Власть книжного червя. Том 4 (ЛП)

Щеки молодой дворянки покраснели от смущения, и она отрицательно качнула головой, от чего ее конский хвостик мотнулся из стороны в сторону.
— В прошлом году я сделала предложение одному из вассалов леди Розмайн, — рассказала она. — И на днях я наконец выполнила задание, которое он мне дал. Я надеюсь, что в этом году на межгерцогском турнире я смогу более официально представиться ему….
Ханнелоре было интересно, почему в последнее время казалось, что Кларисса так много узнала об Эренфесте, но теперь это обрело смысл. Она решила выйти замуж за кого-то из этого герцогства. Сейчас она вела себя куда более женственно и мило, чем обычно, ведь девушка была рада тому, что ее предложение приняли. Ханнелора почувствовала, как на сердце становиться теплее от вида ее улыбки.
— Я рада, что ты смогла выполнить порученное тебе задание, — ободряюще сказала Ханнелора. — Продолжай собирать истории. Я с нетерпением жду, когда Эренфест напишет книгу на основе тех историй, которые собрали наши ученики-чиновники.
После Ханнелора снова вернулась к отчету. Она снова сказала о том, как они с Розмайн обменялись книгами, а после о том, как Хильдебранд сказал своему слуге, что тоже хотел бы поучаствовать в обмене. На этом запись на табличке обрывалась, видимо именно в этот момент Розмайн упала в обморок, а ученик, который делал записи, был так шокирован этим, что даже имя слуги принца оборвалось на середине, а на гладкой поверхности осталась чернильная полоса.
— А потом леди Розмайн внезапно потеряла сознание, — закончила Ханнелора.
— Хм? Но почему? — спросил Лестилаут.
— Леди Ханнелора, разве больше ничего не было… Вы ничего не забыли? — спросил один из его вассалов, не менее удивленный, чем его господин. Но ей действительно было больше ничего добавить. Все присутствующие на чаепитии люди были слишком шокированы этим внезапным происшествием, чтобы понять что именно произошло.
— Это действительно случилось внезапно… — сказал один из учеников, который сопровожал Ханнелору на чаепитии. — Это было настолько внезапно, насколько только было возможно.
— Слуги леди Розмайн и ее брат, и сестра явно знали что делать и действовали с некоторым опытом, но мы, гости, понятия не имели что случилось и как мы должны реагировать, — добавил другой ученик. Хотя в то время они молчали, но кажется они были так же изумлены, как и Ханнелора.
— Достаточно, — оборвал их Лестилаут. — Я понимаю, что отчет Ханнелоры неполный. Неужели мы не имеем ни малейшего представления, почему именно она упала?
— Леди Розмайн, кажется, была больна в течении нескольких дней перед самым чаепитием. Она даже не вставала с постели, поэтому ауб Эренфеста дал ей приказ о возвращении домой, — ответила Ханнелора. — Кордула считает, что ее болезнь и то, что она заставила себя провести чаепитие не поправившись до конца из-за присутствия принца, могло стать причиной обморока.
— Я поражен, что она может считаться кандидаткой в эрцгерцоги, будучи насколько бесполезной… — с раздраженной гримасой на лице сказал Лестилаут и запустил руку в собственные волосы, почесывая затылок.
Если исключить его негативное отношение, Ханнелора была согласна с братом о том, что положение Розмайн, как кандидатки в эрцгерцоги, было странным. Когда она смогла пройти подготовку кандидата с таким слабым телом? Ханнелора могла только прикрыть глаза, вспоминая то интенсивное обучение, которое проходили кандидаты в эрцгерцоги из Дункельфельгера… но возможно в других герцогствах обучение было другим. Не было никакого смысла гадать.
— Это все, что произошло на чаепитии, — еще раз подчеркнула Ханнелора. — Могу я теперь вернуться в свою комнату? Мои эмоции были сильно взбудоражены происшедшим, и я сильно устала.
Она была не единственной, кто был потрясен падением Розмайн, все кто сопровождал ее, без сомнения, устали не меньше. И Лестилаут больше не пытался их удерживать.
Стоило ей вернуться в свою комнату, и Ханнелора наконец смогла с облегчением выдохнуть. Кордула с сочувствующей улыбкой помогла ей переодеться, в то время как ее вассалы, которые были слишком заняты учебой, чтобы пойти с ней на чаепитие, готовили чай, явно заинтересованные тем, что они упустили.
 
