Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

И так, я следовала за Фердинандом в замок сквозь метель. Когда мы добрались, нас встречали Норберт и Рихарда, которые распахнули для нас входные двери. Корнелиус и Леонора тоже были здесь, они вернулись в замок, после того как закончили со своими занятиями в Академии. Это было странно, но после того, как я узнала об их отношениях, то видя их вместе, я замечала множество намеков об их связи. Эти двое, без сомнения, уже посетили дом Леоноры и решили все вопросы.
— С возвращением, леди Розмайн.
— Я вернулась, — сказала я. — Корнелиус, вижу твоя таинственная пара это Леонора. Я единственный человек, который не знал об этом?
— Уверен, что не единственный, — ответил Корнелиус, но выражение его лица говорило об обратном. Леонора лишь улыбнулась, все еще держась на шаг позади моего брата.
— Ты уже закончил знакомство с ее родителями? — спросила я. — Они не выступали против?
— Этот вопрос уже решен, — небрежно бросил он. Его стиль “да, я настоящий мужчина”, меня всегда раздражал. Сначала я подумала, что я единственная, кто ничего не знал, но потом заметила, как улыбка Дамуэля дрогнула. И это немного умерило мое разочарование.
Дамуэля должно быть раздражает то, что в то время, пока он отчаянно пытается найти себе пару, Корнелиус, который младше его, так легко нашел кого-то своего возраста с подходящим уровнем маны и статусом. Я понимаю, что ты чувствуешь, Дамуэль. Я понимаю.
— А теперь — смена караула, — сказал Норберт, побуждая моих рыцарей поменяться местами. Ангелике и Дамуэлю было положено несколько выходных, после того как они так долго сопровождали меня в храме, и они собирались использовать их для того, чтобы подготовиться к охоте на Повелителя зимы. Корнелиус и Леонора должны были охранять меня пока я буду в замке.
Проводив Ангелику и Дамуэля взглядом, пока они не скрылись в здании рыцарей, я снова обернулась к Корнелиусу и Леоноре. Как только наши взгляды встретились, я заметила, что Корнелиус заметно напрягся.
Не бойся. Пока тебе не нужно бояться. Я не собираюсь запугивать или дразнить тебя.
— Поделитесь новостями о Королевской Академии? — попросила я. — Я изучала передаваемые мне отчеты, пока была в храме, но все равно знаю немногое о происходящем там.
— Конечно.
По пути до моей комнаты я слушала доклад Корнелиуса и Леоноры о Королевской академии. В отличие от прошлого года, Эренфест в лице Шарлотты организовал несколько собственных чаепитий, а экземпляры “Любовных историй Королевской академии”, стали довольно популярными среди студенток из великих герцогств.
— Я хочу немедленно вернуться в королевскую академию, чтобы поговорить с ними, — вздохнула я.
— Пожалуйста, не нужно, — сразу воспрепятствовал Корнелиус, и его реакция была очень похожа на реакцию Фердинанда. — Вы только снова упадете в обморок. Подумайте, как много проблем это доставит вашим вассалам.
Мои вещи из храма уже доставили в замок, поэтому пока Рихарда и Оттилия распаковывали их, я коротала время за книгой.
В тот же вечер я ужинала вместе с Фердинандом и эрцгерцогской четой. Главной темой беседы было крещение Мельхиора. Оно должно было быть проведено во время весеннего пира, поскольку младший сын ауба родился весной, и в идеале его крещение нужно было провести до того, как все дворяне разъедутся по своим провинциям.
— Итак, — сказала я. — это крещение будет похоже на зимнее, за исключением того, что не будет дебюта, где он должен играть на харшпиле.
— Ага, — ответил Сильвестр.
— Это напомнило мне. Вы узнали что-нибудь о сценах?
Сильвестр должен был изучить личный архив эрцгерцога в поисках документов, которые были бы связаны с проведением Весеннего молебна, так как другие гибы хотели починить свои сцены. Он рассказал, что нашел документы о самом магическом круге, который появляется во время ритуала, но ничего об устройстве сцен.
— Очень много бумаг, — сказал он. — Слишком много, чтобы я мог просмотреть их всех в одиночку. Все было бы намного проще, если бы мы знали официальное название сцены или хотя бы, период ее создания. Проблема в том, что вся эта информация была утеряна.
