиотеке. Наверняка есть какое то решение этой ситуации, которое позволит нам избежать игры в диттер.
Я пройду тест ауба Дункельфельгера и получу права на эту книгу!
Я выпрямила спину и улыбнулась Ханнелоре.
— Разве изначально не оговаривалось, что аубы будут решать судьбу книги по истории между собой? Это определенно не то решение, которое я, всего лишь юная кандидатка, могу принять самостоятельно.
Ханнелора быстро сообразила, что я от нее жду. Да и чего ожидать от кандидатки в эрцгерцоги из великого герцогства? Она поняла, что я предлагаю свалить это непонятное дело на аубов и ответила улыбкой на мою, а после заговорила.
— В самом деле, отец! Этот вопрос нужно обсуждать между аубами. Как по вашему, леди Розмайн должна реагировать на то, как внезапно вы на нее набросились?
Ауб Дункельфельгера в ответ только удивленно заломил бровь. Как и ожидалось, я с чистой совестью могла улизнуть от этого вопроса с диттером.
— А теперь позвольте мне позвать ауба Эренфеста, — сказала я и встала. Но пока я собиралась воспользоваться этой возможностью, чтобы свалить все на Сильвестра, Фердинанд встал со своего места раньше меня и опустил свою ладонь мне на плечо, удерживая меня на месте. А после с улыбкой посмотрел на рыцарей Дункельфельгера.
— Нет, Розмайн, в этом нет необходимости, — сказала он. — Ты сама написала эту рукопись, верно? С другой стороны, я не имею никакого отношения к этому вопросу, поэтому я схожу позову ауба и попрошу его занять мое место, — одним движением и парой фраз он перекрыл мой путь к отступлению, а после сам направился к Сильвестру. И его движения при этом были столь же стремительны и грациозны, как поток текущей воды.
Нееет! Это несправедливо! Фердинанд, ты только что украл мою возможность для побега!
После короткого мысленного стона, я снова выпрямилась и наконец обменялась приветствиями с подошедшими, прежде, чем предлагать им присесть. В этот момент мне не нужно было беспокоиться о диттере — мы собирались просто пообщаться. Брунгильда тут же принесла бисквит с роресом, который я демонстративно откусила и после порекомендовала нашим гостям попробовать его, надеясь тем самым выиграть немного времени, пока Сильвестр не подойдет.
— Этот десерт приготовлен с использованием рореса, который леди Ханнелора подарила мне на днях. Пожалуйста, скажите мне, что вы думаете на его счет.
— О Боги… — вздохнула девочка. — Большое спасибо. Я обязательно поделюсь своим мнением.
Мы с Ханнелорой пили чай, обсуждая фирменные сладости наших герцогств. Если вы спросите мое мнение, то мы были образцовыми кандидатами. Казалось, даже аубу Дункельфельгера понравился бисквит с румтопфом, хотя кажется его больше интересовала начинка, чем сам десерт
— Этот вкус не подавали на конференции эрцгерцогов, — сказал он мне.
— Мы не делаем слишком много румтопфа, поэтому в прошлом году к началу конференции он у нас уже закончился.
Пока мы вели нашу беседу, Сильвестр, за которым ходил Фердинанд, наконец подошел. Он поприветствовал своего коллегу-ауба, а затем бросил на меня тяжелый взгляд, явно требуя разъяснений.