— Профессор Рауффен был сильно обеспокоен, когда обнаружил собрание в комнате для совещаний, — сказал один из вассалов. Очевидно, что профессор пришел после своих занятий и обнаружил, что комната для совещаний заперта. Переговорив с другими учениками в общежитии, он узнал о том, что чаепитие закончилось раньше времени из-за обморока Розмайн.
— О боже. Но разве здоровье леди Розмайн не важнее его расспросов о храме? — спросила Ханнелора.
— Кажется, он хотел, чтобы принц Хильдебранд использовал свою власть как члена королевской семьи, чтобы заставить леди Розмайн задержаться в Академии, но принц отказался.
Рауффен послал ордоннанс к Хильдебранду, но тот ответил, что отказывается удерживать кого либо в академии, особенно если этому человеку необходим отдых на родине. Ханнелора вспомнила, насколько обеспокоенными были принц и его слуги на чаепитии, так что мысль о просьбе профессора казалась ей смехотворной. Если ему была нужна информация, касающаяся храмовых вопросов, то он мог бы проконсультироваться в Столичном храме или даже в храме Дункельфельгера. Здоровье Розмайн было важнее, особенно когда она была настолько истощена, что потеряла сознание в присутствии королевской семьи. Так что Ханнелора была рада, что план профессора Рауфенна провалился, и покой ее подруги никто не потревожит.
— Я рада слышать, что ей не придется перенапрягаться, чтобы выполнить королевский приказ, — сказала Ханнелора. — В отличие от Королевской Академии, в Эренфесте у нее будет возможность для отдыха. Я надеюсь, что она скоро поправится.
  
Том 4 Глава 434 Беседа после возращения
 
Когда мерцание круга телепортации исчезло, я медленно открыла глаза. Спина Корнелиуса была первым, что я увидела. Он стоял прямо передо мной, как мой рыцарь, чтобы в случае необходимости первым принять на себя удар. Рихарда убрала руки с моих плеч, когда убедилась, что я не собираюсь падать от накатившей тошноты.
— С возвращением, леди Розмайн.
— Я вернулась, Ангелика, Дамуэль.
Впереди толпы людей встречающих меня стояли два моих рыцаря. Дамуэль казался изнуренным, возможно, от того, что он снова получал личные уроки от Бонифация. Корнелиус подошел к ним, чтобы начать ритуал смены сопровождающих рыцарей.
— Я прошу вас двоих сменить меня в охране леди Розмайн, — сказал он. — Я должен немедленно вернуться в Королевскую Академию.
— Разве это не будет проблематично? — спросила его Ангелика и обернулась. Она бросила взгляд на моих опекунов, среди которых была эрцгерцогская чета, командор рыцарского ордена со своей супругой, Фердинанд и Бонифаций. Проследив за ее взглядом, Корнелиус тихо застонал.
— О боже, Корнелиус, — сказала Эльвира, протискиваясь вперед и вставая между рыцарями-стражами. — Разве нам с тобой нечего обсудить? Избавь себя от мыслей, что ты отправишься обратно сразу, как только прибыл. Пожалуйста, проведи хотя бы одну ночь дома, вместе с семьей, — внешне она улыбалась и казалась милой и заботливой, но ее темные глаза смотрели на Корнелиуса с жестокой напряженностью.
— Мама… Я отправлял свой отчет на днях, и мне все еще нужно посещать занятия. Как только они закончатся, я вернусь домой, чтобы все обсудить, — сказал Корнелиус, его лицо дернулось, когда он отступил назад, пытаясь максимально увеличить расстояние между собой и Эльвирой.
Эльвира выглядела так, словно бы ей было что сказать, но в конце концов, смеясь она проводила Корнелиуса.
— В следующий раз, возвращайся домой с большим мужеством, дорогой. И конечно, не забудь привести свою избранницу.
Корнелиус вспыхнул от смущения и исчез во вспышке телепортации. Он говорил о том, что хотел в полной мере насладиться своим последним годом в Академии, но похоже на самом деле, он просто хотел провести как можно больше времени вдали от расспросов Эльвиры.