 
Сильвестр был измотан несколькими днями поисков. Было так много записей о ритуалах и магических кругах, что он не мог найти те, которые действительно имели значение. Это был мой шанс. И я торопливо вскинула руку.
— Я помогу тебе, дорогой приемный отец!
— Нет. В этот архив может зайти только ауб, — сказал он, отвергая мой порыв качанием головы. Жизнь слишком жестока.
— Но почему? — спросила я. — Ты хочешь сказать, что я не могу войти, не смотря на то, что я просто хочу помочь?
— Да.
— Значит, ты не можешь попросить Флоренсию помочь тебе?
— Неа.
Архив, в который может войти только ауб, а не его жена или приемная дочь… Только ауб может войти… Только ауб…
— Розмайн, я надеюсь, ты не собираешься становиться следующим аубом только для того, чтобы войти в его архив, — с многозначительным взглядом сказал Фердинанд. И я тотчас дернулась, он словно прочел мои мысли.
— О чем ты, Фердинанд? Я бы никогда…
Охохохохохо… Я пыталась снять напряжение смехом, но его взгляд ни капли не смягчился.
Пожалуйста, не смотри на меня так. Я уже знаю, что не смогу стать аубом. Я не буду делать ничего, чтобы заставило тебя убить меня.
Фердинанд не сводил с меня взгляд до самого конца ужина. Когда мы закончили, в комнату заглянул Мельхиор, чтобы пожелать нам спокойной ночи. Я сделала тоже самое, и уже собиралась уйти, но прежде чем я успела сделать хоть шаг, Фердинанд остановил меня.
— Розмайн, приходи на тренировочную площадку Рыцарского ордена к третьему колоколу, — сказал он. — Я хочу изучить силу твоего нового оружия.
Как мне и было сказано, к третьему колоколу я отправилась на тренировочную площадку рыцарей. Я начала с разминки, а Фердинанд подошел, когда я дошла до комплекса на развитие выносливости. Он был в компании Карстеда, Бонифация и Сильвестра, который никогда не пропускал ничего интересного. Каждый из них был в сопровождении слуг, так что толпа собралась довольно значительная.
— А теперь, Розмайн, покажи нам свое оружие, — сказал Бонифаций.
— Как пожелаешь, дедушка, — я достала штаппе и произнесла “водяной пистолет”, чтобы изменить его.
— Никогда не слышал такого заклинания. И такого оружия тоже никогда не видел… — заметил Сильвестр. Он посмотрел на Фердинанда, чтобы понять, что он думает на этот счет.
Фердинанд кивнул, скрещивая руки на груди, а его взгляд был прикован к моему оружию.
— Мне тоже не знакомо это заклинание, — сказал он. — Как и оружие. Как ты его используешь?
— Насколько я понимаю, внутри него находится мана, — сказала я, встряхивая пистолет в моей руке, чтобы показать содержащуюся в нем жидкость. Должно быть это заинтересовало Фердинанда, потому что он наклонился, приближая свое лицо к пистолету и хмуря брови. — Его нельзя использовать как оружие, если вы действительно не сосредоточитесь на том, чтобы воспринимать это как оружие.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Фердинанд.
— Изначально это была игрушка. Он может брызгать водой, но не причинит никакого вреда, — для демонстрации я выстрелила из водяного пистолета, и небольшая струйка воды выплеснулась из дула и исчезла, когда долетела до земли. Фердинанд кивнул в ответ. Глаза Сильвестра сверкнули, после этой демонстрации.
— Хорошо, а теперь используй его как оружие, Розмайн, — сказал он, указывая в сторону манекена, который выступал в роли мишени. — Я хочу увидеть и эту часть. Ты сказала, что эффект похож на стрелы, которые создает Фердинанд, верно?
Я кивнула и прицелилась в недалеко стоящий манекен. Прикрыв глаза, я представила себе стрелы Фердинанда… и нажала на курок.
— Ооо!
идкость, вылетевшая из моего оружия, разделилась на несколько струй и приняла форму стрел, а затем они пронзили манекен.
— Удивительно! — Карстедт и Бонифаций одобрительно загудели. Темно-зеленые глаза Сильвестра расширились.